Один вопрос: какого хера?

Почему этот Дэвид прикрывал ими свою задницу? Блядь.

Трус и подлец — нужный ответ. Если Дану устраивают такие — факел ей в руки. Я больше не буду защищать её. И приложу все усилия, чтобы хотя бы не ревновать её так, как ревновал до этого момента.

— Я спокоен. — вру я. Но не выдерживаю и бью ногой стену… Херь. Не хило! От стопы отдало в бедро.

— Сука. — шикнул я и скатился по противоположной стенке.

Парень слез с металлической скамьи и присел рядом со мной.

— Да… Жёстко ты трахнул ногой стену. — сочувственно сказал он, — При всём уважении, ты дебил.

— Спасибо. — вздохнул я.

— Меня зовут Макс. — непринуждённо сказал он, — Макс Родригес. — добавив фамилию, он дружелюбно улыбнулся.

Стоп.

Месяц назад, на просторах интернета, я нашёл шикарные снимки одного довольно известного фотографа, который является однофамильцем этого парня…

— А ты случайно не родственник фотографа Хосе Родригеса? Я видел его работы, там, кажется, на некоторых был ты… — выпалил я.

Парень немного покраснел.

— Вообще-то, он мой пахан. — улыбнулся Макс и поймав моё выражение лица, изображающее благоговейное удивление, растянул губы шире, — Да хватит про меня! — покраснел парень, — Нашёл знаменитость. А тебя как звать-то?

Я вздохнул, зная реакцию на мою фамилию.

— Теодор Грей. Можно просто Тед.

Макс поднял брови.

— Ты приходишься кем-нибудь Кристиану Грею?

Начинается… Ну конечно, какая собака не знает моего отца?

— Я его сын. — пожал плечами я, — В этой злосчастной ситуации, я бы предпочёл не быть его сыном. — пробормотал я тихо.

— Что, он тебя откутузит? — усмехнулся Макс.

Я фыркнул.

— Мой отец против физического насилия над личностью. Он сразу приступит к потрахушкам с моим мозгом.

— О, — восхитился мой новый знакомый, — А мой отец может врезать. К тому же, мне очень крупно не везёт потому, что он сейчас в Аспене со своей новой бабой. И если его разбудит звонок полицейских — мне жопа. — он ненадолго замолчал, — Мать говорит, что это предательство, но… Но она не знает, что я чхать хотел на него и на его новую пассию. Просто… это круто. Я имею ввиду не совсем это… — он обвёл взглядом наше местонахождение, — Я имею ввиду Аспен, девочки…. Водка. — он улыбнулся шире.

— Мои родители в Сиэтле. Но папа может подключить к делу свой личный самолёт — и всё изменится очень быстро.

— Хм… А я из Портленда.

— Не так далеко.

— Ага. — подтвердил он, а потом засмеялся, — Где бы мы ещё могли познакомиться, как в полицейском участке города-курорта?

— Да уж. Точно. — усмехнулся я.

Мы услышали шаги и переглянулись. Я устремил взгляд на коридор, расчерченный решёткой, ловя звук приближающихся шагов. Сквозь “клетку”, я увидел инспектора Миддала, а следом за ним… шёл этот самый пидарас Дэвид.

Только его тебе не хватало для полного счастья, Грей.

Миддал поколдовал с замком нашей камеры и он открылся. Дэвид вошёл.

— Что? Неужели правительство вершит справедливость и тебя, всё же, сюда запихнули? — спросил я, с иронией выгнув бровь.

Дэвид усмехнулся, безразлично глядя мне в глаза.

“Меня сейчас стошнит, не улыбайся.” — хотел сказать я, но с большим усилием сдержался.

— А ты остряк, Грей. — сказал он.

— Благодарю. — выплюнул я.

— Да ладно. Ты свободен. Скажи “спасибо” Дане.

Блядь, кто он? Царь и бог? Владеет всем, чем душе угодно?

О, не-е-е-ет! До меня дошло спустя четыре секунды…

— Только не говори, что твой папаша депутат Колорадо… — умоляюще проныл я.

— Могу не говорить, — пожал плечами он, — От этого нечего не изменится.

О, чёрт!

— Тупой папочкин сосунок. — пробормотал я себе под нос.

Макс хихикнул. Дэвид, видимо, не расслышал.

— Что? — спросил он быстро.

— Ничего. — сразу ответил я.

Дэвид пристально посмотрел на меня.

— Грей, забудь о Дане, ок? — спросил он, пытаясь сделать лицо “опасного мачо” — меня разбирал внутренний смех, — Ты ей нахер не нужен. Просто оставь её.

Я насмешливо растянул губы.

— Ты слышишь себя? — спросил я, он не понимающе нахмурился, — Минуту назад, ты сказал мне благодарить Дану за то, что мне дарована амнистия, а сейчас — говоришь, что я ей “нахер не нужен”. Не совпадает, тебе не кажется?

Он сжал желваки.

— Ты слишком высокого о себе мнения, Грей, если думаешь, что ты ей так важен. Она просто не хочет оставить друга в беде. Хотя, я считаю, что ты и дружбы с ней не достоин.

Он специально провоцирует меня на то, чтобы я рассказал ему, как сегодня мы чуть не перепехнулась в sky-лифте? Это чесалось на моём языке, но я не такой ублюдок, чтобы хвастаться подвигами в обольщении слабого пола. А особенно, я знаю, что не способен на подобную подлость в отношении человека, который мне более или менее дорог, или, вообще, просто не безразличен. Возможно, что она могла лгать ему о том, что я ей — лишь простой друг и ей на меня глубоко фиолетово? Возможно… Зачем мне тогда вести себя, как козёл и устраивать такие пакости?

