Хотелось приложить все усилия, чтобы исцелить ее душу. Она видела достаточно боли, больше, чем он ожидал.

«Я хочу, чтобы она была счастлива».

— Я знаю, что ты там... — донесся до него голос вампирши. Не крик, шепот. Это все, что ей требовалось сделать... прошептать, и его волк услышал бы ее. — Заходи, Джейми.

От ее слов тело напряглось. Черт, он стал твердым в тот момент, как они вошли в отель. Айона начала раздеваться. Потом ушла. Захлопнула дверь. Заперлась.

Но теперь... она приглашает его внутрь…

Ему не нужно было повторять дважды.

Джейми чуть не сорвал дверь с петель, когда ворвался в ванную.

Комната оказалась огромной. Гораздо больше, чем домик, который Шон нашел для них в Орегоне. Все вокруг облицовано гранитом, а в душевой стояла каменная скамейка. Струи воды хлынули из противоположных стен и заскользили по обнаженному телу Айоны.

Она стояла за стеклянной дверью. Вокруг клубился пар. Встретившись с ним взглядом, вампирша положила руку на стекло.

Он увидел маленькое родимое пятно на ее ладони. Этот знак изменил для нее все.

Джейми не помнил, как пересек комнату, но внезапно оказался прямо перед дверью душа. Поднял руку и накрыл ее ладонь своей. Только тонкое стекло отделяло их друг от друга.

Они встретились взглядами. Он видел края клыков, выглядывающих из-под ее красных губ.

— Все будет как раньше? — спросила Айона. — Столько удовольствия... дай мне забыть всю боль.

Он глубоко проникся ее словами.

«Больше никакой боли».

Джейми поднял руки. Разделся. Открыл дверь. Потянулся к ней. Заскользил пальцами по шелковистой плоти, нагретой водой.

— На этот раз будет еще лучше.

— Обещания, обещания…

Он заметил, что часть теней исчезла из ее глаз

«Такая красивая, что больно смотреть».

Он обнял ее и наклонился, чтобы попробовать на вкус.

«Моя».

Она приоткрыла губы. Их языки встретились. Айона не колебалась. Она знала, чего хочет, и принимала это.

Джейми тоже точно знал, чего хочет, и будь он проклят, если когда-нибудь откажется от этой женщины.

Сначала они были голодными. Дикими. Полными похоти. В жестких поцелуях переплетали языки. Казалось, он никогда не насытится ею. Никогда не захочет попробовать другую женщину, ибо на вкус она будет горькой. Но Айона...

«Совершенная».

Их руки были жадными и нетерпеливыми. Тело Айоны — скользким от мыла и воды. Она провела пальцами по его груди. По старым шрамам, некоторые он получил в детстве, задолго до того, как смог измениться и исцелиться. Это всегда будет его отличительной чертой.

Затем... она опустилась перед ним на колени.

Джейми не ожидал этого и попытался отступить.

— Тебе не нужно...

— Я хочу этого.

Требовательно, а не просительно.

Как будто он мог ей в чем-то отказать.

Затем она сомкнула губы вокруг головки его члена, и колени Джейми напряглись.

«Сладкий гребаный ад».

Языком она прошлась по всей длине. Затем взяла глубже и начала сосать его плоть. Низкий стон, который издала Айона, отозвался вибрацией вдоль члена, и он почти кончил у нее во рту.

«Я дал обещание». То, которое не забудет, даже если женщина пытается заставить его ослепнуть от удовольствия.

Он немного отстранился.

Она подняла на него томный взгляд:

— Джейми!

Ему нравилась ее требовательность. Оборотень поднял ее на руки. Айона понравится ему еще больше, когда он попробует ее на вкус.

Вампирша целовала его, пока он выносил ее из ванной. Облизнула его губы. Двинулась к шее. Когда клыки скользнули в его кожу, он только крепче ее обнял.

«Пока. Нельзя. Кончать».

Прежде чем изольется, ему нужно оказаться внутри нее, и к тому времени она должна испытать второй оргазм.

«Обещания, обещания...» Теперь он распознал в ее словах насмешку. Айона хотела, чтобы он сломался. А он не станет, возможно.

Джейми положил ее на кровать. Он ненавидел отрываться от ее рта, любил, когда она кусает, но оставалась часть ее, которую он умирал от желания попробовать. Окажется ли она там такой же вкусной? Да. Он уже знал, что так и будет.

Он провел руками по ее телу. По мягкой выпуклости живота. Поцеловал. Затем опустился вниз, скользя в шелковистый жар ее лона.

Она раздвинула ноги для него. Недостаточно. Он переместился между этих сексуальных ног и раскрыл ее еще шире.

«Так охренительно идеально».

Джейми прижался к ней губами. Попробовал на вкус ее влагу и проник языком внутрь. Айона вздрогнула под ним, и он схватил ее за бедра, удерживая там, где ему нужно.

Прямо под его ртом.

Она руками скользнула по его плечам.

— Джейми?

Он лизнул ее.

И почувствовал, как она кончила.

«Один... для начала».

Джейми продолжал пробовать и лизать, а ее стоны отдавались в его ушах, даже когда внутри ревел зверь. Ее наслаждение чувствовалось нектаром на его языке, но этого было недостаточно. Он нуждался в гораздо большем.

Когда она стала так важна для него? Когда она стала…

Всем.

Он так отчаянно хотел попасть в Лос-Анджелес. Чтобы добраться до нее. Если бы ее убили...

