— Джейкоб.

— Так много лучше, — с улыбкой отвечаю я. — Надеюсь, ты не против, чтобы я называла тебя Джейкобом?

— Нет, солнышко, не против.

Если он продолжит с этим своим акцентом называть меня «солнышком», я могу на него наброситься где-нибудь в снегу!

— Хорошо, ну, я готова, если ты готов.

— А выглядишь так, будто идёшь на расстрел, — надевая куртку, посмеивается он.

— Потому что именно так я себя и чувствую.

— Не бойся, милая, я не позволю тебе пораниться.

Он открывает дверь, пропуская меня вперёд.

— Сначала сходим в пункт проката, подберём тебе ботинки, лыжи и палки.

— Палки — это хорошо, — со смехом отвечаю я. — Равновесие — моя слабая сторона.

Он тихо смеётся, я поднимаю на него взгляд, нога проезжает по полоске льда, и — бац! — плюхаюсь на землю, прямо на пятую точку.

ГЛАВА 2

Ну вот, этого и следовало ожидать.

Присев рядом, Джейкоб берёт меня за руки и помогает подняться.

— Предупреждала ведь, — смеюсь я. — Возможно, тебе следует опередить события и, на всякий случай, заранее вызвать парамедиков. Моя задница любит соприкасаться с землёй куда больше ног.

Он что-то бормочет себе под нос про мою задницу, но прежде чем я прошу его повторить, произносит:

— Я ещё не встречал человека, которого не смог бы научить кататься на лыжах. — Он подмигивает и ведёт меня в пункт проката, крепко держа за руку. — Как только наловчишься, тебе понравится.

— Поверю на слово, — с улыбкой отвечаю я.

Джейкоб машет рукой служащему, стоящему за прилавком.

— Здорово, Бакс! Чем помочь?

— Какой у тебя размер обуви, любовь моя?

— Тридцать восьмой, — отвечаю я.

— Эван, ей нужны ботинки, лыжи и палки, — говорит ему Джейкоб. — Сегодня и завтра я буду её инструктором.

Эван усмехается.

— Правда?

— Может, мне лучше взять другого наставника? — интересуюсь я и, поддразнивая, слегка пихаю локтем руку Джейкоба.

— Бросьте, лучше Джейкоба никого нет.

Эван подталкивает к нам ботинки, и Джейкоб их с лёгкостью поднимает.

— Можешь достать моё снаряжение из подсобки? — спрашивает Джейкоб.

— Конечно.

Когда Эван уходит за экипировкой, Джейкоб подводит меня к скамейке, где помогает надеть и застегнуть ботинки.

— Они могут слега жать, но так и должно быть. Не нужно, что они болтались на ноге. Так и ломают лодыжки.

— Спасибо тебе, боже, что бережёшь мои лодыжки.

Джейкоб тихонько посмеивается и, поддерживая голень, надевает ботинок на мою вторую ногу. Рука у него крепкая, тёплая, и от прикосновения меня будто покалывает электричеством.

Любопытно, каким было бы ощущение, если бы он прикоснулся к голой коже?

Ммм… голый Джейкоб. Не такая уж и плохая мысль.

Я облизываю нижнюю губу, наблюдая за тем как шевелятся его губы, когда он рассказывает о креплениях, воске и всякой фигне, которую я попросту не понимаю, или, буду честна, мне на неё наплевать.

— Поняла?

— Разумеется.

— Ты вообще слышала, о чём я говорил?

— Разумеется, — снова говорю я.

— Повтори.

Я хмурюсь, вглядываясь в его тёмно-зелёные глаза, а он с улыбкой смотрит на меня.

— Ты что-то рассказывал о бандаже и горячем воске.

Я прикусываю губу, пытаясь не рассмеяться. А Джейкоб закидывает голову и хохочет глубоким утробным смехом.

— Не совсем так.

— Прошу меня простить.

В моём голосе ни капли раскаяния. Давно, очень давно я не флиртовала настолько открыто, и это чертовски весело. К тому же Джейкоб — красавчик, да ещё и без кольца на пальце, так почему бы и нет?

Может, удариться во все тяжкие с лыжным инструктором не такая уж и плохая идея.

— Идём, Грейс, давай поставим тебя на снег.

— Эта часть меня и пугает.

Внезапно от моего кокетства не остаётся и следа, ему на смену приходят ужас и чудовищная нервозность.

