Глава 15

Маакс вышагивал по выложенному плиткой полу гостиной, отчаянно желая последовать за Эшли, но уже много натворил - не только солгал о пророчестве - и лишь вопрос времени, когда она узнает, - но и скрыл свои истинные намерения: сделать её бессмертной. И если он последует за ней сейчас, она сочтёт его законченным шовинистическим ублюдком. Маакс не мог этого допустить. Не тогда, когда их дни вместе сочтены.

Хотя, как он полагал, так было всегда. Он нарушил так много законов, в том числе сделал Эшли бессмертной без разрешения богов, и вернулся в свой мир, из которого был изгнан - без сожаления, конечно, - но его, вероятно, приговорили бы к погребению на две вечности. А может, три. Единственное средство изменить судьбу - изменение богами законов об обязательном наказании.

Но для этого требовалось нечто почти невозможное: единогласное голосование. Вряд ли. Боги никогда ни в чём не соглашались единогласно.

"Ты всегда можешь шантажировать своих братьев".

Он нахмурился на такую забавную мысль.

Секреты, которые он хранил, могли уничтожить божество. А он никогда не предаст клятву и не причинит вреда своей семье, просто чтобы спасти свою шкуру. Сама мысль об этом вызывала отвращение. Он знал, какую судьбу принял, когда нарушил законы, и не стал бы выкручиваться за чужой счёт. Он не такой.

Конечно, если они не остановят апокалипсис, всё это будет неважно. Проклятье. Маакс вздохнул. Не существовало надежды, что у него есть будущее с Эшли. Что ж, по крайней мере, Эшли была вне опасности.

- Маакс. Где ты, чёрт возьми? - раздался глубокий, знакомый мужской голос со стороны кухни Эшли.

Ах, чёрт. Маакс молился, чтобы это не тот, о ком он думал, потому что надеялся, по крайней мере, провести несколько дней с Эшли.

Маакс молча на цыпочках подошёл ближе, чтобы взглянуть. Чертовски фантастично. Это Никколо Диконти, генерал армии вампиров и двое его солдат-вампиров, похожих на байкеров. Естественно! А чего он ожидал? Учбен знали, что Маакс прибыл в дом Эшли вместе с ней, а значит, все в курсе. Среди Учбен не было секретов.

- Я знаю, что он здесь, - прошептал один из стражей. - Я чувствую запах его раздутого эго.

- В устах вампира, - сказал Маакс, - я нахожу это замечание несколько забавным.

На губах Никколо мелькнула хитрая улыбка.

- А, Маакс. Вот оно моё любимое невидимое божество. - Европейский акцент Никколо придал его словам оттенок естественного сарказма. - Ты плохо выглядишь.

- Эта шутка такая же устаревшая, как твоя тысячелетняя итальянская задница. Кстати, только что звонили с блошиного рынка Симил и хотели бы, чтобы ты вернул их подделку от Армани.

- Это Хьюго Босс. Моя жена говорит, что от его костюмов моя задница выглядит на века моложе. Ты действительно считаешь меня старым? - Никколо повернулся, приподнял пиджак и показал Мааксу заднюю часть брюк.

О, боги. Он серьёзно.

- Чего ты хочешь, вампир? - спросил Маакс.

Длинные тёмные волосы Никколо, собранные в хвост, контрастировали с его светящимися глазами, цвет которых переливался от яблочно-зелёного до аквамаринового. Неужели он так рад, что приехал забрать его?

- Ты прекрасно знаешь, что я больше не вампир; впрочем, плевать, если ты предпочитаешь называть меня так. Мне очень нравятся вампиры.

История о том, как Никколо перестал быть вампиром, очень, очень длинная - не говоря уже о Симил, - но его жена и соправитель, Хелена, была новым вампиром.

- Повторяю, чего хочешь? - Маакс уже подозревал печальную правду.

Никколо поправил чёрный галстук, а затем понимающе кивнул своим людям и они вышли.

- Мы оба знаем, зачем я пришёл; боги - твои братья и мои союзники - требуют твоего немедленного заключения. И, как понимаю, тебе предстоит многое объяснить.

- Я все объясню, когда буду готов, Никколо. А пока скажи моим братьям и сёстрам, чтобы они... - Ох, как там говорит Симил? А, точно! - Отсосали!

Никколо рассмеялся.

- Обожаю эти современные фразы - отсоси, оттверкать, отыметь... carpe noctem

Маакс выгнул бровь, но Никколо этого не заметил.

- Я вижу, ты очень много изучаешь сленговых словарей.

И его братья и сёстры часто заходили на сайты таких словарей, изучая современные фразы.

- Жизнь бессмертного, - Никколо пожал плечами, - путешествие.

- Я рад, что ты смотришь на это именно так, потому что собираюсь послать тебя к чёрту. - Чёрт, если Мааксу повезёт, он помирится с Эшли, а, как известно, после ссоры секс гораздо лучше.

Никколо вздохнул.

- Я забираю тебя, Маакс. И девушку тоже. Нужно разрулить ситуацию.

Маакс покачал головой. Никколо никогда не пользовался разговорными фразами. Почему сейчас решил быть крутым?

"Неважно, чувак. Думай. Какие у тебя варианты?"

Он мог забрать Эшли и убежать, но его братья всё равно найдут его - через связь богов они чувствуют присутствие друг друга, если только не блокировать их. А у Маакса не было сил, так что он - лёгкая добыча.

Он мог сразиться с Никколо и вампирами, но без способностей не мог помешать вампирам, унести Эшли или себя.

