1.05.2003

Вчера по новостям рассказывали, что Альберта срочно госпитализировали. У него правда осложнение после воспаления легких? Я не хочу думать, что это завеса для чего-либо более серьезного.

Все будет хорошо. Поверь мне. Все будет хорошо.

Альберт выздоровеет, а ты влюбишься. Но помни, что влюбленность и любовь это совершенно разные вещи. Можно любить человека, искренне. Всепоглощающе, но мимолетно увлекаться другим, зацепившим тебя какой-то искрой. Но искры тухнут. Пройдет время и второго память забудет, словно строчку из дешевого романа, а любимый человек навсегда останется в сердце, в каждой секунде разума.

У меня есть ты и Сора, и вы сильнее глупой привязанности или увлеченности. Вы существуете неразрывно от моего сердца.

Нужно дорожить человеком, способным любить тебя, чувствовать, что без него, в твоей жизни невозможно спокойно существовать.

И пусть это покажется высокопарно, но переступив через себя, я хочу чтобы ты огляделась по сторонам и нашла достойного человека, способного занять место рядом с тобой. Ты не должна быть одинока, иначе это будет моя вина.

К.

Он уверял себя, что правильно поступает, что именно это— проявление настоящей любви. Нужно желать друг другу добра и мира и тогда в их будущем будет смысл. Но все же вся эта «правильность» бесила его своей безысходностью и абсурдностью ситуации.

Эту неделю всей семьей они проводили в загородной резиденции, наслаждаясь тишиной, отсутствием контроля общественности приятным общением с друзьями и близкими, ради которых не нужно было наряжаться и строить из себя не пойми что.

Анна изнывала от скуки и отсчитывала дни до окончания отпуска Хезер, в который она и сама отправила, узнав, что дочь хочет посетить Египет. Ей действительно не хватало наставницы, которую уже можно было с уверенностью назвать личным психологом со стажем. Княжна действительно в последнее время отсчитывала даже часы до приезда Хезер, что должна была прибыть в резиденцию поздно вечером. Поэтому Анна не ложилась спать, решив дождаться ее, расположившись в гостиной.

Дверь негромко скрипнула, отвлекая от книги. Анна подняла голову и увидела в дверях Хезер, как всегда одетую с иголочки.

— Добрый вечер, княжна, — женщина вошла в комнату и села на диван, рядом со своей подопечной, зная, что та весь день ожидала ее появления.

— Добрый, — радостно произнесла Анна, разглядывая почти шоколадный загар собеседницы. Ей же такой по статусу был не положен. — Как прошел отпуск?

— Довольно жарко, — вздохнула Хезер, откинувшись на спинку дивана. — Ужасно жарко. Не знаю, как от такой погоды можно быть в восторге? Но пирамиды восхитительны, с трудом верится, что их построили предки этих неучей-бедуинов. Такое совершенство и могущество.

— Ты тоже придерживаешься теории о помощи инопланетян? — усмехнулась девушка, откусывая яблоко. — Или есть еще какие-нибудь идеи?

— На самом деле есть. Но не по пирамидам, — Хезер повернула голову к подопечной. — Не уверена, что она вам понравится. Да и она довольно логичная.

— Ты меня заинтриговала, — сощурилась Анна и поудобнее устроилась на диван. Она не помнила ни одной идеи Хезер, которая бы не понравилась ей. Ну, кроме той про "неделю в месяце быть вегетарианкой".

— Мы часто разговариваем с вами о замужестве, о романтических отношениях, — не свойственно начала издалека Хезер.

— И к чему ты ведешь? — с подозрением спросила девушка.

Дом уже спал, оставив их наедине друг с другом. За окном лишь работали садовники и дворники, что подобно работникам Диснейленда, за ночь меняли цветы в клумбах, корректировали кусты. Вот это работа на имидж.

— Мне кажется, что у меня есть хорошая, логичная идея, но я боюсь, что вам она покажется совершенно больной и нереальной, — Хезер задержала дыхание в последний раз решая поделиться или нет с княжной своей мыслью, что так давно глумилась в ее мозгу. — Я предлагаю вам выйти замуж за Виктора Руже.

Анна поперхнулась и выплюнув пережеванное яблоко в руку, посмотрела на женщину. Она что заметила ее внезапный интерес к нему? Или она сама слишком часто упоминала его имя, шутила. Вот и досмеялась.

— Виктор? — переспросила княжна, собирая выпавшие кусочки яблока в салфетку. — Наш Виктор. Друг Альберта, что старше меня на десять лет?

— Возраст это меньшая из бед, — наставница внимательно рассматривала, как быстро менялось выражение лица юной княжны. Конечно, она прекрасно замечала их обоюдную симпатию, и только даже на этом моменте можно было разыграть удачную партию. Было время для политических союзов не требовалось ничего, кроме статуса.

— И как тебя осенило-то? — сглотнув, произнесла девушка, начиная осознавать, что если не брать в расчет ее чувства, то расклад совершенно потрясающий.

