— Меня в отель “Аспен-Лоск”! — ответил Макс на вопрос, куда ему ехать.

Меня он не спросил. Видимо, он отвозил Дану и других из клуба.

— Тогда, сначала, я отвезу тебя. С тобой, Грей, мы почти соседи. — ответил Дэвид и дал по газам.

Пока он выезжал на оживлённую трассу, мы с Максом обменялись телефонами.

Дэвид напряжённо следил за дорогой и поэтому я не мог полностью доверять его вождению. Пристегнулся. Во-первых, он был не сосредоточен на дороге, отвлекаясь на нервные передёргивания, а во-вторых, он вцепился в руль, как в спасательный круг. Мой вариант — первое — это свободно держать руль, а второе не отвлекаться на посторонние вещи — этим двум правилам учил меня мистер Кристиан Грей… И поэтому, я думаю, что вожу лучше, чем Дэвид.

Вспомнив уроки папы, я улыбнулся… Это было лето… Мне едва стукнуло шестнадцать.

— Так, мистер Грей, сегодня я познакомлю тебя с самой преданной и верной женщиной, у которой никогда не болит голова, которая может проводить с тобой дни и ночи напролёт, которая пьёт редко, но каждый раз почти по три-четыре литра, не курит, любит, чтобы за ней ухаживали — Ауди. — папа указал рукой на свою машину. Я улыбнулся.

— Ты так её любишь. — сказал я.

— Безумно. — ответил он, потом, подмигнув, добавил полушёпотом:

— Не говори маме.

Я ухмыльнулся, хитро улыбаясь.

Он открыл дверцу и сказал мне сесть.

На пассажирское?!

— Я думал, ты будешь учить меня водить. — сказал я, склонив голову набок.

— Сначала, посмотри, как это делает мастер. Садись. — повторил Кристиан.

Я уселся рядом с ним. Папа, указывая пальцем на каждую из кнопок, рычагов, педалей, говорил мне что это и для чего. Затем, он проверил меня. Я назвал каждую деталь своим именем безукоризненно. Он с удивлением поднял брови и, одобрительно кивнув, сказал:

— Молодец.

Я улыбался тогда, как Чеширский кот… Дальше, папа катал меня по всему Сиэтлу, вырисовывая такие манёвры, на которые решится не каждый авто-гонщик. Кстати, до этого, я подписал с ним договор о неразглашении. Когда я узнал для чего, то искренне смеялся.

— Папа, зачем мне это подписывать? — спросил я, не понимая.

— Если ты расскажешь о том, как я тебя катал Анастейше — ты сделаешь своего отца импотентом. Ана мне триста раз сказала: “Кристиан, никаких автодром-трюков, иначе я просто…” — папа откашлялся, — Дальше, ты, надеюсь, понял…

Я тогда ржал минуты три. Гроза для папы — Анастейша. Они просто идеально подходят друг другу!

С того момента и началось моё обучение. Через год, я с отличием сдал на права — но к моему разочарованию — ещё один год о покупке моей машины, папа и мама отвечали одинаково: “рано”. Но, всё же, воскресенье совсем не за горами и моя мечта — скоро будет исполнена.

— Брателла, был рад познакомиться! — вырывает меня из мыслей голос Макса, который открыв дверь на моё переднее сидение, улыбается во весь рот.

Вау. Мы уже у отеля.

— Я тоже был рад, топ-модель Родригес. — усмехнулся я. Он сморщился и насмешливо, далеко не зло, сказал:

— Иди к чёрту! — а потом быстро закрыл дверь, и через секунду открыл снова:

— Я тебе позвоню! — крикнул он.

— Хорошо. — сказал я.

И снова хлопнув дверью, он ушёл, помахав мне напоследок рукой.

Дэвид ничего не сказав, тронулся с места и более уверенно орудуя рулём, повёл дальше. Между нами тянулось молчание, которое казалось напряжённым… Когда мы сидели в машине втроём, этого не было. А теперь, меня это…почти душило.

