— А где спим мы с Карой? — улыбаюсь я, обнимая мускулистый живот Бретта. Много лет мне не было так хорошо на Рождество. У него забавная семья, хоть они и вели себя немного властно поначалу, было понятно, что им просто любопытно. Я счастлива, что они приветствовали меня именно так. Мне казалось, что кто-нибудь отнесется ко мне холодно, но, кажется, все в восторге.

— Ты будешь спать со мной, а Кара — в спальне в подвале.

— Я не собираюсь спать с тобой в доме твоих родителей! Они подумают, что я шлюха.

— Я не имею в виду, что мы будем заниматься сексом, Джесси. Просто сказал , что ты спишь в моей постели.

— Зато я знаю, что ты имел в виду, и ответ тот же: ни в коем случае.

— Что? Почему нет?

— Боже, нужно было подарить тебе книгу советов на Рождество. Твоя семья подумает, что я шлюха, если останусь в твоей спальне! — Бретт пытается не рассмеяться, но терпит неудачу и взрывается смехом. Что очень раздражает, но мужчина, похоже, не волнует тот взгляд, которым я смотрю на него.

— Джесси, мне тридцать два. Моя семья ни о чем таком не подумает, если ты будешь спать в моей комнате. Кроме того, ты им нравишься. Если ляжешь спать в подвале, не могу обещать, что они не станут охотиться за тобой посреди ночи с вилами и факелами.

— Я им нравлюсь?

— Красавица, все любят тебя, — «Все, кроме тебя», — грустно думаю про себя.

— Уверен, что им все равно? — спрашиваю я.

— Я клянусь. Мама уже увела Кару вниз. Ты моя на всю ночь.

— Заливайся хоть трелью, все равно ничего не получишь. Может, я и позволю им считать себя легкой добычей, но не собираюсь доказывать этот факт.

— Никто не считает тебя легкой добычей, Джесси Джеймс, — Бретт сжимает меня крепче, чем надо. Я знаю, что он пытается что-то сказать этим объятием, но уже я достаточно начиталась за сегодня.

— Снимите номер! — кричит Эрин с другого конца коридора с широкой улыбкой на лице. Она оперлась о дверной проем так, словно давно наблюдает за нами.

— Извини, — говорит Бретт, отпуская меня, и бежит по коридору.

— Аааа! — визжит Эрин, когда Бретт опрокидывает ее. Они борются в коридоре несколько минут, пока муж Эрин, Джек, не выходит с голым торсом в рождественских пижамных штанах.

Неспособный обойти, он небрежно перешагивает через дерущихся брата и сестру. Похоже мужчина даже не удивлен, потому что даже не обращает на них внимания. Джек просто указывает на ванную и спрашивает:

— Там есть кто?

Когда Бретт и Эрин заканчивают Рождественску битву, то встают, а я не могу сдержать смех. Мы с Эриком иногда тоже деремся, однако не так игриво. Эти им милые отношения заставляют меня улыбнуться.

— Время спать, — Бретт идет на меня, как пещерный человек, и закидывает себе на плечо.

Машу «спокойной ночи» его сестре, и она с энтузиазмом отвечает мне тем же. Похоже, они действительно любят меня.