Глава 20. Вся чертова семья.

Мэтью

МОЙ БРАТ БЫЛ прав. Это она.

Холли.

После трёх недель ночных походов за пиццей в надежде на случайную встречу, я, наконец, сталкиваюсь с ней в ресторане, в котором никогда раньше не был. Похоже, это место не просто так называется «Счастливая звезда».

— Что ты здесь делаешь? — в панике восклицает она, ее руки взлетают к... подбородку?

— Я ужинаю со своей семьей. Мы празднуем день рождения моей племянницы. Что ты здесь делаешь? — Пожалуйста, не говори, что ты на свидании.

— Я заказала еду на вынос. — Ее руки все еще парят над подбородком, а на лице читается явная паника. Ее карие глаза не отрываются от пола, а левая нога начинает нервно дёргаться. Одна рука убирается от ее лица и тянет за резинку, отчего ее густые тёмные волосы каскадом рассыпаются по плечам. Я с трудом сглатываю. Это все равно что смотреть рекламу в замедленной съёмке.

— Боже, ты прекрасна. — Слова слетают с моих губ сами по себе. Я ничего не могу с этим поделать. Она великолепна.

Ее нос морщится, брови нахмурены, и она поворачивает голову в сторону зала, как будто что-то ищет.

— Здесь продают алкоголь?

— Ты думаешь, я пьян? — С чего бы ей так думать? Потому что я назвал ее красивой?

Она опускает голову и застёгивает молнию на толстовке до самых губ. Когда она снова поднимает голову, нижняя половина ее лица закрыта.

— Нет, просто... я выгляжу далеко не прекрасно. — Ее слова приглушены поднятой толстовкой.

Обычно именно на этом моменте я говорю или делаю что-то глупое. Не сегодня. Никаких игр. Никаких сожалений. Мне нужно все ей сказать.

— Холли, я почти месяц ждал шанса снова увидеть тебя, и теперь, когда ты здесь и у меня есть шанс, я не его не упущу. Я думаю, ты великолепная. Красивая. Сексуальная. Весёлая. И я бы хотел встретиться снова, сводить тебя на свидание, настоящее. — Ее глаза расширяются. — Ты можешь сказать «нет», если хочешь, и я пойму, — качаю я головой. — Нет, забыли это, я не пойму, если ты скажешь «нет», просто буду продолжать спрашивать, пока ты не скажешь «да». Я думаю, нам было бы действительно хорошо вместе. — Я смотрю вниз, ожидая ее реакции. Ее рот все еще прикрыт, но я думаю, что она улыбается. Я делаю глубокий вдох и сохраняю надежду.

— Я тоже надеялась увидеть тебя снова. — Толстовка немного опускается, и я вижу ее привлекательные пухлые губы. Она определенно улыбается. — Я сожалела о том, как себя повела, и обо всем, что я сказала перед уходом. Я нервничала, или боялась, и я запаниковала. Но я тоже думаю, что нам было бы хорошо вместе.

— Это значит «да»? Ты пойдёшь со мной на свидание?

— Да. — Она прикусывает нижнюю губу. — Но ты уверен, что это не странно из-за того, как мы начали?

— Вовсе нет. — Женщина протискивается мимо нас в дамскую комнату, и мы подходим ближе друг к другу. Мои пальцы касаются ее, и она берет меня за руку. Это действительно происходит. То, как она вызывает беспорядочное биение моего сердца… После свидания с ней мне может понадобится бета-блокатор. Оно того стоит. Вот для чего нужны кардиологи и планы лечения.

— Я просто переживаю. Я не хочу, чтобы ты считал меня девушкой, которая уходит домой с каждым встречным парнем. То, что произошло между нами, было только на один раз, — ее глаза закрываются, и она со стоном вздыхает, — который случился дважды.

— Я бы никогда не думал так о тебе, — притягиваю ее еще ближе, касаясь губами ее лба в лёгком поцелуе.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Пойдем со мной прямо сейчас. Мы можем поехать, куда ты захочешь.

— Прямо сейчас? — хихикает она, поднимая руки и кладя их мне на плечи. — Как насчёт твоей семьи? Разве ты здесь не отмечаешь день рождения?

Разумеется. Я не могу уйти.

— Присоединяйся к нам. Мы добавим одно место за столом.

— Присоединиться к вашему семейному ужину? Ты с ума сошёл? — игриво она подталкивает меня. — Я не могу встретиться с твоей семьей, мы еще даже не ходили на свидание.

— Те две ночи, которые мы провели вместе и которые ты называла сексом на одну ночь, если подумать, то на самом деле это было не так. Они больше походили на свидания.

— Свидания? — поднимает она бровь. — Ты хочешь назвать их свиданиями?

— Да, свидания, и так как мы встречаемся с Хэллоуина, думаю, тебе пора познакомиться с моей семьей.

— Я не могу. Посмотри на меня. Я в неоновой толстовке, рваных штанах для йоги, и у меня высыпало лицо. Не-а, — качает она головой.

— Ты выглядишь идеально для меня. — Я хватаю ее за руку, и она неохотно сжимает ее в ответ. Я подталкиваю ее голову вверх, освобождая подбородок от неонового хлопка, и опускаю свои губы, чтобы встретиться с ее для быстрого поцелуя. Когда мы отстраняемся, она показывает на свой подбородок и хмурится. Я смотрю на ее безупречное лицо. — Я понятия не имею, на что смотрю.

— Да, ты мне правда нравишься, Мэтью, — широко улыбается она.

Я наклоняюсь для еще одного поцелуя, прежде чем взять ее за руку и повести к нашему огромному столику на четырнадцать человек в центре ресторана.

