— Ты мой спасательный круг, — Куроки поцеловал ее в макушку и чуть сжал руку. — Я думаю твоя идея отмечать годовщины нашего знакомства не такая уж и глупая.

— Ну спасибо, — пробурчала девушка и легко стукнула его коленкой по ноге. — Я перед ним три часа подряд несу одну чепуху, а он произнес лишь одно предложение.

— Все потому что ты мечтатель, дурочка, — он прижал ее к себе и рассмеялся. Легко. Ему действительно было с ней легко. Не нужно было контролировать себя, прикидываться другим человеком или приписывать себе определенное поведение, следить за ловами. Ему было всего двадцать четыре и поступать так как ему заблагорассудится, жить по-своему, не думать о последствиях. Быть простым человеком.

31.10.2008

Двадцать девять! До сих пор не верю!

К.

6.11.2008

Ты обещал, что в тридцать будешь мудрее, но вот прошло два года, а воз и ныне там.

A.P.

25.12.2008

С Новым годом и Рождеством!

Счастья, удачи и свершения всего задуманного!

К,S,T and Sakura

31.12.2008

С Новым годом!

Пусть драконы охраняют ваш покой!

A,V and K.

Люди вокруг улыбались, пожимали друг другу руки, шутили и смеялись, профессионально изображая старую добрую ярмарку тщеславия, что-то обсуждали и вели себя подобающе. И почему-то именно в этот день они решили вспомнить, что среди них есть член августейшей семьи. А ведь до этой летней встречи выпускников некоторые из них совершенно не замечали Сашу и его маленькие странности. Смахнув отросшую челку с глаз, Саша не спеша подошел к группе девушек, что училась с ним в одном потоке.

— Ваше высочество, — чуть рассинхронно произнесли они присев в глупый и неудачный реверанс. Или виной тому было вино в их бокалах? Но дружный смех после выдавал в них стайку школьниц.

— Вообще "Святейшество". Но посмеялись и хватит, — подавляя смех произнесла Жанна Ганрип, его бывшая однокурсница, что стояла ближе всех нему. Вот только в ее зеленных глазах не было ни капли раскаянья. Александр снисходительно посмотрел на нее: та слишком была похожа на его сестру, вот только та могла спокойно "опустить" своего собеседника, а с языка Жанны всегда капал яд.

— То ли я от вас отвык, то ли вы за год стали злее, — сдержал насмешку Саша и чуть пригубил из бокала. Жанна закатила глаза, снова привлекая его внимание: все те же рыжие выпрямленные волосы, что должны вообще то одуванчиком окружать голову и придавать хозяйке более милый вид; та же стройность и подтянутость, ведь негоже дочке посла плохо выглядеть на фото. Странно… Когда они учились, стоящие перед ним девушки казались ему невыразительными и не стоящими внимания. Жанна была за белой пеленой, в особенности из-за своего характера и того, что видела его почти каждый день, а сейчас… Он встречался с Сакурой и Ксенией с юрфака, был своеобразной звездой курса, как бы сестра не просила его не выделяться. Но когда перед тобой столько возможностей и свободы, как не дать себе шанса отгулять на всю оставшуюся жизнь? Вот теперь все иначе: его однокурсницы красавицы и умницы. За которыми вьется вереница мужчин, а завтра ждет хорошая работа с соответствующим окладом. А прошел всего год.

— СМИ писали, что ты поступил в магистратуру в Грепиль, — с полной серьезностью произнесла Жанна, когда стайка сплетниц перекочевала к очередной жертве насмешек— сыну миллионера. Впрочем, он не мог их винить— они получали своего рода возмездие, возможно и заслуженное.

— А они, они не писали, что я к тому же и лаборант в этом университете? — поинтересовался Саша. За последний год он неплохо влился в жизнь княжества и на работе, хоть и немного, но относились к нему с добротой и уважениям, конечно же не давая поблажек. Александр думал, что это указание сестры. А здесь и сейчас они все были равны: и Ганрип, что училась на контракте (из-за гражданства Грепиль) и получала весь набор оценок из-за своей лени и своенравного характера. Как и Коля, сын политика, приезжавший в университет на новейшей версии ВМВ, чем вызывал у окружающих зависть. Правда, паренек он был неплохой.

Девушка фыркнула и поставила бокал на поднос проходившего мимо официанта: Саша не мог припомнить чтобы за все пять лет его собеседница так подкрепляла себя алкоголем, видно ей, как и ему не по себе. Лично он немного отвык от такого обращения, где спускают с небес на землю, хотя он все еще помнит, как она поставила его на место, пристыдив фотографиями из Ирландии и потраченными впустую деньгами. Кто бы мог подумать, что и дочка посла будет дорожить его имиджем.

— Как я предполагаю, ты решил преподавать? — Жанна аккуратно достала из сумочки платок и протерла им у глаз, возвращая свою немного сбежавшую подводку на место. Не стоило так сильно смеяться.

— Да, — пожал плечами юноша. — Нужно же мне чем-нибудь заниматься. Ты кого-то ищешь?

Он наконец-то заметил, что его бывшая одногруппница постоянно коситься в сторону.

— Либо у меня мания преследования, что не исключено, либо вон тот мужчина, — Жанна легко кивнула в сторону дальнего столика, близ играющих музыкантов. Пытается нас сфотографировать.