— Грей, — сказал вдруг Дэвид и я, внутренне, от неожиданности дёрнулся, — ты… у тебя планы на Дану?

— Спроси конкретнее. — бесстрастно попросил я, так же, смотря на дорогу.

Он усмехнулся.

— Не знаю, куда ещё конкретнее, мистер Грей, — проговорил он деланно, — Ты хочешь быть с ней?

Я решил быть честен. Прямее вопроса поставить нельзя.

— Скажу правду — нет, мистер…

— Клайд.

— Мистер Клайд. — поправился я.

— Ты восхищаешься ей издалека? — спросил он.

— Не могу назвать это восхищением. Скорее, она мне просто приятна. И сознаюсь, что невольно тянусь к разговором с ней, мне нравятся её мысли.

— И не более? — спросил он.

— Не более. — ответил я.

Кажется, он с облегчением вздохнул. Сейчас исправлю.

— Знаешь, Дэвид Клайд, если быть абсолютно честным, то я скажу — дело не во мне, а в ней. Я не буду мешать, если в тебе её истинное счастье…

Дэвид впервые посмотрел на меня и я перевёл на него взгляд.

— Грей, — сухо начал он, всё ещё смотря на меня, — просто оставь её мне. Она не должна тебя заботить, пока она сама не скажет тебе, что нуждается в этом.

Я бросил взгляд на электронные часы. 2:20. Не могу сказать, что эту просьбу я выполнить не в силах… Но… БЛЯДЬ!!!

— Дэвид! Чёрт! — заорал я, увидев, как “мазда” Дэвида стремится стукнуться о белое “рено”, которое чёрт знает почему остановилось… Но мой крик не подействовал на него сразу, и я, почти вырвав руль из его рук, свернул к пустому тротуару, а ногой резко нажал на тормоз… Я остановил тачку в сантиметре от вылета за обочину. А до этого, за две секунды спас нас от столкновения, которое могло принести много неприятностей… А ещё, не дай Господь, травм…

Дэвид едва дышал от шока. Я медленно отпустил руль, который чуть не оторвал, убрал ногу с педали. Мы молчали. Но я, всё же, сказал:

— Дай-ка я поведу. — поборов шок и адреналин, подступивший к глотке, сказал я.

— Грей… — выдохнул вдруг Дэвид и протянул для рукопожатия руку, я взял её, — спасибо. Это было… нереально.

Я лишь кивнул. Мы поменялись местами. И только сейчас я понял, что Дэвид был не пристёгнут. Прежде чем начать движение, я сказал ему:

— Ремень безопасности.

Клайд понял, что я хочу и выполнил это. Я с предельной осторожностью влился в движение. Оказывается, это всё грёбанный полу-сломанный светофор, мигающий каждые пять секунд то красным, то зелёным. Дорога по которой мы движемся — широкий, не слишком продольный мост. Из-за светофора, “рено” резко остановилось — и чуть не было причиной аварии. К тому же, нам очень повезло, что за нами никого не было… Да и вообще, нам очень повезло.

— Господи… — выдохнул Дэвид, — Как ты так быстро сообразил?

— Человек способен на невозможное в критических ситуациях. — прямо ответил я.

Сейчас, мне вообще не хотелось говорить. Я хотел скорее добраться до дома…

До Сиэтла.

К Айрин.

Опять её лицо перед глазами…

Через пять минут долгого молчания, и, предельно возможной после такой ситуации быстрой езды, я остановил тачку у своего дома.

— Доедешь дальше сам? — спросил я.

— Да. Доеду. — ответил он.

Мы снова поменялись местами. Но на этот раз, я в машину не сел. Прежде чем занять своё водительское место, Дэвид сказал:

— Ещё раз спасибо, мистер Грей.

Я пожал плечами.

— Теперь, мы квиты, мистер Клайд. — ответил я, припоминая свой выход из тюрьмы без шума и пыли.

Он косо улыбнулся, сел в машину и уехал. Глубоко вдохнув, я подошёл к двери дома, попытался открыть. Она была закрыта… Свет горел только в гостиной.

