82. Голова дракона

- Вы выглядите иначе, - заметил Фелтор, прислонившись к колонне в Палате Гильдии. Женщина рядом с ним была хорошо, но не вызывающе одета, кожа тёмного оттенка, как будто она с юга империи, возможно, из Бессарина, её каштановые волосы были заплетены в строгую косу. – Возможно, немного разгорячённой? - Фелтор держал в руке кубок из чеканного золота, и теперь сделал глоток разбавленного вина, пока наблюдал, как каменщики-подмастерья устанавливают в большом зале статуи восьми величайших мастеров гильдии. «У одной из них были черты лица мастера Олдина, кое-что, что должно понравиться старику», - подумал Фелтор, прежде чем повернуться к Аселе.

- Мы недооценили маэстру, - тихо поведала Асела, наблюдая, как двое рабочих вешают гирлянды между колоннами, поддерживающими высокий потолок зала. Посреди зала был возведён подиум, на котором сегодня вечером будут выступать представители сословий, здесь также будут петь приглашённые на вечер барды. - Она нашла дочь посла и перенесла в неё свой дух... этого никто не мог ожидать!

- Форма Переноса? - удивлённо спросил Фелтор. - Тех, кто был на это способен, всегда было мало, это же форма шестого уровня, верно?

- Точно, - ошарашенно ответила Асела. - Значит она была на это неспособна!

- Есть много вещей, которые кажутся невозможными, - заметил Фелтор. Он посмотрел на женщину. - Я предупреждал, что ваши пристрастия могут стать причиной вашего краха.

- Я хорошо это знаю. Прошу вас, хватит меня упрекать, я и сама себя виню.

- Поскольку это всё равно уже ничего не изменит, так и быть, - сказал Фелтор. - В будущем следуйте моему совету более внимательно!

- Обещаю.

- Вы убили её? - небрежно спросил Фелтор и кивнул проходящему мимо гильдейскому мастеру. Мужчина вежливо поприветствовал в ответ, с любопытством посмотрел на Аселу и пошёл дальше.

- Нет. Она удивительно дисциплинирована и со стойким разумом... - Асела недоверчиво покачала головой. - Я забыла, каково это, сражаться с одним из наших. Я думала, что она просто носит мантию... но в ней скрывается намного больше, Фелтор, намного больше! Я отступила, поскольку если даже убила бы девчонку, это не причинило бы вреда маэстре. Не было причин сражаться дальше.

- Разумное решение с вашей стороны? - спросил Фелтор. - Вы меня удивили.

- Перед этим она убила Мирама в открытом бою, - сказала Асела, игнорируя слова Фелтора.

- Это прискорбно, - заметил он. - И встревожит ящеров.

- Да пусть сгниют там внизу или станут пищей для чудовищ. Они нам больше не нужны, - небрежно ответила она. - Маэстра беспокоит меня больше. Она с лёгкостью удерживала дюжину различных форм, она быстра и уверено владеет клинком, а её талант сияет, как пылающее пламя!

- Что снова возвращает нас к вопросу, как она смогла избежать фанал, - спокойно сказал Фелтор. - Но независимо от того, насколько велик её талант или её знания, она тоже больше ничего не сможет изменить. Взгляните, там Мерцек...

Они оба наблюдали, как Мерцек в одежде каменщика поднял одну из мраморных плит, прежде чем по его знаку другие каменщики опустили тяжёлую статую: пьедестал статуи идеально помещался в углубление в полу. Но прежде чем пьедестал встал на место на короткое мгновение под каменной плитой показалось углубление в золотой раме на полу.

Другие каменщики разобрали треногу с полиспастом, отвязали от статуи верёвки и ушли, работа на этот день была закончена. Мерцек огляделся, затем открыл клапан в задней части статуи и поместил в углубление мерцающий красный драгоценный камень, размером с кулак, с двенадцатью аккуратно отшлифованными гранями, прежде чем снова закрыть пьедестал.

Даже Фелтору и Аселе было трудно наблюдать за его действиями, потому что это был один из талантов Мерцека: если он этого не хотел, на него почти не обращали внимания.

- Это был последний? - спросила Асела. Фелтор кивнул, глядя на платформу, которая теперь была накрыта тяжёлой золотой тканью.

- За исключением центрального камня. Мерцек положит его, когда придёт время.

Восемь статуй теперь образовывали идеальный восьмиугольник вокруг внутренней части зала с платформой точно в центре.