Джейми оторвал руки от ее бедер как раз в тот момент, когда когти вырвались из пальцев и впились в простыни, в матрас.

Он услышал, как Айона ахнула, и попытался убрать их.

— Не будет... больно...

Он поднял голову. Встретился с ней взглядом. И увидел, как весь его мир отражается в этом золоте.

«Заклеймить».

В волке проснулся инстинкт. Если видишь то, что тебе нужно, возьми это.

По праву альфы. Других он так никогда не хотел.

«Взять».

Он толкнулся членом в ее тело. Задвигался глубоко и жестко, и чистое гребаное блаженство заставило его стиснуть зубы.

Затем животное внутри взяло верх. В нем билась безумная похоть, отчаянная потребность. Он погружался в Айону, толкаясь снова и снова, но не мог проникнуть достаточно глубоко, не мог чувствовать ее достаточно близко.

Джейми выскользнул из нее. Повернул так, чтобы она оказалась на животе. Она...

встала на колени.

— Готов к большему? — спросила Айона, перебрасывая блестящую гриву через плечо.

В тот момент он был не в состоянии говорить, сомкнув губы в изгибе ее плеча. Сначала поцеловал, но потом, потому что в этом местечке ставили метку...

Он укусил, одновременно входя в ее лоно. Удовольствие буквально ударило обоих, проносясь сквозь них, между ними, поглощенное в раскаленном добела взрыве, который оставил его опустошенным, и впервые в жизни заставив почувствовать себя целым…

Целым.

Будто он нашел то, чего всегда не хватало.

Ее.

Джейми поцеловал легкую рану на плече Айоны. Брачную метку оборотня. Пути назад нет, и он гадал, что теперь будет делать вампирша.

Надеялся, она не попытается его убить.

Айона обняла его.

— Я не хочу спать, — прошептала она хриплым голосом, и он понял, что ее отчаянно клонит в сон.

Его тоже клонило.

— Я останусь с тобой.

Откинув голову назад, она посмотрела на него глубоким и загадочным взглядом.

— Я боюсь.

Он знал, что признание далось ей нелегко. И это еще мягко сказано.

Поэтому крепче ее обнял.

— Все в порядке. Клянусь, я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

В последний раз Айона спала пятнадцать лет.

Он вдохнул ее запах. А она поняла, что уже чувствует себя частью него.

— Я позабочусь о твоей безопасности.

Однако она печально покачала головой.

— Я не боюсь засыпать. — Она скользнула рукой по его груди. — Все дело в снах. Что я... увижу.

Из-за крови, которую взяла у него. Джейми старательно сохранял выражение лица, надеясь показать только заботу о ней, а не внезапно охватившие страх и гнев. Еще вчера он планировал не дать ей уснуть. Планировал помешать ей воспользоваться их кровной связью, чтобы увидеть его секреты в своих снах.

«Но теперь я хочу, чтобы она узнала меня».

Жаль, что в воспоминаниях он вовсе не рыцарь на белом коне. Черт, Айона, наверное, встречала в своей жизни настоящих рыцарей.

И она сражалась с монстрами.

«Вроде меня».

— Я не хочу знать... если ты такой же монстр, как и Лэтэм...

Ее голос сорвался, когда ресницы начали опускаться. Эти невнятные слова прозвучали как эхо его собственных болезненных мыслей.

Джейми крепко зажмурился и наклонился, чтобы поцеловать ее спутанные волосы.

— Прости меня.

Потому что он точно знал, что Айона увидит во сне.

И понимал, что она захочет его смерти.

Но она заслуживает знать. У него больше нет от нее секретов.

Даже если правда, которую она узнает, заставит ее вцепиться ему в горло.

Глава 6

Изломанные тела. Скрюченные.

На шее женщины остались рваные раны — следы впившихся когтей. Светлые волосы перепачканы кровью.

Лежащий рядом мужчина даже после смерти протягивает к ней руки. В воздухе витает тяжелый запах серебра.

— Почему? — закричала Айона... и только посмотрев вниз, увидела не свое тело.

Нет, опустив взгляд, она увидела сильные руки Джейми. Его тело.

Потому что это его память.

Часть ее хотела проснуться, но как только пришли воспоминания крови, их уже не остановить. Именно так это происходило у Айоны. Она будет переживать секунды памяти, пока кровь не отпустит ее на свободу. Поэтому глазами Джейми вампирша увидела, как он падает перед людьми, которые, как она уже знала, являлись его родителями. Эти воспоминания тоже хранились там, внутри нее, и...

— Ты следующий.

Голос Лэтэма.

Он стоял над телами. Его губы скривились от ненависти.

— Почему? — снова потребовал Джейми, взревев, словно раненое животное. И... он им и был.

— Потому что я забираю всю стаю. Он стоял на моем пути. — Лэтэм пристально посмотрел на тело мертвеца, а затем указал на Джейми. — Ты тоже стоишь у меня на пути, брат.

Брат?

Нож, казалось, пронзил сердце, но это сердце было не ее. Оно принадлежало Джейми. И Лэтэм только что вонзил серебряный клинок в его грудь. А потом Лэтэм... ушел.

Однако Джейми не умер. Кто-то еще бросился к нему. Она узнала волка. Шон. Несмотря на то, что лезвие до волдырей обжигало пальцы, Шон вынул его. Однако Джейми все еще был близок к смерти. Слишком близок. Смерть протягивала холодные руки, и мир погрузился во тьму...