Обычно Гастек носил водолазку или рубашку без воротника, иногда свитер. Его одежда была простой, но дорогой. Он одевался как занятой генеральный директор, у которого было слишком много дел, чтобы беспокоиться о том, как вырядиться. А тут вдруг костюм… Он не мог быть для меня. Я была безликим рыцарем Ордена.

Его взгляд впился в меня.

— Мисс Райдер, я полагаю.

— Рыцарь Райдер.

Он улыбнулся.

— Я сказала что-нибудь смешное?

— Нисколько. Вы слишком молоды, чтобы получить рекомендацию, и слишком долго это объяснять. Какие у вас отношения с Намтуром?

Прямо и по существу. Без расшаркиваний. Моя маскировка сработала.

— У меня их нет. Мне было сказано сопроводить его в капитул.

Гастек изучающе посмотрел на меня. Я приложила надлежащие усилия, чтобы выглядеть как можно более обыденно, и спрятала большую часть себя под своим рваным плащом. Люди в плащах были обычным явлением в городе, и он мог достаточно хорошо рассмотреть мое лицо

— Вы не состоите в штате Фельдмана.

— Меня недавно назначили в Орден. Если вы свяжетесь с Орденом, они подтвердят мою личность.

Гастек еще долго смотрел на меня и сказал себе под нос:

— Приведи его.

Где-то в глубинах Казино вампир заговорил голосом Гастека.

Мы ждали. Гастек рассматривал меня. Большинство людей, по крайней мере, попытались бы притвориться, что смотрят в другое место из вежливости. Гастек открыто пялился на меня.

На верхней площадке лестницы появились двое подмастерьев. Между ними шел невысокий пожилой мужчина. На нем была темно-коричневая туника, которая была на два размера больше, чем нужно, и висела, как простыня на бельевой веревке. Возраст забрал его волосы и прорезал морщины на орехово-коричневой коже, но глаза цвета клеверного меда были живыми и яркими.

Он увидел меня. Его глаза сверкнули, он выпрямился и прибавил скорость, под подолом туники блеснули сандалии. Подмастерья изо всех сил старались не отставать. Гастек повернулся, чтобы посмотреть на него, на секунду оторвав от меня взгляд, и я приложила два пальца к губам и одним быстрым движением коснулась внешнего уголка правого глаза. Ты меня не знаешь.

Слабая улыбка промелькнула на губах Намтура и исчезла. Он был тем, кто научил меня языку воров.

Гастек повернулся ко мне. Я удостоила его равнодушным, почти скучающим взглядом. Просто рыцарь, готовящийся сопровождать пожилого джентльмена. Ничего более.

Намтур остановился примерно в двух футах от него и бросил на Гастека испепеляющий взгляд.

— Что теперь? Ты предлагаешь мне это прелестное дитя? Что такой старик, как я, должен с ней делать?

Гастек выглядел оскорбленным.

— За вами пришел рыцарь, чтобы сопроводить вас в Орден. Я и не подозревал, что у Эрратимы и Ордена такие тесные связи.

Использование полного имени моей бабушки не принесло бы ему никаких плюсиков в карму.

Намтур задрал подбородок.

— Неведомое тебе — океан, а твой разум всего лишь крохотная лодка на его волнах.

Ничто не было лучше древних оскорблений.

— Очаровательно, — сухо сказал Гастек.

У меня была еще куча дел.

— Мне нужно что-нибудь подписать?

Группа людей вышла из-за угла, слева от меня, во главе с женщиной в светло-зеленом платье, которое творило чудеса с ее и без того впечатляющей фигурой. Ее длинные рыжие волосы рассыпались по плечам. Ровена, одна из мастеров мертвых, вторая по силе некромантка в Атланте. Ей должно было быть за пятьдесят, но она все еще была великолепна. Я всегда подозревала, что она с Гастеком были парой, но никто никогда не мог этого доказать.

Трое мужчин позади нее были одеты в идентичные наряды: темные штаны, темные туники, и тяжелые церемониальные плащи, искусно наброшенные на их плечи. Их пожилой предводитель, с белыми волосами и бронзовой кожей, был одет в плащ нефритового цвета, а двое более молодых мужчин, следовавших за ним, были в бирюзовых плащах. Люди солнца.

Вот и весь район…[7]

Среди ацтекских культов, Люди солнца были сильнейшим. Даже до Сдвига, двенадцать миллионов мексиканцев говорили на языке ацтеков. После того, как магия наполнила мир, ацтекская мифология и религия вернулись к жизни в полную силу. Что-то в них было хорошим, а что-то ужасным.

Люди солнца поклонялись Уицилопочтли, богу войны, солнца и жертвоприношения. Ими контролировались случайные места по всему юго-западу. Присоединиться к ним мог любой. Они не дискриминировали по национальности, полу, сексуальной ориентации или магическим способностям, если вы молились их богу, а не другим.

До сих пор Люди солнца держались подальше от массовых человеческих жертвоприношений, вероятно, потому, что они были достаточно сильны и без этого. Мы столкнулись с ними во время нашего пребывания в Лос-Анджелесе, и они были одним из факторов, побудивших нас переехать в Сан-Диего.

Группа Ровены направилась прямо к нам.

Это было запланировано. Гастек хотел, чтобы мы увидели друг друга. Это не могло касаться меня, так что это, должно быть, было представление для Намтура.

