Алек, тали, мне ужасно жаль….

И он начал падать, всё ещё задыхаясь от хватки дирмагнос, и он видел, как Микам снова взмахнул мечом, намереваясь отсечь Разат и другую руку. Но не успел он этого сделать, как она крикнула что-то в его сторону, и этим криком Микама отшвырнуло прочь, а Серегила закрутило на земле вместе с отрубленной рукой, всё ещё стискивающей его горло и по-прежнему пытающейся придушить его.

Теро опять кинулся на неё и вонзил ей в глаз свою хрустальную палочку. Она выдернула её, и у неё изо рта повалили клубы черного дыма, которые окутали Теро и яростно отшвырнули прочь.

Оторвав, наконец, проклятую руку от своего горла, Серегил вскочил на ноги и вонзил в дирмагнос меч, расписанный Теро всеми этими заклинаниями и оберегами. Она извернулась, клинок выскочил из её тела, успев, однако, проделать дыру у неё в животе. Разат размахнулась и, ударив, швырнула его через всю пещеру. Оглушённый, Серегил увидел, что она снова несётся к нему, только кто-то вдруг встал у неё на пути.

То был Теро.

Возле Разат шла рукопашная: сначала Клиа, потом Теро, потом Серегил и Микам, не давая Алеку выстрелить.

- Отойдите же от неё! – закричал он, только никто, похоже, его не услышал.

Момент представился, когда она раскидала всех какой-то особой волной, сбившей их и Алека с ног.

Всё ещё сжимая в руке свой Рэдли, он вскочил на одно колено и выпустил стрелу. Эта ушла точно в цель, поразила её в живот, возле раны от меча. Следующая стрела угодила в грудь, но, похоже, в сердце так и не попала. Зарычав в агонии или ярости, Разат зашаталась, потом вырвала стрелу из своей груди и вскинула руку, вызывая ещё одного громадного дра’горгоса. Тот кинулся на него так быстро, что не было никакой возможности от него увернуться. Но едва он коснулся Алека, как его разорвало в клочья чёрного ядовитого дыма.

Должно быть, они опять были в своём собственном времени, раз амулеты Теро стали действовать. Но ещё оставалась дирмагнос, с которой им предстояло расправиться. Алек едва успел выпустить ещё одну стрелу, как Разат сбила его на землю, и он почувствовал, как в него упёрлась стрела, которую он всадил ей в живот. Даже оставшись с одной рукой, и со стрелой в теле, она была невероятно сильна.

- Ну, наконец-то! – прорычала она.- Ведь это был ты. Это ты приходил к Клиа всё это время, Алек Две Жизни. Какой же ты скользкий парнишка!

Едва она наклонилась к нему, чтобы поцеловать своими растрескавшимися чёрными губами, он вонзил ей в левый висок стрелу, которую сжимал в руке. Она вошла легко, словно в печёную тыкву. Разат отпрянула, схватилась за стрелу. Алек скинул её с себя, подтянул поближе свой лук и пару стрел и вскочил на ноги. И пока Разат пыталась подняться сама, он вскинул Рэдли и выпустил ещё стрелу, потом другую. Оба древка вонзились ей в сердце по самые лопатки. С пронзительным криком она схватилась за оперенные древки своей уцелевшей рукой.

У Алека ухнуло сердце: стрелы снова ранили её, но не убили. Должно быть, Теро недооценил её мощь.

Где-то рядом кричал Серегил, выкрикивая его имя. Что ж, пусть, хотя бы, увидит его, павшим в бою.

Отбросив лук, Алек выхватил меч, вцепился в рукоять обеими руками и ударил, что было мочи. Клинок угодил ей чуть ниже левого уха, снес половину башки ниже уровня глаз. Из зияющей чаши черепа хлынула мерзкая чёрная жижа, забрызгав Алеку руку чем-то омерзительным с мёртвым смрадом. Он отшатнулся и увидел, что дирмагнос снова идёт на него.

Но тут на неё набросился Серегил и яростными ударами своего меча принялся рубить её на куски. Во все стороны полетели ошмётки её черепушки, всё ещё изрыгающие ему проклятия. А потом он опустил меч на обрубок шеи дирмагнос и рассек её до самой грудины. Вырвав меч, замахнулся опять, но обезглавленное тело повернулось к нему и вцепилось уцелевшей рукой в плечо Серегила. Алек отсёк эту руку по самый локоть, потом схватился за неё, дёрнул и тянул, пока та не выпустила Серегила, оставив на его камзоле глубокие дыры. Алек отшвырнул руку как можно дальше, потом обернулся и увидел, как Серегил отрубает ноги от тела Разат. Четвертованное тело рухнуло наземь, но отрубленная рука поползла обратно, пытаясь вновь воссоединиться с ним.

- Где Теро? – прокричал Алек, рубанув руку по запястью.

- Он пал, - с трудом выдохнул Серегил.

В это время к ним подскочил Микам. Он притащил большой хрустальный короб и пару таких же поменьше.

- Пал?

Серегил только кивнул, подхватил с земли половинки головы Разат, сунул их в короб и скорее накрыл крышкой. Глаза на верхней половинке с неприкрытой ненавистью сверкнули в их сторону, а изо рта на нижней вырвалось проклятие.

Алек с Микамом отыскали руки и заперли их в других коробах.

- Мика, сюда! – крикнул Серегил.

Алек почти позабыл про мальчика.

Обернувшись, он увидел Мику, бегущего к ним.

- Где Мастер Теро? – спросил Мика.

- Он с Клиа, - ответил ему Микам, и Алек с удивлением услыхал, как дрожит голос здоровяка. - Он хотел, чтобы ты запечатал эти короба, как он тебя научил. Сумеешь это сделать, Мика?

