- А ну отпусти её, живо! – закричала Клиа.

Разат вскинула бровь, глянув на Клиа:

- Да право же, я просто умираю от голода!

С этими словами она прильнула губами ко лбу Фании, чуть ли не в материнском поцелуе. Фания дёрнулась у неё в руках и обмякла. Всё было кончено в одно мгновение. Разат кинула мертвое тело поперек седла, словно тушу какого-нибудь оленя.

- Так мы едем? Ну же, прошу Вас, у меня всё ещё имеется для Вас местечко.

Клиа молча взглянула на неё, давая понять, что не поедет с ней ни за что.

Разат пришпорила Лунного Света.

- Прекрасно. Можете тащиться пешком. Здесь Вам особо некуда больше податься, и, уверена, у Вас больше не осталось еды. Идёмте же, моя дорогая принцесса, Вам надо поесть. Если не ради Вас самой, то…

- Знаю! – перебила её Клиа и побрела за ней следом к воротам.

Чего ж тут удивляться, что Разат не забивает себе голову замками и засовами? Они ей и не нужны. Всё это ужасное место - где бы оно ни располагалось – само было темницей.

Быть может, я уже умерла и теперь нахожусь за вратами Билайри?…

Клиа прогнала прочь эту мысль, рассудив, что если бы она была мертва, некромантша не стала бы так стараться поддержать в ней жизнь.

***

Едва передвигая ноги, Алек упорно двигался вдоль реки, покуда не добрёл до поросших травой холмов. Ни птичьих песен, ни деревца, ни ветерка, который бы расшевелил этот застоявшийся воздух. Тут было ни жарко, ни холодно, только какая-то непонятно душно. Если верить здешнему свету, пока ещё было утро, но Алек чувствовал себя так, словно бродит тут без еды и питья уже много дней.

- Заклинаю тебя, Илииор, только не дай мне сдохнуть в этом ужасном месте! - хрипло шептал он, чувствуя, что сил больше просто не остаётся.

Быть может, Светоносный всё же услышал его, потому, что совсем немного погодя Алек заметил впереди себя кое-что весьма странное… какой-то тёмный клок, реющий прямо в воздухе, чуть в стороне от дороги. Он слегка колыхался, вроде шёлкового платка на ветру.

Алек осторожно подошёл к нему, полный опаски, но при этом весьма решительно. Быть может, вот так он сюда и попал? Через такую прореху в воздухе? Остановившись в шаге от неё, он попытался рассмотреть, что там, внутри? Но там была лишь темнота. И пока он застыл так, в растерянности, она колыхнулась снова и коснулась его лица и груди…

… и ни мглистого неба, ни бурлящей реки. Тишина и кромешная тьма.

Протянув вперед руку, Алек нащупал ладонью какую-то гладкую стенку. Земля под его ногами была ровной и твёрдой, а в воздухе пахло пылью и свежей извёсткой. Совершенно сбитый с толку, он наклонился и пощупал пол: облицовочный камень, никаких ковров. Это, да ещё этот запах свежей штукатурки вселили в него надежду, что он снова во Дворце Жрецов. Алек выбрал направление и наощупь двинулся вдоль стены, пока не заметил впереди свет, бьющий через забранное в стекло оконце. Добравшись до него, он сумел рассмотреть несколько новеньких особняков снаружи, и они показались ему знакомыми. Решив, что там куда безопасней, чем здесь, в потёмках, он распахнул оконце и, превозмогая боль, вскарабкался на него, спрыгнув на влажную от росы обочину вдоль мостовой. Каким-то образом он, похоже, снова очутился в Меноси.

Как ни был он обессилен, как ни страдал от нешуточной боли, он был рад и этому прохладному ветерку, и запаху свежей зелени. Пошатываясь, он обогнул здание и направился к парадному входу, где возле очага у широкой лестницы, ведущей к массивным резным дверям, собрались одетые в форму гвардейцы. Заметив его, они кинулись к нему на подмогу. Двое подхватили его за талию и потащили его к огню.

- Это же Барон Алек! – воскликнул дежурный сержант. – Где же Вы были, милорд? Ваши товарищи тут просто сходят с ума!

- Не знаю, - срывающимся голосом проговорил Алек. Он дрожал от голода, жажды и изнеможения. – Где Серегил?

- Тонил, Сера, а ну-ка живо, ведите сюда Барона Серегила и прочих! - приказал сержант.

Он скинул с себя плащ, обернул им Алека и усадил на ступени. Кто-то подал бурдюк с водой и Алек жадно вцепился в него. Вода была такой прохладной, такой сладкой и - такой настоящей!

Чуть погодя, огромные двери опять распахнулись, и из них выбежал Серегил, ринувшись по ступеням к Алеку, дрожащему под чужим плащом.

- Во Имя Света, Алек, где ты был?! – запыхавшись, спросил Серегил.

Он подсел к нему и, откинув с лица Алека выбившиеся прядки волос, внимательно его осмотрел.

- Не знаю, - сказал Алек. – Мне нужны еда и дризийка. Там… были какие-то собаки…

Серегил стянул с него плащ и камзол и выругался, увидев перепачканные кровью повязки на руках и ладони Алека.

Потом он громко что-то кому-то приказывал. Откуда-то появился Микам и обмотал Алека новым плащом.

- Можешь ехать верхом? – в фокусе зрения Алека снова появился Серегил.

- Думаю, да… Могу.

