Поиск
Мирра
Меня же
Твоей, как я всегда была и буду.
Сарданапал
Я чувствую. Вновь жизнь я узнаю.
Ах, Мирра! Был я там, где все мы будем.
Мирра
Царь мой!
Сарданапал
В гробу я был, где червь царит,
Цари же… Я ошибся: там, я думал,
Нет ничего.
Мирра
Да так и есть. Лишь трусам
Мерещится иное, что вовек
Не сбудется.
Сарданапал
О, Мирра! Если сон
Рисует нам все это, что ж откроет
Нам смерть?
Мирра
Не знаю, может ли она
Явить нам зло, какого жизнь сама бы
Не показала жившим долго. Если
Есть некий брег, где дух живет — живет он
Как дух, не плоть. А если там хоть тень
Телесной глины, отделившей дух наш
От неба, приковавшей нас к земле —
То эта тень, чего б ни ужасалась,
Вовек не убоится смерти.
Сарданапал
Смерти
Я не боюсь. Но чувствовал я, видел
Мирьяды мертвецов.
Мирра
Я тоже: прах.
У наших ног — был некогда живым
И мучился… Но дальше: что ты видел?
Скажи, и прояснеет ум.
Сарданапал
Казалось…
Мирра
Постой: ты болен, утомлен, измучен;
Душе и телу будет вред. Попробуй
Опять уснуть.
Сарданапал
Нет, не теперь: мне больше
Не надо снов, хоть ясно мне, что видел
Я только сон. Не рассказать ли? хочешь?
Мирра
Любые сны, что смерть иль жизнь внушит,
Снесу, с тобой деля их, — в сфере мысли
Иль в яви.
Сарданапал
Мне казалось это явью:
Открыв глаза, я видел, что они
Бежали… да, бежали…
Мирра
Говори.
Сарданапал
Я видел, — нет, мне снилось, — здесь, вот здесь.
Где мы с тобой, собрались гости. Сам я,
Хозяин, быть хотел лишь гостем, равным
Всем остальным в общении свободном.
Но слева от меня и справа — вместо
Тебя, и Зама, и друзей обычных —
Другие были. Слева был угрюмый
И мертволикий некто (я, казалось,
Его уже видал, но где — не знаю),
С лицом гиганта, с яркими глазами
Недвижными; до мощных плеч свисали
Густые космы, и колчан огромный
Торчал сквозь них, клубившихся, как змеи.
Пучками стрел в орлиных перьях. Кубок
Я пригласил его наполнить; он
Мне не ответил; сам я налил чашу,
Но он не взял и взор в меня вперил,
И дрожь по мне прошла под мертвым взором.
Как надлежит царю, я брови сдвинул,
А он не сдвинул, он глядел в упор,
И мне вдвойне был страшен взор недвижный.
И отвернулся я, ища гостей
Приветливей; но справа, где обычно
Сидела ты…
(Умолкает.)
Мирра
И там?
Сарданапал
В твоем же кресле,
В твоем всегдашнем кресле, где искал я
Твой милый облик, восседала тварь —
Сухая, кровоглазая, седая,
Прозрачная, как призрак, в пятнах крови
На пальцах, в женском платье и в венце
На дряхлом лбу, со мстительной усмешкой
И похотливым взором. В жилах кровь
Застыла у меня…
Мирра
И это все?
Сарданапал
Два кубка было там: один у правой
Руки, сухой, как птичья лапа, — с кровью;
По левую — второй, не знаю с чем;
Я отвернулся. Но везде сидели
Обглодыши в венцах, несхожи видом,
Но с общим выраженьем лиц.
Мирра
И ты
Не осознал, что это — лишь виденье?
Сарданапал
Нет; я бы мог их осязать, их тронуть.
По ним глазами я скользил в надежде
Найти кого-нибудь, кого я раньше
Видал, — но нет! Все, обратясь ко мне,
В меня вперялись взором и никто
Не ел, не пил, — глядели. Стал я тоже
Подобен камню, им подобен: в них,
Как и во мне, дышала полужизнь,
Связавшая нас мерзким сходством, будто
Они частично ожили, а я
Частично умер, чтобы нам сравняться;
И наше бытие как бы висело
Меж небом и землей. Но лучше смерть,
Чем это прозябанье!..
Мирра
А конец?
Сарданапал
Застыв как мрамор, я сидел. И встали
Охотник с ведьмой, улыбаясь мне.
Гигантский лик, но полный благородства,
Мне улыбался — губы улыбались,
Взор был недвижен, — и старуший рот
Раздвинулся подобием улыбки…
Да, оба встали; призраки в венцах
Вскочили тоже, подражая старшим,
И в смерти обезьянства не забыв.
Но я сидел, пронизанный отвагой
Отчаянья, и, страх прогнав, смеялся
В лицо теням. Тогда… тогда охотник
Мне руку протянул; ее схватил я
И сжал — она растаяла, и сам он
Исчез, оставив память о себе,
Кого героем счел я.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: