Это стало сюрпризом, но, беря за основу объяснения Кригера, это имело смысл. Ведь Татьяна и Элтон имеют способности, относящиеся к смерти, например. Заметки Элтона в папке о моих родителях стали еще более интригующими.

— Мне сказали, что моя мама относилась к Тьме, а мой отец к Свету, — ответила я.

— Что делает ваши силы еще более интересными, как только мы извлечем эту вещь, то узнаем что унаследовали вы, — пробормотал он.

Оглядываясь назад, желание моего отца, чтобы я росла обычным человеком, было как обоюдоострый нож. С одной стороны, он наверное хотел спрятать меня. С другой стороны, это сильно ослабило меня как мага.

Я выпустила длинный выдох перед тем как кивнуть Кригеру.

— Спасибо за все, доктор. И за книгу.

— Не позволяй существованию подавителя ложиться тяжелым бременем, — сказал Кригер.

— Не буду. Но мне любопытно узнать кое о чем, и у меня есть вопросы. Я думаю, у Адли будут ответы на них. Интересно, заметила ли она подавитель во время моего первого чтения и решила скрыть его от меня? Я не знаю, может быть, я преувеличиваю.

— Совсем нет. В магическом мире ничего не абсолютно. Со способностями Эмпата вы могли бы почувствовать обман в ее словах, если зададите правильные вопросы, — ответил Кригер. — Если вы хотите, я мог бы присоединиться к вам. У меня есть несколько вопросов, о ее работах, в любом случае.

Я улыбнулась, я была тронута его доброй натурой и немного сконфужена его любознательностью. Не было ничего общему между ним и слухами о нем. Он действительно внушал страх и озноб, и этот немецкий акцент не помогал, но парень был удивительным.

— Я не против, спасибо, — сказала я.

— К тому же, после всего случившегося, я не думаю, что вам следует оставаться наедине с Адли.

Он был прав. И это сработало бы в мою пользу, если бы у меня была еще пара глаз в той комнате. Если бы Уэйд был прав в своих подозрениях, что Адли может обмануть мою Эмпатию, Кригер мог бы, возможно, заметить это. Он не показался мне человеком, которого легко одурачить.

Кригер и я договорились встретиться позже, чтобы поговорить с Адли, после чего я вышла из лазарета в приподнятом настроении. Я не была Посредственностью, и уже предвкушала лицо Уэйда. Но наличие этого подавителя… с этим нужно разобраться, как можно быстрее.

ГЛАВА 16.

ТАТЬЯНА

Я провела большую часть вечера рядом с Диланом в лазарете. Мед сестры Кригера были удивительным и добрыми, разрешив мне остаться здесь даже после окончания часов приема. Дилан спал большую часть времени, лишь просыпаясь пару раз на несколько минут. Он что-то бормотал, затем снова отключался. Проклятие зверя высушило из него жизненные силы, и полное восстановление займет время.

Тем утром, я чувствовала как начинаю новый, свежий день. Оптимизм не был той вещью, с которой я имела дело перед чашечкой кофе, но мне нравилось.

В конце концов я чувствовала себя такой виноватой за случившееся с Диланом.

И я не нашла ничего о Уилле или его смерти. Астрид искала при помощи Смарти, но никаких результатов. Элтон сделал вывод, что это потому что семья Уилла не была зарегистрирована в ковене. Не было никаких записей о том, что Уилл жил в том доме в электронной базе данных. Пока, что это был тупик, и так как это возможно случилось много лет назад, достаточно много, чтобы Уилл потерял счет времени, я признавала, что это никак не связано с близнецами Райдер.

В конце концов мне пришлось сосредоточиться на свежей информации и фактах. Как только след остыл, казалось, что найти что-то практически невозможно.

Я выскользнула из горячего душа, почувствовав себя обновленной и энергичной. Если бы кто-то заставил меня бежать по футбольному полю в тот момент, я бы побежала добровольно. Я обернула тело полотенцем и сняла шапочку для душа, высвободив длинные светлые волосы.

Я вытерла пар с зеркала в ванной, чтобы посмотреть на себя и замерла. Меня нигде не было в зеркале. Оберон Маркс был моим отражением.

Он смотрел на меня. Он был мной.

Черт возьми, он никуда не уходил!

— Какого черта?! — прокричала я, чувствуя как моя кровь закипает.

Оберон промедлил, удивленный моей реакцией.

— Вот черт, ты можешь меня видеть.

— Зеркала никогда не врут, Оберон! Тебе следовало бы это знать, прежде чем оставаться в моем теле!

— Хорошо. Хорошо. Спокойней, Татьяна, я не хотел причинить тебе вред.

Оберон пытался меня успокоить, но ярость пылала во мне как огненный шторм. В своей голове, я уже пыталась вспомнить песню изгнания. По какой-то причине, эти воспоминания были расплывчатыми.

Черт. Должна быть причина этого. Это он! Он путает мысли в моей голове!

— Я не вмешиваюсь в твою голову, Татьяна, Я клянусь! — продолжил Оберон, прочитав мои мысли.

— Черт, — прошептала я.

Он усмехнулся.

— Я могу слышать твои мысли, сладкая. Прости.

