— После того, как ты ушла, — говорит Логан, — и после того, как я тщательно осмотрел дверь, я действительно закурил и одновременно постукивал по стеклу на случай, если меня услышат.

— Я бы вернулась за тобой. Я уже вернулась.

Игнорируя меня, он продолжает.

— К сожалению, я оставил свой сотовый в гостиной, иначе бы вызвал кавалерию. Но не мог. И пока дышал воздухом — буквально и фигурально кипя от злости — я думал о множестве вещей, которые хотел бы проделать с тобой.

У меня перехватывает дыхание.

— Ты хочешь наказать меня?

Мы идем совсем рядом, под извилистыми голыми ветвями глицинии. Я украдкой бросаю взгляд на Логана. Он смотрит на меня с полуулыбкой.

— Думаю, тебе понравится.

Он останавливается. Я оборачиваюсь и вижу, как он лезет в карман за сигаретами.

— Не надо, — тихо говорю я. Он делает паузу, смотрит на меня, а потом кладет сигареты назад. Я подхожу к нему вплотную.

— Я хочу, чтобы ты сделал что-нибудь со своим ртом прямо сейчас.

Он выгибает бровь. Его дыхание теплой волной касается моего лба.

— Например?

— Я хочу, чтобы ты поцеловал меня.

Он ухмыляется.

— Ты считаешь это наказанием?

Я качаю головой.

— Оставить тебя на балконе было одним из самых трудных поступков, которые я когда-либо совершала. Уйти, солгать подруге, беспокоиться, что ты замерзнешь, вернуться и освободить тебя. Представлять твой гнев, твое разочарование, думать, что ты бросишь меня. Это было похоже на наказание. Так что теперь можешь делать со мной все, что захочешь.

Он улыбается.

— Мне нравится, как это звучит.

— Когда ты рассказывал о неизбежности смерти, я поняла, что есть вещи и похуже.

— Например?

— Наполовину прожитая жизнь, жизнь без ответа или жизнь по заранее написанному сценарию. — Жизнь, которую хотят для меня родители.

Его рука тянется к моей шее и длинные пальцы зарываются в мои волосы. Не раздумывая, я покоряюсь его крепкой хватке. Логан делает шаг ко мне. Другой рукой притягивает к себе за талию. Я чувствую его тепло, его силу. Он наклоняет мою голову, заставляя шею выгнуться. Его губы касаются обнаженной кожи. Я глубоко вздыхаю, отдаваясь его вампирскому поцелую. Уткнувшись мне в шею, он шепчет:

— Ты будешь моей музой?

Я закрываю глаза и киваю, чувствуя тяжесть своей головы в его руке.

Я буду той, кем он хочет меня видеть.