По сути, ситуация безвыходная. Тем не менее, ему нравилась идея расколоть несколько черепов. Это борьба.

Маакс ударил Никколо прямо в челюсть, и тот полетел через кухню, врезаясь в шкафы. Затем тут же поднялся.

- Ай. За что, чёрт возьми, ты меня ударил?

Он потёр подбородок и надул губы. Да, надулся. Но по-мужски, как вампир.

- Как я уже сказал, - холодно объяснил Маакс, - ты нас не заберёшь. Скажи моим братьям, что я приду и отвечу за свои действия, когда буду готов.

Два вампира Никколо ворвались в комнату, готовясь к драке.

- Нет! - Никколо поднял руку. - Это между нас. Ждите снаружи.

- Нами. Правильно говорить "между нами", - возразил Маакс.

- Неважно.

Никколо подлетел к нему, сжав кулак, но Маакс отступил. Никколо врезался прямо в кухонный стол. Маакс засмеялся, думая, что Никколо потребуется мгновение собраться, но он сосредоточился на звуке голоса Маакса и прыгнул. Кулак угодил Мааксу прямо в скулу, повалив на пол. Перед глазами замерцали крошечные звёздочки.

- Сукин сын. - Маакс отшвырнул Никколо и вскочил. Никколо тоже вскочил с пола и встал, подняв кулаки.

- Я понимаю твоё положение, Маакс, - тяжело дыша, проговорил Никколо, - однако не могу пренебречь тем, что у меня есть супруга и дочь, которые погибнут, если апокалипсис не остановить. Так что чем скорее ты пойдёшь со мной, тем скорее мы всё проясним.

Отлично. Теперь Маакс чувствовал себя настоящим придурком.

- Никколо, сочувствую, но я не пойду.

- Тогда мы заберём девчонку. Тогда уверен, ты сам придёшь.

Кровь Маакса забурлила.

- Не смей её трогать, мать твою!

- Мы никогда не причиним ей вреда, Маакс, но опомнись. Конец близится с каждой секундой, и если ты лишил нас последней надежды на спасение...

- Ладно, я пойду с тобой, но мне нужны двадцать четыре часа.

Никколо задумчиво почесал подбородок.

- В противном случае, - добавил Маакс, - я буду продолжать сражаться. И ты должен спросить себя, сколькими своими костюмами и мужчинами ты готов пожертвовать всего лишь ради одного дня.

Никколо провёл рукой по тёмным волосам и выдохнул.

- Я могу дать тебе время до вечера. Четыре часа, и всё, Маакс. Потом мы отведём тебя к богам и разберёмся со всей этой чепушнёй.

Маакс съёжился. Жизненно необходимо лишить этого бывшего вампира возможности пользоваться словарём.

- Согласен, - сказал Маакс. - А теперь отвали.

Никколо опустил голову.

- Алоха, мой друг.- И вышел через заднюю дверь.

Отлично. И что теперь? У него четыре часа, чтобы разобраться с Эшли, в том числе, признаться в своей лжи. Но если он не подготовит сцену должным образом, она никогда не поймёт и не простит его. Он повернулся, чтобы начать убирать беспорядок, который они устроили, и ударился ногой о ножку кухонного стола.

- Ай! Matrem fututor. -

"Боги, я скучаю по одежде. Особенно по обуви".

Хотя, его ногам придётся долго-долго отдыхать, как только братья схватят его. Теперь, когда они знали, что он ослушался приказа Симил и забрал Эшли, они не проявят милосердия. Конечно, пророчество Симил не имело абсолютно никакого смысла. В прошлом невозможно было сохранить жизнь Эшли. Пророчество Симил оказалось бесполезным. Или обманом.

Но почему-то ему плевать. Будь у него возможность, он бы сделал это снова. Конечно, он хотел броситься к ногам Эшли, как гигантский слабоумный смертный и молить о пощаде. Не за то, что без разрешения сделал бессмертной, а за то, что был таким придурком. Но он ничего не мог поделать. В конце концов, он тот, кто есть - божество. Следовательно, придурок.

Какой смысл просить прощения, если:

а) он бог, и боги не просили прощения. (Да они кучка огромных мудаков);

б) ничто - ни гнев Эшли, ни неминуемое наказание - не могло бы вызвать сожаление за поступки. Он избавил её от непосредственной опасности.

Отлично. Поэтому опять - и что теперь?

Он потёр небритую челюсть. Чёрт, ему нужно побриться. Где единорог, когда он тебе так нужен?

Эшли ворвалась на кухню через заднюю дверь - её дерзко вздёрнутый носик, кошачьи глаза, из которых текли слёзы, и пухлые губы мгновенно делали его твёрже алмазного круга.

- Маакс! Маакс? - закричала она.

Он бросился к ней.

- Sanctum sanctorum cacas. Только не говори, что ты снова чуть не умерла.

- Опять латынь? Серьёзно? - Она вытерла слёзы с глаз, которые когда-то были великолепного орехового цвета, но теперь имели цвета богов - бирюзовые, совсем как у него.

"Небольшая цена", - подумал он.

- Забудь, - сказала она. - Просто отправь меня обратно. Немедленно! Мне всё равно, умру или нет, я не могу здесь оставаться.

- Нет, чёрт возьми!

Она округлила глаза.

- Что?

- Я не на латыни сказал, так что ты поняла. Нет!

Эшли знала, что она говорит дерзко, но кого это волновало? Это её жизнь, и она не хотела жить тут. Для неё ничего не осталось. Ничего, кроме долбаного "Капуццинно"!