Серегил с Микамом помогли ему взобраться на Ветерка. Алек упал на него, как куль с зерном, пульсирующими от боли руками из последних сил вцепившись в луку седла. Вскочив на Цинрил, Серегил взял Ветерка за поводья и повёл его назад в лагерь.

А потом в глазах Алека всё поплыло, и он видел только, как Серегил с Микамом помогают ему слезть с коня, как ведут в шатёр, где в очаге горит жаркий огонь.

Его уложили на кровать, а чуть погодя над ним склонилась дризийка, и, бормоча извинения, принялась срезать его импровизированные повязки.

- Ну как, всё плохо? – Серегил обеспокоенно глянул через её плечо.

- Несколько нехороших дырок, но сильных порывов нет, - отвечала она. – Мышцы, похоже, тоже не слишком пострадали.

Она поднесла к губам Алека чашку, и он выпил, опознав вкус ивовой коры и макового сока. А потом, когда его накрыло благословенное забытьё, дризийка присела к нему и принялась промывать и бинтовать его раны.

***

- Он исчез в конце глухого коридора, а спустя несколько часов появился уже за стенами дворца, - объяснял Серегил Теро, появившемуся у койки Алека.

Снадобье дризийки действовало. Алек крепко спал.

Теро провёл рукой над его лбом и пожал плечами:

- Не чувствую никакой магии.

- Как такое возможно? – не верил Микам.

- Говорю же вам, он был там, а потом просто взял и… исчез! – воскликнул Серегил.

Теро пригладил короткую бородку и вздохнул.

- Понятия не имею, как такое могло случиться. Полагаю, он сам сможет сказать это нам, как только проснётся.

- Сначала нападение на Мику, теперь это. Хорошенькое начало! – сказал Микам.

- Да уж. Серегил, а ещё чего-нибудь интересного прошлой ночью вы не слышали или, быть может, видели?

- Помимо исчезновения Алека? Нет. Но гвардейцы, что находились тут все эти недели, рассказывают кучи историй про всяких призраков. Здесь определённо творится что-то весьма странное.

Теро покачал головой:

- Не понимаю, почему я не чувствую у него никакой магии. Его определенно кто-то перемещал, однако ни намёка на того, кто сделал заклинание.

- Это не обычное заклинание. Не думаю, что кому-то, кроме выходцев из рода Нисандера такое вообще под силу, тем более некроманту.

- Ну, судя по моим исследованиям, пока нет ни одного свидетельства тому, - согласился Теро. - Скорее, некромант стал бы ловить его при помощи дра’горгоса, однако я, опять-таки, не чувствую тут ничего подобного, да и мой амулет защитил бы его. Боюсь, тут что-то совсем иное. Мне нужно немного об всём этом поразмыслить.

Серегил устало потёр глаза.

- Тайна на тайне. Работёнка, прямо нам на заказ!

Алек проснулся от боли. Но, хотя бы, в тёплой своей постели. Он почувствовал жар от нагретых камней, которыми его обложили, накидав сверху кучу одеял. Оглядевшись, Алек понял, что он в шатре. В зазоре между полами шатра было светло. Разве вот только что не было ещё совсем темно?

Но стоило ему скинуть с себя одеяла и обнаружить на обеих руках и ладони повязки с пятнами крови и источающие запах медовой мази, как воспоминания нахлынули на него.

- А, наконец-то, - зевнул Серегил, поднимаясь с походной койки на другом конце их шатра. Похоже, он тоже вздремнул.

- Который час?

- Почти обед. Ты спишь с тех пор, как мы утром притащили тебя сюда. Как себя чувствуешь?

Снова натянув на себя одеяла, Алек поморщился от боли.

- Бывало и лучше. Я жутко голоден. И хочу пить.

Серегил высунул голову из шатра, приказал кому-то принести еды, а затем, прихватив мех воды и кубок, вернулся к постели.

Алек осушил три полных кубка, покуда не утолил жажду. Но после этого почувствовал себя ещё более голодным.

- Не расскажешь, что всё-таки произошло?

Алек нахмурился.

- Мы вместе с тобой летели по тому коридору. Я увидел свет и подумал, что там кто-то со светильником. После этого, всё, что знаю, это то, что я был в каком-то непонятном месте.

- Ага, а я-то подумал, послышалось, что здесь голоса, - к ним вошёл Теро в сопровождении растревоженного Микама и служанки с подносом с завтраком.

Она поставила поднос Алеку на постель и Алек, схватив ломоть хлеба, одним махом прикончил его, а затем вцепился в колбасу и сыр.

- Да что же такое, ради Билайри, с тобой стряслось, Алек? – воскликнул Микам, подтаскивая табурет поближе к его кровати.

Алек проглотил и начал всё снова:

- Мы с Серегилом были в коридоре. Я увидел свет и пошёл на него, решив, что он где-то прямо передо мной. Всё, что помню потом, это как я очутился лицом в овечьем дерьме в какой-то деревне. Там были пастухи, но не те, Теро, с которыми мы встречались. Увидев меня, они дали дёру, убежав к каким-то хижинам. Там спустили на меня собак , и мне пришлось от них отбиваться.

- А почему не применил заклинание? – спросил Серегил.

- Применил, да, похоже, оно не сработало. Как бы ни было…, - Алек поднял свои руки, - если бы не это, я бы решил, что мне всё пригрезилось.

- Я тоже, - задумался Серегил.

- Я решил, что прикончил этих собак. Они были ранены, по виду, так сдохли, но у них не было никакой крови, зато я просто истекал ею.

- Правда? – хмыкнул маг. – Но ты совсем не почувствовал никакой дезориентации, когда перемещался из одного места в другое?