— Я имею в виду, что мне незнаком местный алфавит. В моём мире другая письменность.

— Значит, слухи, которые расползлись по городам, правдивы. Великого варвинского князя сопровождает женщина из другого мира. Вот то, что мне надо, — Лета указала на бутылочку с красноватой жидкостью, которую Саша вытащила из холщового мешка.

Саша доставала всё новые и новые склянки, а Лета наблюдала за девушкой, изучая её. Ничего примечательного в Саше не было. Девушка как девушка, не такая красавица как Лета, но очень миловидная. Непослушные волосы лезли Саше в глаза и придавали растрёпанный вид, но выглядели очень эффектно, отбрасывая рыжеватые блики, в свете уходящего солнца.

Всё это время Саша пыталась отогнать от себя страшную картину, которую видела на площади, но ничего не получалось. Ей то и дело приходилось отворачиваться, чтобы смахнуть с ресниц солёные слёзы.

«Я попала в ад»

— Непривычно для тебя всё это, верно? — спросила Лета, видя, что Саше с трудом удаётся держать себя в руках, — ничего, я тоже долго привыкала к новым обстоятельствам. Скоро всё закончится, так или иначе, — девушка грустно улыбнулась Саше и пошла вниз по улице, на ходу отдавая приказы своим людям.

3

Саша вошла в комнату. Женщина, сопровождавшая её, поставила на стол поднос с едой и кувшином вина и скрылась за дверью. Девушка опустилась на широкую кровать и, не шевелясь, смотрела в одну точку. Перед глазами проносились события прошедшего дня.

Когда Лета ушла к своему отряду, оставив тяжесть на сердце юной пришелицы, Саше некогда было думать о том, где сейчас находится варвинский князь. Для раненых подготовили большой дом, и надо было перенести туда людей на носилках, проследить, чтобы лекарства были доставлены в целости и сохранности, подготовить место для Авриила и Идипа, где они могли передохнуть после сложного дня. Только глубокой ночью за ней пришёл человек Вадима и проводил на окраину города в один из уцелевших домов. Сами воины расставили посты и расположились в лагере близ города.

Саша посмотрела на поднос с едой и отвернулась. Есть не хотелось. При одной мысли о мясе или даже куске хлеба её начинало тошнить. По щекам девушки текли слёзы. Ей было жалко себя, убитых людей, чьи тела сожгли на закате. Ей было больно за Вадима, который может погибнуть от руки лжекнязя гуанов. Она вспомнила каждое слово, произнесённое Килеком до того, как тот был обезглавлен безжалостной рукой варвинского правителя. Всё это отдавалось тупой ноющей болью на сердце и в душе.

Дверь отворилась. На пороге стоял Вадим. Его лицо всё ещё сохраняло следы гнева. Саша встала. В тот момент она его по-настоящему испугалась. Увидев страх в глазах девушки, Вадим смягчился. Он снял плащ и кожаный жилет, сложил оружие и подошёл к Саше.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Вадим смотрел в окно, было видно, что его мысли сейчас далеко. Девушке стало жаль варвинского князя. Груз ответственности давил на плечи этого сильного мужчины, и даже несмотря на события минувшего дня, Саша поняла, что тянется к нему и ничего не может поделать с нахлынувшими чувствами.

Она порывисто обняла его. Вадим помедлил минуту и положил руку ей на спину, прижался щекой к виску, запустил пальцы в волосы. Она посмотрела ему в глаза. Казалось прошла вечность, прежде чем Саша почувствовала нежность их первого поцелуя.

***

— Мерида была для меня всем. Когда её не стало, я не хотел жить. Если бы не братья, которые подоспели вовремя, я прыгнул бы за ней. Отец уже тогда почти не вставал с постели, а через несколько дней и его не стало.

Я должен был принять престол и править народом, но был не в силах. Тогда Келен и Сарас занялись делами. Они приставили ко мне Авриила и охрану, которые должны были следить за тем, чтобы я не убил себя.

Лишь через год, когда Келен объявил о том, что женится, мне стало немного легче. И надо признаться этому способствовало появление Матисы. Она ворвалась в нашу жизнь как огненный вихрь и разбавила мужское царство своей невообразимой энергией, а потом и детским смехом. Я очень люблю племянников, понимаешь? — Вадим замолчал. Они лежали в постели, и его голова покоилась у Саши на плече. Девушка водила пальцами по его коротким волосам и тихонько гладила по спине, стараясь убаюкать.

— Понимаю.

***

Саша встала с постели. Князь час назад забылся тревожным сном, а Саша так и не смогла уснуть и решила спуститься вниз.

В обеденной комнате было тихо. На большом дубовом столе стоял кувшин с вином и поднос с остатками ужина. Небо за окном начинало сереть и было затянуто тучами. Саша села за стол, и налив себе вина, наблюдала, как редкие капли начали оставлять следы на стекле.

«Главное на этой планете — не стать алкоголичкой»

— Не спится? — Келен сел напротив девушки.

— Как видишь.

— Я возможно не должен об этом говорить. Но всё же. Вадиму сейчас непросто. На него давит груз ответственности за нас всех и есть моменты, в которых мы с Сарасом не можем ему помочь. Понимаешь?

— Не очень. Говори прямо, пожалуйста.

