— Правда? — спросила она. Этот вопрос — провокация женщины к слову или действию. Я, пока, выбрал первое.

— Истинная правда.

— Ловлю вас на слове, мистер Грей.

— Предупреждён — значит вооружён, мисс Уизли, — ответил я столь же официально.

Она подошла ко мне ближе, мне пришлось наклониться, заглядывая в её яркие глаза. Этот волшебный запах Айрин лишит меня рассудка…

— Я всегда найду способ обезоружить вас, мистер Грей, — прошептала она.

Я сразу захотел её. Я почувствовал, как напрягалось моё тело. Вот же чертовка!

— А я найду способ обезоружить вас, мисс Уизли, — сказал я хрипло.

— У нас вряд ли, что-то выйдет… Сомневаюсь, что что-то получится. Точнее, ничего у нас не будет, — вдруг нервно заговорила она.

И в ту же секунду я понял, что у нас обязательно что-то выйдет, что-то получится, что-то будет.

Я начал наклоняться к ней. Сейчас я её поцелую, и наша дружба кончиться, так и не начавшись…

Вот дерьмо! Зазвонил её мобильник. Она отстранилась от меня, нехотя, ответила на звонок:

— Привет. Конечно, я могу, Джей… Вечером?.. Я приготовлю нам что-нибудь… Да, скоро буду, — говорила Айрин с кем-то, внимательно выслушивая собеседника.

Джей, значит. Вот как. Хорошо, блядь.

— Кто это? — не сумев сдержаться, спросил я. Она посмотрела на меня немного боязливо, а потом рассмеялась.

— Это был мой… — начала Айрин, но я прервал её. Сам того не желая!

— Твой? — как можно резче бросил я.

— Ты дашь мне закончить? — спросила она, столь же резко.

Ох, малыш… Ты, порой, такая дерзкая.

— Да. Слушаю, — пытаясь совладать с нервным расстройством, сказал я.

— Это был мой восьмилетний брат. Так что, уважаемый мистер Грей, держите себя в руках.

Боже, детка, с тобой рядом — это почти невозможно.

— Ладно, признаю, что моя резкость была лишней. Подвезти тебя?

— Нет.

— Я подвезу тебя.

— Эм, Грей… Мне ещё нужно забрать брата и ещё тысяча дел сегодня. У меня на счету каждая минута, — сказала она, нетерпеливо.

Мне так не хотелось её отпускать.

— Хорошо. Ты свободна завтра вечером?

— Нет. У меня дела…

— Послезавтра?

— Эм, тоже нет… Прости…

Чем она занята каждый день? С кем она проводит вечера? Мне нужно знать о ней всё!

Понимая, что пока я в глубоком дерьме с её занятиями, я уступаю ей… Но не сдаюсь.

— Когда-нибудь, я смогу украсть твой вечер, Айрин, — сказал я.

— Не сомневаюсь, — ответила она, и, поцеловав меня в щёку, превратила меня в статую на парковке, а потом, ушла.

Она ушла! Дерьмо. И мы всё ещё друзья…

В полуобморочном состоянии, от слабости, которой наградила меня Айрин, я сажусь в Ауди и подъезжаю к воротам школы. Адам, Ян и Мэйсон в ровную линию выстроились у дороги.

— По чём берёте, шмары? — подкладываю их я, открыв окно. Ян и Мэйсон закатывают глаза, а Адам отвечает:

— Перешёл на шмар? Мистер Обольщение не смог захомутать Айрин?

Я сузил глаза, а потом ответил:

— Поосторожнее с этой темой. Поехали ко мне? — сказал я.

Парни согласились.

Врубив музыку, я открыл окна, надел солнечные очки и мчал по городу. Немного подумав, я вспомнил, что забыл поблагодарить их…

— Спасибо, за то, что выручили, — сказал я. Ребята отделались приветливыми улыбками.

Я был очень рад, что братья Флинны помирились.

Фиби

Соревнования по волейболу совсем вымотали меня. Приняв душ, я пластом валяюсь на кровати позабыв про уроки.