— Подожди, — тянет она меня за руку, чтобы мы остановились. — Я не могу пойти туда.Ты сказал, что рассказал своей маме о той ночи. Она поймет, что это была я.

— Нет, она не поймет. — Черт бы побрал мой большой, глупый, пьяный рот. — Моя мама не знает никаких подробностей. Она не знает, кто ты такая.

— Ты уверен? — задерживает она дыхание. — Думаю, я умру, если она знает, что это была я.

— Она не знает. — Да, моя мама, возможно, подслушала, как я говорил о той ночи, но я никогда не упоминал при ней Холли. Она ни за что не сложила бы два и два вместе. — Тебе не нужно беспокоиться.

Когда мы приближаемся, моя болтающая семья замолкает, все взгляды устремляются на Холли, как будто она уже была темой разговора. Мой желудок скручивает от дурного предчувствия. Пэт и Кент знают, кто она такая. Это Пэт увидел ее и сказал мне, что она здесь. Но они бы ничего не сказали остальным. Ведь так?

— Это Холли, — представляю я ее членам семьи с разинутыми ртами за столом. — Холли, это мои мама, папа, Пэт, Эшли, Лола, Карли, Стейси, Нина, Элла, Ева, Кент, Робин и именинница Мишель.

— Это твоя девушка? — Элла говорит первой. Я не знаю, как ответить, и, прежде чем что-то сказать, вмешивается Нина.

— Вы собираетесь пожениться?

Это неловко, но мило, и я бросаю взгляд на Холли, которая улыбается. Фух.

— Можно я буду держать букет?

— Так, девочки, хватит. — От девушки до любви, до брака за десять секунд — это уже слишком, и мне нужно успокоить их. — Мы с Холли встречаемся, — говорю я и быстро подмигиваю Холли, отчего она краснеет.

— Оу? — Стейси морщит свое маленькое личико. — Просто я слышала, как бабушка говорила, что она была текстом на одну ночь.

Вилки ударяются о тарелки, стакан разбивается о пол, Эшли выплёвывает полный рот воды. Холли отпускает мою руку и немедленно убегает через переполненный ресторан.

— Холли, подожди, — зову я, но она продолжает уходить.

— Мэтью, мне очень жаль. — Моя мама встаёт со своего места.

— Да вы шутите? — Моя челюсть сжимается.

— Стейси, ты не должна была так говорить, — ругает Лола свою младшую сестру, заставляя ее разразиться истерическими слезами.

— Я не знала. Я даже не знаю, что это значит, — всхлипывает она.

— Это не твоя вина, милая. — Эшли отодвигает свой стул и бросается утешать дочь.

— Я тоже не знаю, что это значит, — говорит Нина. — Что значит текст на одну ночь, дядя Мэтти?

— О чем ты думала, мама? — повышаю я голос, игнорируя своих любопытных племянниц. Вот что они обсуждали, когда мы подходили? — Холли не была моей любовницей на одну ночь.

— О Боже. Это. Это все моя вина, — больше драматичных воплей исходит от Стейси.

Патрик подходит к Стейси и присаживается перед ней на корточки. — Нет, разумеется, это не твоя вина.

— Нет, моя, — плачет она.

— Бабушке не стоило говорить подобное. — Через плечо он бросает сердитый взгляд в сторону мамы. — Маленькие ушки повсюду, они все слышат.

Ева, младшая в семье, видит, что ее сестра плачет, и сама начинает плакать.

— Мэтью, это была случайность. Конечно, я не хотела, чтобы так произошло. — Мама протягивает свои дрожащие руки к Еве, поглаживая рукой волосы внучки, чтобы успокоить ее.

— Почему? Зачем ты вообще так сказала? — шиплю я сквозь стиснутые зубы. Гости за соседними столиками прикованы к нашей разворачивающейся драме, как будто это театральное представление к ужину, но мне плевать.

— Мэтью, прошу, понизь голос и постарайся успокоиться, — ровным голосом говорит мама, натянуто улыбаясь ради девочек. — Когда мы с тобой разговаривали, ты ничего не сказал о том, что она тебе нравится или что вы встречаетесь.

Я не понижаю голос и не сохраняю спокойствие. Я не могу.

— Из-за тебя я, наверное, только что потерял свой последний шанс с ней.

— Мой день рождения испорчен? — спрашивает Мишель, и в ее глазах появляются слезы.

Робин обнимает свою дочь, а Кент хватает меня сзади за рубашку, сжимает в кулаке и оттаскивает от стола.

— Вы с мамой можете обсудить это в другой раз, — сердито говорит он, выводя меня в зону ожидания, где на нас смотрит длинная очередь людей. Кто-то даже достал свой телефон и указал в нашу сторону. Я прочёсываю местность в поисках каких-либо признаков Холли, но безуспешно; она, вероятно, уже на полпути домой. Кент открывает дверь в ресторан и выталкивает меня наружу.

— Я не могу поверить, что эта хрень только что произошла, — волна жара проходит по моему телу, несмотря на холодный ночной воздух.

— Чувак, тебе нужно нахрен успокоиться.

— Мама только что назвала девушку, от которой я без ума, сексом на одну ночь перед всей семьей, и ты хочешь, чтобы я был спокоен, — расхаживаю я, продолжая осматривать улицу в поисках любых признаков Холли.

— Девушку, от которой ты без ума? С каких это пор? — Кент поднимает руки, его лицо искажается в замешательстве. — Думаю, ты кое-что забываешь. Ты сам сказал нам, что она была сексом на одну ночь.

— Нет… Я никогда... Проклятье. — Кент прав. Я выдыхаю пушистое белое облако пара, сдуваюсь изнутри.