Я посмотрел в глаза Дэвиду и сказал:

— Быть может, я не достоин её дружбы. Не достоин быть для неё “важным”, но… Но я знаю, что я достойнее тебя, уж поверь мне. Ты себя так бережно несёшь. Расплескать боишься. Ты струсил отведать мой хук справа и послал охрану. Ты же просто ничтожество… При всём уважении к властям Колорадо. — добавил я, усмехаясь.

Макс снова заржал. Дэвид холодно посмотрел на него и он стушевался. Я испепелял глазами стоящего напротив меня ублюдка. Дэвид посмотрел на меня.

— Скажу одно, — резко сказал он, — Язык твой — враг твой. Я здесь только ради Даны. И повторять тысячу раз, что ты можешь идти — я не намерен.

— Я не выйду, если ты не выпустишь Макса. — поставил ультиматум я.

Дэвид, будучи в лёгком шоке, округлил глаза.

— Вот наглость! — забасил инспектор Миддал. По нему было видно, что он слишком долго сдерживался и, наверное, так бы, как начал, так и продолжал выплёскивать свои эмоции, но Дэвид остановил его жестом руки. Он умолк.

— Вы свободны. — сказал Дэвид.

Я думал, что мой слух меня обманывает. Такого поворота я не мог предугадать. Секунд десять, я просто смотрел на него. Макс толкнул меня в плечо и я вышел из ступора. Встал. Подал руку Максу и тот поднялся.

Макс скоренько, радостно насвистывая, вылетел прочь из камеры, а я задержался и посмотрел в глаза Дэвиду. Во мне зрело что-то такое, что подсказывало уважать его… Я старался отогнать от себя эти странные мысли. Но Дэвид вдруг протянул мне руку.

Я взял её, пожал, а он ответил мне. Это было подкреплено только зрительным контактом. Мы молчали. Я действительно хотел его уважать. Я даже начал искать явные причины для этого действия.

— Спасибо. — нашёл в себе силы сказать я.

Он ослабил хватку.

— Я уже говорил, чтобы ты поблагодарил Дану. О том, что ты был здесь — можешь забыть. Твои родители об этом не узнают, можешь не волноваться.

Я кивнул.

Мы оборвали рукопожатие и я, попрощавшись с Дэвидом кивком, прошёл по коридору, а затем спустился по лестнице к выходу. У дверей мне дали мой шарф, который я потерял, когда они меня затаскивали.

На улице было холодно. Макс Родригес, переминаясь с ноги на ногу от такой погодки, почти пританцовывал, куря сигарету. Когда я подошёл к нему, он улыбнулся, выбросил полуокурок.

— Наконец-таки! Я уже успел сто раз замёрзнуть. — пожаловался он, наступив ногой на свою бывшую сигарету и вкручивая её ногой в землю.

— Я не думал, что ты будешь меня ждать. — сказал я, застёгивая кожаную куртку и завязывая шарф.

Он посмотрел на меня, как на последнего дурака.

— Как я могу уйти куда-то, не поблагодарив и не обменявшись телефоном с пацаном, который спас меня от верной смерти?

— Прекрати, Макс! — засмеялся я.

— Но это правда, Тед. — сказал он, — спасибо.

— Не за что… Во всяком случае, мне нужно поблагодарить одну девушку…

— Дану. — сказал он, но, увидев явно сквозящие на моём лице непонимание, добавил, улыбаясь, — Я слышал ваш разговор, если ты не заметил.

Ах, точно. Я улыбнулся и кивнул.

— Да, Дану… — подтвердил я, — Кстати, я тоже должен сказать тебе “спасибо”. Если бы не ты, на меня б наступила охрана клуба и всё могло окончиться хуже.

Макс засветился от улыбки.

— Да ладно! — бодро сказал он, — Я не люблю, когда шестеро на одного.

— Сам такой. — узнал себя я.

Двери в участок со скрипом распахнулись и из них вышел Дэвид. Мы с Максом посмотрели на него. Он немного постоял на ступенях, и, пристально осмотрев нас, спустился, подошёл к нам на расстояние метра.

— Вас подвезти? — спросил он, — Я скажу Миддалу, чтобы он приказал кому-нибудь…

Вот это поворот!

— Нет, уволь! — возмутился Родригес, — Я уже наездился в полицейской. Лучше вызови мне такси, на моём мобиле ноль… чёрт! Я передумал. У меня даже бабла заплатить таксисту нет!

— Я могу вас подвезти. — сказал он с непроницаемым выражением на лице.

Мы с Родригесом переглянулись, а затем, уставились на него. Макс нахмурился и с наигранной осторожностью спросил:

— А ты, случайно, головой нигде не ударился?

Дэвид закатил глаза и посмотрел на Макса, как на полоумного.

— Нет. Не ударился.

Макс вопросительно посмотрел на меня. Другого варианта выбраться отсюда я не видел. Я не помню в подробностях, как меня из клуба вывезли сюда, но то, что участок находился, конкретно, в Жопе Мира — факт, как и то, что ночь непроглядна и очень холодна. Естественно, было бы идиотским вариантом не согласиться… Хоть это было и странно. Дэвид за несколько секунд поднялся в моих глазах, а сейчас, продолжал держать планку. И, невольно сравнивая себя и его, я отметил, что вполне могу ему проиграть. Но я не хотел начать нашего соперничества в своих мыслях — это было бы глупо, я просто пытался понять его… Но решил отложить это на потом. Макс и Дэвид ждали ответа.

— Думаю, что другого предложения ждать бессмысленно. — сказал я, — Это было бы очень любезно, Дэвид.

— Ну, тогда — поехали. — сказал он, и мы последовали за ним к его чёрной “мазде”.

Макс уселся на заднем сидении, а я устроился впереди с Дэвидом.