— Все возможно, — с недовольством нахмурился Александр. Ему стало немного стыдно и некомфортно, что из-за него все присутствующие могут обнаружить свои фото в газете или интернете.

— Прости, — почти обреченно произнес Саша, полностью копируя интонацию своей сестры, когда та просила прощения у своего мужа за невинные оплошности. Юноша отчетливо понимал с какой бешенной скоростью работает затвор фотоаппарата и даже сам мог помочь с придумыванием заголовком. В Грепиль такого бы не произошло: сестра отлично проработала над законом о закрытости личной жизни. Особенно известных персон — ведь до сих пор никто не знает, что она на девятой недели беременности. Даже сам Куроки.

— Подумаешь, — отчего-то добродушно отмахнулась Жанна и улыбнулась. — Я в кои-то веки накрасилась. Да и была в курсе этого довеска, когда решала охмурить тебя или нет.

Сама уставился на нее непонимающе: шутит ли она или нет. Вот в чем была ее проблема— никто никогда не понимал ее переменчивого характера, граничащего с психическим расстройством. Ее милому отцу все-таки стоило либо сделать тест на ДНК, либо показать ее психиатру.

12.07.2009

Спасибо тебе за слова скорби и помощь в трудную минуту. Это действо, по-иному я не могу сказать. Ведь оно лишено не только отчетливого смысла — убивать своих же, но и подготовки. Эксперты в один голос заявили, что действовали самоучки. Куда катиться страна? Газ в метро! Газ в венах Акиры — это словно самоубийство. Наверное, я просто что-то не понимаю.

А теперь, как и обещал себе, о хорошем.

Мы с Сорой тоже собираемся второго ребенка. Пусть я и считаю, что Такэо еще мал и мы должны в полной мере заниматься его воспитанием. Но Сора непреклонна, каждый раз напоминая мне, что ей уже не двадцать.

Я только сейчас понял, что мы с ней женаты уже восемь лет. Срок. И это сказано без издевки. Не понимаю, как мы вытерпели друг друга, но мы смогли и вот спокойно сидим в одной лодке.

Сакура все еще встречается с этим архитектором, который, как по мне, благотворно на нее влияет. Она почти перестала мне дерзить— выпьем за это шампанского; устроилась на постоянную работу; и посещает все мероприятия проводимые Дворцом. Сама вежливость и учтивость— в последний раз она так себя вела, когда находилась рядом с твоим братом.

Такэо начал изучать французский. Как-никак, а ему уже пять и нужно подготавливать базу для будущих знаний. Вот только я полностью уверен, что ты думаешь, что я на него давлю и слишком много требую. Поверь, родная, он хотя бы не получит линейкой по рукам за неверный ответ.

А еще недавно…

Куроки оторвался от листа бумаги. А еще недавно он был в Женеве, в том теплом августе двухтысячи первого.

Принц стоит чуть прячась за колонной и наблюдает за входящими в зал людьми. Он совершенно не желал находиться на этом форуме, но отец решил иначе. Вокруг отточенные улыбки и тихие, едва различимые переговоры, но все чем-то точно взбудоражены.

— Я не думаю, что это хорошая идея, — внезапно он слышит знакомый голос и почти рядом с ним проходит Анна под руку с Виктором Руже. Она что-то настойчиво ему объясняет, но мужчина, с легкой улыбкой на губах, качает головой и кратко возражает.

Куроки двинулся за ними чуть позади, дабы не быть замеченным и не привлечь внимание. Он отчаянно пытался понять суть их разговора, так легко менявшего языки произношения. А еще он не мог спокойно за ними наблюдать, старался каждой клеточкой тела насладиться ее таким близким присутствием. Впитать в себя. Беспокойно Куроки постоянно хмурился, словно он так долго смотрел на солнце, что оно начало разрушать сетчатку его глаза. Что же это такое?

Все гости форума начали усаживаться на свои места и юноше пришлось занять свое, на ряд позади делегации из Грепиль. К наблюдаемой парочке, к его облегчению, присоединился старик (Куроки понял, что это министр Пруст). И стало как-то легче дышать: теперь внимание Анны привлек докладчик и временами министр, что что-то ей пояснял. Юноша глубоко вдохнул, как советуют в фильмах, и выдохнул. Вот только ничего не изменилось. Сердце в его груди изображало заводную мартышку с тарелками, отбивая учащенное биение. Слышал ли он докладчика? Определенно нет, хоть на его лице и царствовала крайняя заинтересованность, напущенная специально для сидящего рядом помощника и фотокамер. Сейчас его определенно точно волновал вопрос чувствует ли Анна тоже самое видя его с Сорой? Ему, отчасти эгоистично и понятно, хотелось чтобы ей, как и ему было, хоть немного, но больно. Глупо. Как же глупо. Они не признавались друг другу в любви и клялись в верности до смерти. Просто были. Просто почему-то чувствовали притяжение, которое невозможно было нормально осмыслить и дать реальное описание. Это притяжение отпускало, уставая от времени и расстояния, но билось в восхищении, от одного лишь упоминания. Он где-то читал, что после всех этих мук, он сможет любить Анну как сестру. Оберегать, любить. Как сестру. И в свои двадцать четыре он и вправду на это надеялся. Надеялся, что перестанет прокручивать в голове ее голос, произносящий отрывки фраз, не будет перед глазами мелькать улыбка и морщинки у глаз. Наваждение пройдет, словно вчерашний дождь, ставший мифом.