Я нервно прикусываю нижнюю губу, когда он касается моих бёдер.

— Давай на сегодня закончим с откровениями. Мы поспим, а завтра утром спокойно найдём способ узнать друг друга получше, — говорит и без особого изящества притягивает меня к себе.

Я лежу на боку, прижавшись к нему спиной. Одну руку Карлос опускает мне на бедро, а другую под мою подушку.

Мы спим вместе.

«Мы просто спим».

Ситуация сюрреалистическая.

— Отдыхай, Ангел, — шепчет он, целуя меня в макушку.

У меня не получается заснуть в таком состоянии. Я растеряна, озадачена и не знаю, что делать.

Время от времени я смотрю на часы на прикроватной тумбочке, они показывают четыре утра. Кажется, время остановилось.

Я должна уйти, но куда?

Могу начать всё заново. Воссоединиться с родителями, вернуться к преподаванию.

«Правда, могу?»

Я так не думаю, не после всего, что произошло. Я совершала поступки, за которые мне стыдно, но тогда мне было всё равно, во мне жила уверенность, что умру и заплачу за свои ошибки.

Вместо этого, я до сих пор жива, но у меня нет цели.

Проходят часы, стрелка отмечает семь. Пришло время набраться храбрости и взять жизнь в свои руки.

Молясь, чтобы Карлос не проснулся, я высвобождаюсь из его объятий с такой деликатностью, на которую только способна. Его дыхание глубокое, кажется, что мужчина находится в мире грёз.

Я влезаю в его рубашку, запахиваю плотнее и на цыпочках выхожу из комнаты, не закрывая дверь, чтобы не шуметь.

Быстро сбегаю по лестнице в свою комнату, где одеваюсь в рекордные сроки.

«Вот шлем, ключи от мотоцикла должны быть внутри зажигания».

В холле я здороваюсь с охранниками, стараясь вести себя так, будто ничего не произошло.

Это срабатывает!

Когда я сажусь на свой любимый мотоцикл, один из охранников отдаёт приказ открыть ворота.

Двигатель ревёт, но кто-то выкрикивает моё имя, моё настоящее имя.

Взбешённый и совершенно голый Карлос стоит на пороге.

— Куда это ты собралась? — гремит он, оставаясь на месте.

Я замечаю, как один из мужчин рядом с ним от неловкости почёсывает подбородок.

«Он понимает, что стоит голый?»

Я глубоко вздыхаю, держа шлем в руках.

— Я ухожу, — уверенно отвечаю.

Карлос косо смотрит на меня, но не двигается.

— Ты не можешь. Помнишь, что я тебе сказал? — спрашивает угрожающе.

— Тогда тебе придётся убить меня, потому что оставаться я не намерена, — бросаю ему вызов.

Я надеваю шлем с поднятым козырьком и делаю пару шагов в его сторону.

— Прощай!

Карлос улыбается, излучая удовлетворение.

— Ворота только что закрылись. Как собираешься выбраться?

«Уродливый засранец».

— Открой, — резко приказываю ему.

Он спускается с крыльца с надменным видом и, приблизившись ко мне, накрывает ладонью мою руку.

— Ты никуда не пойдёшь. Ты у меня в долгу за то, что обманывала. За попытку убить меня и за то, что потратила три года, планируя свой заговор.

Я тихо ругаюсь, опустив взгляд. Мне нужно найти решение и быстро.

Сжимаю пальцами руль, и тут наступает просветление: «Конечно, почему я не подумала об этом раньше?»

— Карлос, — мягко мурлычу, вглядываясь ему в глаза.

— Да? — спрашивает он, хмурясь, словно чувствует подвох.

— Давай сыграем?

— Ну, послушаем, — отвечает с серьёзным видом, скрестив руки на груди.

— Отсюда до гавани 27 километров. Если я доберусь туда раньше, ты позволишь мне уйти и забудешь обо мне навсегда, но если первым приедешь ты, я останусь с тобой.

Он разражается смехом — звук искренний и звучный, мужчина не притворяется.

От удивления я морщу лоб, гадая, что его так забавляет.

— Я серьёзно, — упрекаю его, резко снимая шлем.

Карлос на мгновение перестаёт смеяться, касается моего подбородка и приближает своё лицо к моему.

— О, Ангел, ты не представляешь, в какие неприятности попала. — Он смотрит на меня секунду, затем поворачивается к своим людям, — присматривайте за ней, я сейчас буду, — приказывает, продолжая смеяться.

Его смех заразителен, и я ничего не могу с собой поделать.

— Я думала, ты поедешь голым, — кричу ему вслед.

— Весьма остроумно, — отвечает он, не оборачиваясь.

Я качаю головой, замечая, как его люди опускают взгляд, когда он проходит мимо них.

Ничего не поделаешь, Карлос всегда делает то, что хочет без малейшего стыда.

Проходит минут десять, и он снова появляется в дверном проёме в тёмно-сером мотоциклетном костюме с белыми полосками по бокам. С кичливым видом держит под мышкой шлем и насвистывает, спускаясь по лестнице.

Я надеваю шлем и вовремя — ворота начинают открываться.

— Прощай, Карлос! — кричу ему, выруливая на подъездную дорожку.

— Вот сука, — громко восклицает он, быстро забираясь в седло.

Я ускоряюсь и, оказавшись на улице, поворачиваюсь посмотреть, где он. Карлос стартует. Мне нужно сохранять дистанцию между нами.

Не отрывая взгляда от дороги, давлю на газ.

Когда в последний раз я так хорошо проводила время?

В меня врезается ветер, ощущаю, как приливает в кровь адреналин.

«Это свобода!»