— Вадим пережил трагедию, и боюсь, он больше не способен любить.— Келену было трудно говорить, мужчина пытался подобрать правильные слова, — просто пойми, что ему нужна женщина, но не её любовь.

— Я знаю о Мериде.

— Он... рассказал тебе?

— Рассказал.

— Он не упоминал о ней с тех пор, как её не стало.

— Келен. Я не строю иллюзий. Не прошу особого отношения. Я всегда была одна. Ни родных, ни друзей, никого, кто мог бы протянуть мне руку. И в тот момент, когда я нашла людей, с которыми мне было хорошо, которые могли стать мне друзьями, я наткнулась на этот чёртов портал и потеряла их навсегда. Так что плохого в том, чтобы на миг почувствовать тепло другого человека?

— Прости. Я не знал. Если всё закончится хорошо, я познакомлю тебя со своей женой. Она хорошая, я думаю, вы сможете подружиться.

Саша невольно улыбнулась.

— А я думала, что ты бессердечная скотина. Но видимо, когда речь заходит о маленькой рыжей бестии, ты меняешься.

Келен засмеялся:

— И много тебе рассказали?

— Достаточно. Особенно мне понравилась история про неуловимого оленя.

Теперь Келен смеялся в голос. Он налил себе вина, и они ещё какое-то время провели за разговором о той жизни, которую каждый из них оставил в прошлом. Только в отличие от Келена Саша к ней вернуться уже не могла. Ей предстояло начать новую жизнь в новом для неё мире.

4

Саша проснулась от раската грома. За окном было совсем темно, хотя утро уже наступило. Вадима не было рядом, и девушка спустилась вниз. В полумраке за столом в одиночестве сидела Лета. Женщина была неподвижна и смотрела на огонёк внутри стеклянной лампы. Услышав шаги, она встрепенулась, прогоняя от себя тягостные воспоминания о событиях последних двух лет.

— Погода отвратительная. Мы приняли решение переждать здесь, а завтра отправиться в лагерь, — произнесла девушка, положив в рот кусочек яблока.

— Далеко до лагеря? — поинтересовалась Саша, присев за стол.

— Три дня пути. Мы всё равно прибудем раньше, чем надо. До сражения останется ещё пару дней в запасе.

— Вы тоже будете биться?

— Эта тварь лишила меня родителей и сестры. Я сделаю всё, чтобы наказать тех, кто в этом повинен, — Лета яростно стукнула кулаком по столу.

— Мне жаль, — Саша помолчала, а затем спросила, — а здесь все женщины умеют воевать?

— Нет, конечно. Но, когда началась война, многие вступили в армию и начали тренироваться. В сражении будут участвовать только те женщины, кто обучался военному делу профессионально. Остальные станут последним рубежом на пути Самарада в Меру. Но это в том случае, если мы все погибнем.

— Как тебе удалось спастись?

— Легко. Меня просто не было там. Я гостила у подруги в Таге, столице элинов. Дядюшка, видимо предполагал, что сможет потом до меня добраться, но просчитался. Сейчас в моём войске три тысячи гуанов, которые поддержали законного наследника, то есть меня.

— Лета, я не понимаю. Вадим говорил, что вы сотни лет жили в мире и единстве. Как так получилось, что гуаны пошли за Самарадом?

— Просто он всегда был завистником отца и жаден до власти. Отец доверил ему управлять войском, но Самарад постепенно настраивал их против своего князя. В итоге, они жестоко расправились с Ганасом и с теми, кто выступил против Самарада, и запугали всех остальных.

— Вадим сказал, что если гуанов обезглавить, то они отступят.

— Верно. Он развратил их и засорил мозги сказками про единого царя Новой Гипербореи. Опираясь на древнюю историю народа, настроил их на свержение других правителей. Знаешь, что я тебе скажу?

— Что?

— Если Вадим его убьёт, я первая преклоню перед ним колено, потому что из всех нас его династия наиболее достойна править в этом мире, вновь объединив народы.

— Пожалуй, ради такого зрелища стоит отрубить ему голову.

Девушки обернулись. В дверях стоял Вадим. По лицу князя стекали капли дождя, и его плащ блестел от влаги.

— Вот как вам всем удаётся появляться так внезапно? Что тебе, что твоим братьям? — Лета демонстративно закатила глаза и улыбнулась варвинскому князю.

— Выспалась? — Вадим опустил руку Саше на плечо и откинул её непослушные волосы за спину.

— Не очень.

— Ещё бы — до утра проболтать с Келеном.

— Мы тебя разбудили?

— Я не спал. Во всяком случае, проснулся, когда ты ушла.

Лета внимательно разглядывала князя. Что-то изменилось в его поведении. Едва уловимые нотки тепла звучали в голосе варвинского правителя. Принцессе казалось, что она вернулась на миг в прошлое, когда наследники были юны и смотрели на мир другими глазами.

— Знаешь Вадим, ты меня удивил. Оказывается, портал разрушен, а я узнаю это не от тебя, — в чёрных глазах гуанской принцессы заплясали чёртики.

— Извини, забыл отправить тебе официальное уведомление.

Лета засмеялась:

— Ты всегда умеешь поставить на место, князь. Значит, девушка с другой планеты не имеет пути назад и попала в самое пекло войны?