Перед платформой теперь начали расставлять стулья, на которых займут места все, кто имел звание или имя в имперском городе, от верховного коменданта до гильдейских мастеров и могущественных торговцев.

- Голова дракона, - тихо сказала Асела.

- Да. Мы одним махом отделим её от туловища, - с горечью промолвил Фелтор. - Один удар, и дракон падёт.

- Это смелый план, - под впечатлением произнесла Асела. - Если он удастся, наш господин щедро вознаградит вас.

- Какое мне дело до награды, - грубо сказал Фелтор. - Он никогда меня не отпустит!

- И всё же вы заслужите славу и его расположение, - настаивала Асела, за что он с жалостью посмотрел на неё.

- Иногда, Асела, когда я вас вижу, мне хочется плакать, - наконец промолвил он, и женщина с изумлением посмотрела на него.

- Почему, Фелтор? Я счастлива.

- Да, - сказал он. - Счастлива быть его собакой. Почему он должен так ломать женщин, заковывать их в цепи это ложной любовью?

- Он не заковал меня в цепи, он освободил меня. Я уже вам говорила.

- Да, - отвеитл Фелтор. - Говорили. Просто иногда мне хочется забыть, какой вы были раньше. - Он потёр виски. - Даже на таком расстоянии я чувствую его недовольство из-за моих мыслей... а он даже не осознаёт того, что делает. Скажите... вы ещё думаете о Бальтазаре?

- Нет, - решительно ответила она. - Я больше не собираюсь думать о предателе.

- Он единственный, кто смог от него сбежать.

- Он не сбежал, его убили.

- Сбежал или убили, в чём разница?

Фелтор вздохнул, в последний раз оглядел зал и кивнул. Всё было готово.

- Ваша роль сыграна, Асела. Несмотря на вашу неосторожность, он будет вами доволен. В конце концов, это именно он надрессировал свою собачонку так действовать. Вам стоит уйти, просто ждите, когда всё закончится...

- То, что я слышу в ваших словах - это забота? - насмешливо спросила она, почти ожидая, что он её за это накажет. Он посмотрел на неё обоими своими глазами, одним ярким и ясным, другим тёмным как ночь, затем медленно покачал головой.

- Нет. Это воспоминание о том, что я когда-то любил вас, не более. И некая грусть... видеть, как мы разрушаем всё то, ради чего когда-то жили.

- Теперь мы живём ради него, - пылко промолвила Асела. - Это награда не сравнится ни с какой другой!

- Я знаю, что вам приходится видеть это так, - хрипло сказал Фелтор. - Уходите. Или оставайтесь. Спрячьтесь или наслаждайтесь последним актом. Только больше не приближайтесь ко мне сегодня.

Его глаза впились в неё, и она сглотнула, увидев ненависть, гнев и отчаяние, полыхающие в них. Он горько засмеялся, когда она попятилась.

- Да, Асела, он оставил мне эти чувства! Я могу ненавидеть его деяния, могу ненавидеть то, что он причинил нам... и он позволил мне считать ваше присутствие невыносимым. Теперь убирайтесь с моих глаз и с нетерпением ждите награды нашего господина.

- Я попрошу его отдать меня вам... - улыбнулась она. - Почувствовать вашу ненависть... боль в каждом вашем прикосновении... никто не причиняет мне больше боли, чем вы, даже он не в состоянии сделать это.

- Просто уходите, - сказал Фелтор хриплым голосом.

Она посмотрела на него, затем повернулась и ушла.

Фелтор проводил её взглядом и сделал последний глоток из бокала.

Осталось ли от неё ещё достаточно, чтобы помнить, почему лишь он один мог заставить её дрожать, когда ей было больно? Помнила ли она, что когда-то она тоже любила?

- Если боги существуют, о Правитель Миров, я надеюсь, они накажут вас за это! - прошептал Фелтор. Он выглянул через главные ворота Палаты Гильдии на улицу, увидел, что вечер приближается. Похоже, боги проспали момент, потому что всё уже было сделано. Теперь ничто не сможет помешать дерзкому плану.

Может... Фелтор собрал все свои силы, сфокусировал всю свою волю и снова попытался сломать ярмо, сдерживающее его... всего несколько шагов до полковника Меча из легиона Быков, стоящего там, всего несколько простых слов, и ничего не произойдёт!

Все усилия были тщетны, он не смог вырваться.

Может жить, как Асела, даже лучше, - подумал про себя Фелтор. Она забыла, кем была раньше и уже много веков назад отказалась от борьбы.