Софи и Тед. Офигеть! Что мой брат не девственник — я знала, но что он вызывает такое восхищение у девушек — не подозревала. Мне казалось, он больше придумывает.

Со двора доноситься музыка, которую слушает Тед. Она из Ауди. Он приехал. Отлично. Значит, я всё-таки смогу как-нибудь заболтать его и плавно перейти к теме Софи, чтобы я смогла вволю поприкалываться над ним.

Обтеревшись с ног до головы, я надеваю шёлковый халатик, и спускаюсь встречать его. Уже со ступенек я слышу знакомые мужские голоса. Он привёз друзей?..

Осознавая то, что в халате — хочу бежать назад. Но поздно. Четыре пары глаз парней смотрят на меня — и лишь один взгляд — мой самый любимый. Взгляд, снящийся мне во всех снах. Взгляд, который преследует меня каждую секунду моей жизни. Взгляд Адама.

— Эм, Фиби… Я не думал, что ты уже дома, — немного растеряно произносит Тед.

Он смотрит на меня как-то зло. Видимо, ему не нравиться как я выгляжу. Это нравится только остальным. Нет. Это не нравиться ещё и Яну, потому что я ему, кажется, нравлюсь. Хотя, я не уверена в этом, потому что Тед сказал, что каждую неделю у него новая тёлка. Чёрт. Всё так запутано! Ненавижу мужчин.

— Да, я уже дома. Не ожидал? — спрашиваю я, ухмыляясь, и ловлю улыбку Адама.

Есть. Он улыбнулся, глядя на меня.

— Не волнуйся, если вы намереваетесь здесь тусить и распивать алкогольные напитки — я не расскажу.

— Твоя сестрёнка смыслит в встречах парней, — продолжая смотреть на меня произносит Адам, всё внутри меня тает, — Девочка, почему колени разбиты?

— Волейбол, — улыбнулась я.

— Вот как, — Адам растянул губы в улыбке, — Ты играешь? Будущая чемпионка?

Боже! Это впервые! Он впервые говорит лично со мной!

— До чемпионки мне ещё далеко, уверяю. Просто… мне это игра более всего понятна и приятна. Прости за мои ноги, — кокетливо ухмыльнулась я.

— За такие ноги не надо извиняться, — подмигнул он, — За такие ноги — надо благодарить Всевышнего, крошка.

— Ну, спасибо, мистер Флинн, — улыбнулась я, — Теперь, я горю, как маков цвет.

Он добро рассмеялся.

— Ну, ладно. Полюбезничали и хватит. Фиби, поговорим? — вмешался братец.

— Что? Опять будешь бухтеть, как старый дед? — изогнула бровь я.

Адам вновь рассмеялся, приковав моё внимание к себе.

Я улыбнулась ему, а он мне.

Что-то происходит. Я знаю.

Адам

Малышка определённо с характером. Она мне нравиться. Ей идёт эффект мокрых волос… А этот милый халатик, обнажающий длинные, ровные, красивые ноги — уже доводит до исступления. И мой и её братцы в бешенстве. Мэйсону неловко, а я её хочу…

Теперь, желание заполучить миледи Грей во мне не только, чтобы досадить Яну. Она мне нравиться. По-настоящему. Я давно её не видел, и, очень рад, что она попалась мне на глаза в таком виде.

Мы обменялись понимающими улыбками.

— Фиби, я бы хотел поговорить с тобой тет-а-тет, — напомнил о себе Грей.

Нет. Ты не уведёшь её, Тед…

— А что, эти воспитательные работы и впрямь, так необходимы? Пусть Фиби побудет с нами, — говорю я, и все взгляды моментально переходят на меня.

Я пожимаю плечами, понимая, что палюсь не по-детски.

— У нас родственная беседа. Располагайтесь, джентльмены, — говорит Грей.

Вот ведь дерьмо. Вредная-зануда-папочка Грей. Все проходят в гостиную, а я один наблюдаю, как Фиби обречённо вздыхает, кивает, поднимается по лестнице, а Грей шипит ей вслед:

— Живее! Марш в комнату.