Я глубоко вздохнула, пытаясь восстановить самообладание и найти решение этой проблемы. С Обероном, все еще находящимся в моем теле, я не была собой. Это был всего лишь вопрос времени, когда он попытается полностью захватить власть. Они все это пробовали. Я должна была уделять больше внимания учебе с моей матерью в детстве. Она предупреждала меня об этом, но я был слишком поглощена разговорами с мертвецами в то время. Колдуны были редким и строгим магическим типом. О нас было не так много книг.

И какого черта я не могла вспомнить ни одного заклинания изгнания? Оберон точно сделал что-то. Мне это не нравилось. Я должна была найти способ выгнать его, так что бы он сам об этом не узнал, проблема века.

— Чего ты хочешь? — спросила я. — Почему ты все еще здесь?

— Я клянусь, у меня нулевой интерес в захвате твоего тела. Я здесь не поэтому, я обещаю, — ответил Оберон. — Если бы не это, я бы уже ушел, верь мне

— Хорошо. Но ты еще не ответил на мой вопрос.

Я упёрлась на край раковины двумя руками, пытаясь обдумать ситуацию и обстоятельства как можно лучше, зная что Оберон мог читать мои мысли. Мне нужно быть осторожной.

— Послушай, Татьяна, ты дотянулась до меня, я думал это невозможно, — сказал он, с болезненным выражением лица. — Я слонялся по этому месту так долго, я стал цинником и осуждал всех. Но ты вернула меня к жизни. Сила, с которой ты желала войти туда и спасти друга… Это сильно, девочка. Мне это понравилось, — он усмехнулся, а потом неожиданно стал серьезен. — Ты попала в неприятности в этом ковене и я хочу помочь тебе.

— О чем ты говоришь? — спросила я.

— Здесь обитает Тьма. Я не могу поспорить на это, но все остальные духи перешептываются друг с другом, — ответил он. — Сложно сказать о чем-то конкретном, но они все говорят об одном и том же, о какой-то крупной западне. Грядет шторм. Шторм грядет. Я слышу об этом с тех пор, как Харли Мерлин впервые переступила порог Ковена Сан Диего.

Мой живот перевернулся.

— И ты думаешь, что сможешь помочь мне? — пробормотала я заторможенно.

Это сподвигло меня не смотреть больше на отражение в зеркале, потому что это напоминало мне, как близко я была к потере контроля.

— Я буду тих, — сказал Оберон. — Я буду джентельменом и не буду вмешиваться в то, что делаешь ты. Я сдержу слово, обещаю. Но мне нужно чтобы ты позволила мне находиться здесь, пока неприятности, или так называемый шторм не пройдет. Тебе понадобится моя сила Геркулеса, особенно сейчас, когда Дилан не в игре.

— Подожди, ты хочешь остаться во мне еще на какое-то время? Ты сбрендил? — прошипела я.

— Я могу помочь тебе!

Я посмотрела на него.

— Да ты конченный. Я полагаю такое случается, когда ты скрываешься в чужом теле так долго, не двигаясь, а?

— Это не так! — резко сказал Оберон, затем сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. По иронии судьбы, я чувствовала его раздражение так, будто оно было моим. Интересно, Эмпатия Харли работает так же? — Татьяна, ты мне нравишься. Ты хорошая и имеешь сильную связь с Тьмой. Ты Колдунья по воле небес! Ты редкость среди магов, но у тебя нет моей силы, и ты не знаешь людей так, как их знаю я… в мире духов.

Это заинтересовало меня, и я сделала секундную паузу прежде чем пробормотать.

— Продолжай.

— Позволь мне остаться с тобой не надолго, по крайней мере пока вы не поймаете близнецов Райдер. Я думаю они смогут сделать что-нибудь с этим независимым штормом. Я кишками это чувствую.

— У тебя их больше нет. Ты сейчас в моих, — ответила я.

Он улыбнулся

— Ты знаешь о чем я говорю. Татьяна, ты можешь связываться с миром духов и вызывать их, но ты знаешь они не всегда помогают. Я могу помочь с этим. Я знаю всех в этом ковене, дорогуша. И я смогу связаться с некоторыми мертвецами, которые знали близнецов Райдер.

Я подумала об этом какое-то время, хорошо осознавая, что Оберон может слышать мои мысли. Он мог обделить себя в этом и дать мне немного личного пространства, но, в тот момент это было в его интересах слушать. Он пытался убедить меня позволить ему остаться.

— Ты сможешь связаться с ними быстро? — спросила я.

Он улыбнулся.

— Да. Но это займет некоторое время. Может, день или два. Они прячутся где-то под завесой. Мне придётся дать знать о себе. Но я гарантирую, что они придут, и они будут сотрудничать с тобой, благодаря мне. Клянусь. Все, что тебе нужно сделать, это позволить мне остаться здесь еще ненадолго. Вот и все.

Минута прошла в изнурительном молчании, пока я обдумывала плюсы и минусы. Я должна была держать ситуацию под контролем. У меня никогда не было духа остававшегося со мной так долго, но у меня было достаточно уверенности в своих умственных возможностях. Я не могла изгнать его сама, но Сантана была обучена таким ситуациям. Она могла бы схватить меня, связать и, при необходимости, изгнать Оберона из меня с помощью древнеримского экзорцизма. До тех пор я могла бы плыть по течению и, возможно, добраться до близнецов Райдер в конце концов.

— Тебя не будет в моей голове, — сказала я.

Он кивнул и было видно, что он был взбудоражен.