- Я попробую.

Мальчик опустился на колени возле коробов, рядом с Серегилом, который держал крышку того, где была голова. Закрыв глаза, Мика провёл пальцами по краю крышки, соединяя её со стенками. Получилось, конечно, не так чисто и ровно, и не совсем уж без швов, как у Теро, но всё-таки дело было сделано. Мика запаял два других ящика и упал без чувств.

Микам пощупал его пульс и подхватил на руки.

- Отлично, Мика. Молодчина. Ну а как насчёт того, что осталось от этой твари?

Серегил посмотрел на корчащиеся останки, раскиданные по склону.

- Мы сожжём их.

- Что с Теро? – спросил Алек.

- Всё плохо, - сообщил ему Микам.

Алек сбежал по свежему склону в развалины склепа с рисунками.

Клиа с Теро были возле черепа. Теро раскинулся на земле, а она, стоя над ним на коленях, укачивала на руках его истекающую кровью голову. Китель её был весь в крови, бегущей из раны, пробитой стрелой, и стекавшей из ушей и носа Теро.

Алек упал на колени с ней рядом и пощупал запястье Теро, ища пульс.

- О, Иллиор, - простонал он.

- Теро, открой глаза, - умоляла Клиа. – Пожалуйста, милый, не покидай меня! Не оставляй наше дитя!

Серегил опустился на колено возле неё и обхватил рукой за плечи.

- Клиа, дорогая моя, я должен перевязать тебе рану.

- Нет! – закричала она, сжавшись ниже над телом Теро. – Нет! Он не умер! Не умер! Нет!

Алек пощупал горло Теро. И тут никакого пульса.

- Он принял на себя основной удар дирмагнос, - срывающимся голосом произнёс Серегил. – Прикрыл меня.

К ним подошёл Микам, сжимая в руках Мику.

- Да проводит Астеллус…

- Нет! – Клиа яростно сверкнула на него глазами.

Тут её внимание привлекло что-то за спиной Серегила, и она протянула с мольбой руку.

- Пожалуйста, помогите нам!

Обернувшись, Алек увидел Нанди.

Та стояла рука об руку с высоким прекрасным ‘фейе в тёмной мантии… и то был, вне всякого сомнения, тот самый «принц» из дневника в Зеркальной Луне. Оба, и он, и Нанди, выглядели совершенно осязаемыми и реальными, вот только не отбрасывали теней.

Позади них, в Зикаре, на месте странного круглого пустыря высились развалины башни.

Отвесив им поклон, Серегил произнёс по-ауренфейски:

- Добро пожаловать, достопочтимая Верховная Жрица и мой кузен, Хазирин.

Те поклонились ему, а потом подошли к Теро и Клиа.

Нанди преклонила колено возле Клиа, взяла её за руку и – исчезла. Хазирин коснулся лба Теро и тоже исчез.

Глаза Теро распахнулись, он сел, закашлялся кровью, а потом схватил Клиа в объятья и поцеловал её с такой страстью, какой Серегил и не ожидал у них.

“Nölienai talía!” – выдохнул он не своим голосом, тронул её лицо, её волосы, шею, словно слепой. “Nölienai talía.”

“Altari talí!” – отозвалась Клиа, не отрывая своего взгляда от его глаз, и по щекам её побежали слёзы.

- Это, ведь, не Теро? – тихонько сказал Алек. – И не Клиа.

Серегил молча сделал знак ему: погоди.

Пара снова поцеловалась, а потом Теро опрокинулся на спину, и Клиа сползла по нему и упала сверху. Оба были белые, как полотно.

- Учитель? – прохрипел Мика, вырываясь из рук Микама. – Учитель! Клиа!

Он ринулся к ним, упал между ними на колени и схватил Теро за руку.

- Учитель? Мастер Теро!

Лицо его сморщилось, и он расплакался.

- Нет! Только не оба! – простонал Микам.

Он осторожно приподнял Клиа и уложил к себе на колено, откинул со лба её грязные каштановые волосы, открыв знакомый треугольный мысок.

- Да как же они могли-то…

Синие глаза Клиа распахнулись, она повела мутным взором.

- Микам? Я….

Но к ней тотчас вернулись горе и отчаяние, она оттолкнула Микама, и снова упала на возле Теро.

- О, любимый…

- Он не умер! - заявил ей Мика, державший в ладонях руку Теро.

- Мне жаль, Мика, - Алек попытался обнять его.

Но Мика вцепился в руку Теро, затряс головой и закричал:

- Нет! Нет! Он не умер, Клиа! Не умер!

Алек снова поискал пульс на шее Теро.

Где-то возле самой трахеи, он нащупал кончиком пальца едва заметный толчок судороги. Да нет же, никакая это не судорога…это пульс! Совсем тоненький, слабый, но тут никакой ошибки!

- Боже Светоносный! Дайте плащ или одеяло. И воды! Скорей!

Клиа прижала к своим губам руку Теро, и по щекам её покатились слёзы.

- Это же, правда, он? Никакой не призрак?

- Не знаю.

Серегил принёс из пещеры плащ и накинул его на Теро. Микам отыскал бурдюк с водой и осторожно влил несколько капель в восковые губы Теро, а Клиа с Микой, взяв его за руки, растирали ему запястья.

- Ему нужен лекарь! – воскликнул Микам.

Клиа согласно кивнула и в её голос вернулись железные нотки.

- Мы должны отвезти его в Зеркальную Луну. Скажите мне, что у вас есть лошади!

- Мы оставили лошадей и повозку в священной роще, - сообщил ей Микам. – Только, быть может, сейчас его лучше не трогать?

- Не вижу иного выхода, - сказал Серегил.

- Я не могу снова его потерять, - прошептала Клиа.