— Где-то год назад я видела фотографию в одной из газет, — задумавшись начала Хезер, она все еще смотрела на подопечную в надежде точно понять нравится ли той идея или нет. — Вы с месье Руже стояли на фоне костела, что в Галифоре, и улыбались, смотря друг на друга. Я еще подумала " какая идеальная постановка кадра. Принц склонив голову с улыбкой смотрит на чуть смущенную принцессу". Меня это фото воодушевило, я хотела открыток с ним, плакатов, напечатать на банкнотах и кружках.

— Да, — чуть нахмурившись согласилась Анна, но она не разделяла энтузиазм своей наставницы, ибо ей определенно казалось, что она явно не пара Виктору. Ниже его, полнее, без такой же открытой улыбки, что не портит лицо. Даже то что он старше уходило на второй план. Руже был красив. Умен и опытен. А еще он никогда не видел в ней девушку. Она не дура, видела же его снисходительный взгляд и это попечительское поглаживание по плечу, знала его пассий, которым в подметки не годилась. Если только интеллектуально выигрывая у них. — Мысль интересная…

— Ты ему нравишься, — Хезер положила ей руку на колено. — Вы дружите с ним. Все видят эту безоговорочную симпатию. Даже искру. Разве нет?

Анна молча отвернулась.

— Он чистокровный житель Грепиль, — снова начала Хезер. — Этот плюс уже перебивает все остальные. Он красив, умен, остроумен и находчив. Спортсмен и работает на благо княжества. Нет грандиозных скандалов и за годы дружбы с Альбертом пресса не смогла очернить его.

— Я не могу, — покачала головой Анна. — Мне страшно. И я говорю тебе об этом прямо. А вдруг он меня отвергнет?

— Этот вопрос будет обсуждаться. Виктор будет в курсе того, что это будет политический брак, — заверила ее женщина, радуясь тому, что княжна не восприняла все в штыки.

— А вдруг я не полюблю его? — девушка повернулась в обеспокоенным выражением лица. — Я так не смогу. Не выдержу жить, рожать детей, человеку к которому у меня не будет хотя бы капли любви. Итак в клетке. Да, сейчас к Виктору я ощущаю… я не знаю… интерес. Но нет, того чувства, мысли… что я не смогу прожить без него и дня. Мне нужно это.

Анна глубоко вдохнула и встав, подошла к окну. Ее сердце почему-то бешено колотилось, хотя это был всего лишь разговор, ни к чему не обязывающий. Но почему же ей так волнительно и немного страшно?

— Я понимаю, что он идеальная кандидатура, — княжна рассматривала освещенные дорожки у дома. — Но если бы он был незнакомым человеком, то было бы легче. Может… Может, я просто боюсь не взаимности не только с моей стороны, но и с его?

— А если собраться и подумать об этом, потом просто попробовать? — Хезер подошла к ней и взяла за руки, смотря прямо в глаза. — Я же не приказываю вам. Просто предлагаю все обдумать. Вдруг вас осенит более гениальной идеей.

— Знаю, — Анна склонила голову вбок. — Не понимаю, почему так резко отреагировала. Наверное, осознала, что мне и вправду пора начать строить серьезные отношения. А еще все должны быть довольными ими. Ведь я…

— На этой ноте разбредемся по спальням? — с улыбкой предложила Хезер, ласково коснувшись щеки своей воспитанницы. Ее реакция была интересной и неожиданной. Вместо того чтобы рассмеяться и обсудить эту идею с шутками и подколками, она словно испугалась. Неужели что-то есть больше чем симпатия или это очередной приступ заниженной самооценки? Хезер видела в Викторе умного мужчину, что уже готов к "тихой гавани", стабильности и уверенности в будущем. По всем критериям Анна ему идеально подходила, ей нужна была опека и все понимание, от которых так сбегали его подружки. Княжна жаждала постоянного внимания и при удачном раскладе получила бы его сполна. Вот как бы свести эти две прямые?

Княжна тоже размышляла, ворочаясь в постели от невозможности заснуть. Она старалась представить себе жизнь с Куроки, дабы выбить из головы эту навязчивую идею, подаренную Хезер. Господи, да она банально не подходит ему. Он же видит в ней девочку с несчастной влюбленностью, а не любовницу. У нее нет опыта, нет умения флиртовать, быть соблазнительной. Ему станет скучно с ней, устанет от ее детского лепета и начнет отдаляться. И повезет, если все это случится до брака, ибо развод…. Только не в этой стране.

Анна закрыла глаза и наконец-то позволила себе сдаться: представила, что все хорошо, она замужем за Виктором, у них трое детей, что вот-вот проснуться. Они спят в одной постели, заниматься перед сном любовью, просыпаясь, он убирает волосы с ее лица. И почему так покраснели ее щеки? Интересно у него есть волосы на груди? Господи, о чем она думает? Анна со вздохом уткнулась носом в подушку, прекрасно осознавая, что еще долго не заснет от размышлений и просчета вариантов. Умом она понимала, что всегда стоит попробовать, сделать первый шаг, она же сама себе внушала не так давно, что нужно быть решительной. Но с другой стороны прекрасно поживала ее сомневающаяся девичья натура. Как же сложно быть девушкой.

6.07.2003

У нас с Сорой будет ребенок.

К.

15.07.2003