Мама Мия, вот же диктатор. Ненавижу тиранов.

Теодор

Ох, меня трахнет инфаркт в двадцать лет. Хочется отхлестать задницу сестры ремнём. Уж очень она расслабилась без папы.

Зачем она прям из душа вышла к парням? Ах, да! Совсем забыл, что она влюблена в Адама. И что с ним такое? Почему он так хотел защитить её? Оставить с нами? Какого хера, вообще, происходит?

Стараясь усмирить раздражение, я провожу рукой сквозь волосы и, закрывшись с Фиби в её комнате, говорю:

— Зачем? Почему ты вышла в халате? Хочешь показаться Адаму крутышкой лёгкого поведения?

Глаза Фиби, обычно серые и непроницаемые, белеют и наполняются слезами. Со всего размаху, она даёт мне пощёчину.

Я стою в ахере.

— Прочь из моей комнаты, — скрипя зубами, говорит она.

— Фиби, — шепчу я, но она даёт мне очередного леща.

Блядь… Это уже всякие границы переходит. Моя маленькая сестричка-хулиганка очень зла на меня сейчас. Может, мне и вправду уйти?

— Ещё одно твоё слово, Тед, и я начну разгром в своей комнате. Уходи, — рычит она.

Я жёстко киваю ей, и выхожу из её комнаты, захлопнув дверь. Злой и сердитый на неё. Но я слышу… слышу, как она плачет. Осознаю вину. Чувствую себя дерьмом.

Не день, а трагедия с неизвестным концом.

========== The first steps in style Gray ==========

После «разговора» с сестрой, во мне поселилась некоторая тревога. Я был подавлен и что-то сидящее внутри, душило меня и рвало на части.

Я помирюсь с Фиби. Я, чёрт возьми, должен помириться с ней! Но пусть она остынет для начала. Щёки зудят. Сложно понять, как я мог так взбесить её? Я никогда не видел её такой обиженной и злой.

Когда я спустился вниз, Мэйсон и Адам пили пиво, а Ян стоял у окна, глядя куда-то вдаль. Он, явно, был далёк отсюда.

Мамы и Софи дома не было, она заранее предупредила меня насчёт поездки к отцу в больницу.

Зная, что про запас у меня часа два, я расслабился за холодной бутылкой светлого.

— Ян, почему ты не пьёшь? — спросил Адам.

— Должен же быть в компании идиотов хоть кто-то трезвый. Пусть не пьёт, — пробормотал я, немного сердитый на Флинна.

Адам бросил в мою сторону непонятный взгляд, а позже нахмурил брови и спросил:

— Твоя сестричка спустится?

Дерьмо. Что это с ним? Он никогда не спрашивал меня о Фиби. Я даже больше ожидал услышать это от Яна или от Мэйсона, но только не от него.

— Зачем она тебе? — резко спросил я.

Ян напрягся, Мэйсон не обратил внимания, а Адам произнёс:

— Эй, Грей, расслабься. Я подумал, что ты мог бы поинтересоваться у неё, как покорить Айрин. Женщины, обычно, схожи во вкусах, — произнёс с видом знатока Флинн, — А хотя, я, кажется, могу тебе помочь…

Здесь мне стало интересно. Фиби, конечно, может и могла помочь, но уж точно не сейчас. Адам предложил мне приехать к Айрин домой, и оставить на окне её комнаты букет цветов с запиской.

Да, крутой шаг. Но я не знаю ни где её дом, ни окно комнаты. Тем более.

— Я знаю, где она живёт, — пришёл на помощь Вэндем, — И какие любит цветы, а ещё, знаю, что её комната находится на втором этаже. Там два окна. Левое — её, — завершил он с улыбкой.

Откуда он знает? Он пытал её, чтобы всё узнать?

— Вау, — поднял брови Адам, косясь на меня и сканируя мою реакцию, — Где взял столько информации? Сам увивался за ней, да? — Флинн захохотал, закинув ногу на ногу и откидываясь спиной на диван.