Я постучал и почти сразу услышал за ней шорохи и шаги… Мне открыла сонная, кажется, обессиленная Дана. Она была нездорово бледна, глаза потухшие и грустные… Она отошла от двери, пропуская меня. Ничего не говоря, я прошёл внутрь дома и мягко улыбнулся ей. Тень улыбки коснулась её губ. Она закрыла дверь на ключ и почему-то остановилась рядом с ней, стоя ко мне спиной…

Детка, что с тобой?

Дана продолжала стоять ко мне спиной, а я не сдвигался с места. Я был, как столб, и не мог двигаться… Слишком многое мне пришлось испытать за сегодняшний день. И я знал, что должен был сказать Дане “спасибо”, но, чёрт, не мог… Я вообще ничего не мог. А она всё стояла спиной ко мне… И я опять почувствовал эту странную тягу к ней.

Я положил руки на её плечи и крепко сжал. Я почувствовал, как она задрожала.

— Дана… — шепнул я, еле слышно, а потом, опустился к самому её уху и прошептал, — Спасибо…

Она медленно обернулась ко мне и с невозможной печалью в голубых глазах, смотрела на меня снизу вверх… А потом, глубоко вдохнув, сказала:

— Ты… ты дурак, Тед. И ты просто сумасшедший придурок… Самовлюблённый осёл. Идиот.

Я усмехнулся.

— И это всё? — спросил я, выгнув бровь.

— И я ненавижу тебя. — ответила она.

Мне вдруг стало больно. Я уж точно не хотел, чтобы она ненавидела меня.

— За что? Почему? — спросил я.

— Потому, что люблю… — выдохнула она и вновь отвернулась от меня, закрыв лицо руками… Боже… Это всё не может быть так!

Я люблю Айрин, но что гложет меня, когда я вижу Дану? Что заставляет меня… тянуться к ней? И через секунду, я вдруг осознал, что я её…хочу…

Это не чувство. Это просто животное притяжение к ней. Чёрт! Вот и ответ на вопрос. Быть может, это и есть то, что и она называет любовью?! Такое же было у меня с Джеммой… И когда мы трахнулись с ней один раз — все мои заскоки и мучения при виде неё прошли. Но Дану я не трону, если она сама не попросит. Лучшим вариантом было для меня уйти… И перед этим, сказать “извини”.

— Прости, Дана. — выдохнул я тяжко и развернулся, чтобы уйти, но…

— Тед! — негромкий крик, полный мольбы и боли заставил меня обернуться…

Щёки Даны были в слезах, которые она постоянно утирала, и, пытаясь сказать что-то, всхлипывала.

— Тед, я не знаю, что мне делать… Я не могу больше так… Не могу… Прости меня, пожалуйста…

Ох, чёрт, детка… у тебя нервный срыв…

— Иди-ка сюда… — успокаивающе и нежно сказал я, а она не прекращала плакать и сотрясаться от судорожных всхлипов. Бедная моя крошка… Я взял её на руки, а она прижалась ко мне, продолжая рыдать… Она хотела остановиться, но не могла. Её тоже затрахала путаница между нами…

Я занёс её в ванную комнату и поставил в ванну. Скинув с себя куртку и шарф, чтобы не намочить хотя бы их, я засучил рукава рубашки и открыв холодный душ, направил на неё… Она дёрнулась от резко стрельнувших на неё сверху капель, и, вдруг, начала скатываться по стене… Нет, только её потери сознания мне не хватало! Она плакала, тяжело всхлипывала и я, быстро разувшись, сняв обувь с носками, залез к ней ванну… Я взял плечи Даны в свои руки, оттянул её от холодной стены из кафеля, встал у неё за спиной… Она опёрлась на моё плечо и посмотрела в мои глаза… Я почувствовал, как намокла моя одежда и прилипла к телу… Ночная рубашка Даниэль… она тоже намокла, обтягивая её чудесную грудь… Чёрт! Чёрт! Чёрт!