— Эй, — говорит он и обхватывает мой подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза.

Жар от его прикосновения растекается по груди, позвоночнику и — прямиком в лоно. Я втягиваю воздух и чувствую, как расширяются мои глаза.

— Обещаю, солнышко, с тобой ничего не случится.

— Ладно, — шепчу я и обмахиваюсь, пока он не видит, так как отвернулся от меня, чтобы надеть ботинки. И тут я замечаю, что его обувь не подходит для лыж.

— Почему у меня такое чувство, будто на мне бутсы какого-нибудь спецназовца? — спрашиваю я, выходя за ним из пункта проката на снег.

Мои лыжи Джейкоб несёт на плече. У меня в каждой руке по палке, и я втыкаю их в снег и лёд, шагая рядом.

— Отличные палки. Мне стоило бы ходить с ними повсюду.

— Не могу поверить, что ты настолько неуклюжа, Грейс.

— Зря, это у меня по жизни. Подумаешь. — Я пожимаю плечами и делаю большой вдох, втягивая холодный свежий воздух гор. — По-моему, родители жестоко пошутили, когда назвали меня Грейс[1]. Боже, тут наверху так красиво!

— Откуда ты?

— Из Каннингем-Фолса.

Он резко оборачивается и пристально смотрит на меня, а в его прищурившихся глазах вспыхивает интерес.

— Да ну?

— Ага, эти уроки — подарок от моих подруг.

— Зачем им покупать тебе уроки катания на лыжах, если ты этим совершенно не интересуешься?

— Потому что через пару недель нас ждёт лыжное путешествие в Аспен, где мы проведём девчачьи выходные, и, по мнению подруг, меня нужно поднатаскать, чтобы я смогла как следует нафлиртоваться с красавчиками-инструкторами, а не кататься на «скорой».

— То есть ты собиряаешься поохотиться на любителей лыжного спорта?

— Да нет, — со смехом отмахиваюсь я, — Кара с Лорен только что обручились, так что это такой девичник. На самом деле я не собираюсь ни на кого охотиться.

— А почему?

— Почему ты не надел лыжные ботинки? — спрашиваю я вместо того, чтобы ответить на его вопрос.

— Отвечай.

— Нет, сначала ты, — останавливаюсь я и бросаю на Джейкоба насмешливый взгляд, отчего он усмехается.

— Я без лыж, так как мне нужно тебе помогать. Мы покатаемся с тобой завтра.

— Давно ты стал лыжным инструктором?

Действительно, а хорошо ли им платят? На вид Джейкобу лет тридцать. Это его профессия?

— Сначала ты мне ответь.

— Я уже и не помню, о чём ты спрашивал, — говорю я и топаю прочь от Джейкоба, а он кидается за мной и свободной рукой приподнимает мне подбородок.

— Не ври мне, солнышко. Чего-чего, а этого я не потерплю. Незачем врать.

— Я не очень хороша во флирте, — шепчу я.

При его дыхании вырываются лёгкие облачка пара.

— Никогда бы не подумал, — отвечает он с усмешкой.

Затем наклоняется и целует меня в лоб, и тут же снова пускается в путь к большому чистому полю.

— Куда мы идём?

Я прибавляю шаг, изо всех сил стараясь не отставать от его широких шагов своими короткими ножками в тяжёлых ботинках.

— Вон туда.

— Подъёмники в другой стороне.

— Ты пока не будешь подниматься на подъёмнике. Возможно, чуточку позже.

— Ну, это же скучно.

Он кладёт мои лыжи на снег и указывает встать на них.

— Удерживай равновесие палками и защёлкни ботинки в крепеже. Молодчина. Видишь? Ты как будто на них и родилась.

— А ты истинный льстец, — отвечаю я с ужасным ирландским акцентом.

— Это ирландский, милая, а я из Лондона. Ладно, делу время.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — перебиваю я.

— Что за вопрос?

— Давно ты этим занимаешься?

Он упирается руками в бёдра и задумчиво прищуривается.

— Я катаюсь с четырёх, но преподаю с шестнадцати, так что почти двадцать лет.

— В Лондоне есть лыжные склоны?

— Солнышко, в Европе масса горнолыжных курортов.

Я пожимаю плечами и смотрю ему вслед. Его задница в чёрных лыжных штанах выглядит потрясающе. Боже, что же будет, если на него надеть джинсы!

Я только что простонала? Чёрт, только не это!