Я обгоняю все машины, что попадаются на пути, зигзагообразно пробираясь сквозь пробки. Кто-то сигналит, но я не могу сбавить обороты, Карлос меня догонит.

Вдали вижу светофор, подступает паника.

«Чёрт, этого только не хватало».

Останавливаюсь в ожидании зелёного, нервно барабаня пальцами по ручкам руля. Чтобы хоть немного снять напряжение, я напеваю. Моё внимание привлекает рёв другого двигателя; он звучит слишком близко.

«Проклятье, это он».

Карлос поднимает защитный козырёк и жестом просит меня сделать то же самое.

Я потворствую ему, но не могу не хмуриться.

Мужчина выглядит так, словно он в невероятном восторге от происходящего.

— В прошлый раз я позволил тебе выиграть, сегодня такого не случится.

Он что, пытается меня запугать? Наивный. Его проблема в том, что он не может смириться с поражением. Я гоняю лучше него, это факт.

— Я бы добавила ещё один приз, если ты не против, — небрежно бросаю я.

— Давай, я слушаю.

Он переводит взгляд на светофор, который всё ещё горит красным.

— Если я выиграю, кроме того, что ты обо мне забудешь, ты ещё подаришь мне и свой мотоцикл.

Карлос удивлённо поворачивается ко мне, затем принимает то холодное выражение лица, которое, как я теперь знаю, является лишь маской.

— А если выиграю я, — он делает паузу, вперив взгляд в мои глаза, — тебе пиз*ец.

Карлос опускает щиток и набирает скорость, бросаясь вперёд.

Загорелся зелёный. Будь он проклят!

Я делаю то же самое и рву за ним, ругаясь.

«Эх, нет, Гардоса, я не позволю тебе втянуть меня в свою жизнь надолго».

Я не хочу иметь ничего общего с ним и всем, что вертится вокруг него.

В венах бурлит адреналин, когда я пытаюсь держаться рядом, но каждый раз, когда пытаюсь закрепиться, Карлос ускоряется, отрываясь.

Я снова начинаю напевать, понимая, что это не обычная выдуманная мелодия, а Despacito.

«Боже мой. Карлос, выйди из моей головы!»

Я разгоняюсь до максимума и догоняю его. Мимоходом бросаю на него взгляд, но он не оборачивается, сосредоточившись на дороге.

Мы поворачиваем направо и в унисон наклоняем наши тела и мото.

Дорога свободна, но скоро мы въедем в город, и тогда будет сложнее.

Мы оба поглощены гонкой с одной целью: победить.

Я продолжаю напевать, в голове слова песни следуют друг за другом, а сердце бьётся в их ритме.

«Ты знаешь, что со мной твоё сердце издаёт Бум-Бум!»

Впереди обе полосы дороги блокируют машины, но у меня есть преимущество, я более безрассудна, чем он. Я проскальзываю в небольшое отверстие посередине и, наконец, мне удаётся обогнать эль Дьябло. Карлос настойчиво сигналит, и я победно улыбаюсь, увеличивая расстояние между нами.

Свернув на главную дорогу, ведущую к гавани, я делаю глубокий вдох.

«Я почти у цели, последнее усилие».

Я оборачиваюсь, но не вижу его.

«Куда он пропал?»

Быть может, сдался.

«Возможно, он решил отпустить меня».

Вместо облегчения я начинаю ощущать горькое послевкусие разочарования.

«Но почему? Я хочу избавиться от него».

Пожимаю плечами и продолжаю ехать, на этот раз более спокойно. В конце концов, за мной уже никто не гонится.

Я сворачиваю на последнем повороте и вижу указатель с надписью «Порт», но когда оказываюсь на площади, моя кровь застывает.

Со шлемом в руке стоит Карлос, прислонившись к мотоциклу.

«Как, чёрт возьми, ему удалось попасть сюда первым?»

Я торможу перед ним, сопротивляясь искушению его сбить. Я в ярости.

Он ставит ногу на переднее колесо и рукой указывает мне слезть.

— Как ты это сделал? — удивлённо спрашиваю я, избавившись от шлема.

Ухмыляясь и засунув руки в карманы, он смотрит на меня с весельем.

— Одно из преимуществ рождения в Гаване — знание каждого уголка этого города.

Конечно, он выбрал короткий путь.

Я тихо ругаюсь, но он демонстративно не замечает этого и хмурится.

— Прости, что? — спрашивает, приближая ухо.

«Раздражающий. Мудак. Самоуверенный».

— Ты поступил нечестно, должен был предупредить меня, — бормочу я, слезая с мотоцикла.

— Я пытался, но кое-кто решил, что лучше рискнуть жизнью, проскочив между двумя машинами, лишь бы не пропустить меня вперёд.

Вот почему он затормозил, он собирался повернуть. А я-то подумала, что Карлос боится совершить рискованный манёвр.

«Глупая. Тупица. Дура».

— И что теперь? — напряжённо спрашиваю я.

«Беги, вот что ты должна сделать».

Он подходит, ласкает моё лицо.

— Сейчас вернёмся на виллу, позавтракаем, а по дороге в «Пансионат Надежда» поговорим. Дети хотят увидеть тебя снова. Они твердят, что ты красивая и милая. — Он делает паузу, а затем приближает свои губы к моему уху. — Может, для начала объяснишь, почему ты мила со всеми, в то время как с твоим покорным слугой ведёшь себя как стерва, делая вид, что я тебе безразличен.

Мои ноги дрожат, по коже пробегают мурашки от одной мысли о том, что только Карлос способен заставить меня почувствовать.

Я могла бы уйти. Нашла бы способ, но вместо этого я выполняю его требования. Возвращаюсь к своему мотоциклу, не говоря ни слова, но он окликает меня.