Ровена отошла чуть в сторону, и я увидела лицо старика. Тисок. Один из повелителей — текутли, старый, могущественный и чертовски опасный. Его настоящим именем было Люк О'Салливан. Большая часть его семьи по-прежнему жила в Бостоне, и он навещал их на День благодарения. Двое парней позади него, скорее всего, были воинами-ягуарами, бойцами, служившими текутли личными телохранителями.

Я отвернулась, скрыв лицо капюшоном. Тисок с Намтуром уже как-то пытались вести переговоры, и это была ненависть с первого взгляда. Куда ещё хуже?

Старики уставились друг на друга. На мгновение все остановились.

Тисок оправился первым.

— Намтур, ах ты престарелая пустынная гадюка. Мне показалось, что завоняло чем-то мерзким, и вот ты тут как тут.

Намтур пропустил его слова мимо ушей.

— Мы уходим.

Повсюду вокруг нас мазки магии нежити придвинулись ближе. Прямо над ними было шесть вампиров, готовых провалиться сквозь потолок, на подходе были другие. Гастек ожидал столкновение. Он все подстроил и теперь готовился это сдержать.

— Убегаешь? — поддел его Тисок.

Намтур и виду не подал, что его услышал. Это было максимальным оскорблением — он решил, что Тисок настолько ничтожен, что не стоит его внимания.

— Рыцарь, у нас нет времени задерживаться.

— Похоже, нам пора, — обратилась я к Гастеку.

Тисок щелкнул пальцами, и двое охранников двинулись, чтобы заблокировать выход.

— Кто эта девчонка на побегушках? Неужели твоя королева не смогла прислать за тобой никого лучше девицы в лохмотьях? — Тисок добрался до меня.

Движение Намтура было настолько быстрым, что показалось смазанным. Он треснул Тисока по пальцам.

— Да как ты смеешь?

Бирюзовый туман вырвался из Тисока наподобие двух сияющих крыльев. Его глаза загорелись зеленым.

Мне нужно это прекратить, или погибнут люди.

Я положила руку на плечо Намтура и подвинулась так, чтобы Тисок мог видеть мое лицо. Он дернулся, будто его ударили током. Позади него его телохранители одновременно обнажили мечи.

— Идем, дедушка, — тихо сказала я на старом языке. — Мы не в кругу друзей.

Намтур торжественно похлопал меня по руке и повернулся к выходу. Охранники отступили в сторону, давая нам пространство. Мы прошли между ними и продолжали идти, через Казино, через двери, через площадь. Два вампира, покрытые лимонно-зеленым солнцезащитным кремом, незаметно последовали за нами. Я повернулась и посмотрела на них, чтобы убедиться, что навигатор знает, что их видели.

— Дедушка, — пробормотала я. — Как ты мог все испортить? Ты должен был не узнать меня.

Он фыркнул.

— Грязный пес! Его руки нечисты. Коснись он тебя своими запятнанными кровью пальцами, я бы их отрезал.

Запятнанными кровью? Уж кто бы говорил.

— Спасибо за заботу, дедушка. Что ты делал в Казино?

— Я услышал, что этот тощий пройдоха ищет возможности заключить союз. Мне захотелось узнать, кому он предлагал свои жалкие услуги.

Он выставлял Гастека уличным торговцем.

— Теперь мы знаем, — сказал Намтур.

— Он упоминал, что хочет заключить союз?

— Нет, но он задавал много вопросов о королевстве.

Интересно.

Мы вышли на боковую парковку, где я оставила Тюльпан и Леди — лошадь, взятую напрокат этим утром. У края парковки застыли вампиры.

Намтур развернулся и махнул им рукой.

— Кыш! Проваливайте домой, нечисть!

Вампиры остались там же, где и стояли.

— Мы проводим вас в ваши покои.

— В этом нет необходимости, — ответила я. — Мистер Саккан находится под опекой Ордена. Я буду рассматривать любое дальнейшее вмешательство Института как признак агрессии. Это мое официальное предупреждение вам.

Вампиры замерли, пока управлявшие ими навигаторы ожидали указаний. Мгновение спустя, нежить развернулась и строем направилась в Казино своей странной, расхлябанной походкой.

Намтур подпрыгнул и приземлился в седло Леди. Лошадь встрепенулась.

— Теперь мы едем домой?

— Нет, дедушка. Мы едем в Орден милосердной помощи.

Намтур кивнул.

— Понятно. Зачем нам туда ехать?

— По двум причинам. Во-первых, за нами может последовать твой гостеприимный хозяин. Я прикидываюсь рыцарем, поэтому мне нужно отвести тебя туда, где собираются рыцари.

— А во-вторых?

— Мне нужно убедить параноика, склонного к массовым убийствам и скоропалительным выводам, что кое-кто не является угрозой.

— Он имеет право быть параноиком. Это город дураков, бездельников и безумцев. Столетиями я не чувствовал себя таким молодым.

— Если дела не заладятся, тебе придется убить многих из них.

— Снова ты со своими заманчивыми обещаниями. Прошло уже восемь месяцев, как я увлажнял свои мечи. Я убью кого-нибудь до конца моего отпуска.

Нет, если я сумею этому помешать.

* * *

СТЕЛЛА РАЗГЛЯДЫВАЛА ЛИЦО Намтура.

— Не вижу сходства.

— Двоюродный дедушка — что тут скажешь. — Пояснение, что он был практически бессмертным, названным кровным братом моей бабушки только бы все усложнило.