- А куда они делись?

- Мы уже некоторое время охотимся за Натаном, чтобы вычистить этот шкаф. Я думаю, что ты являешься идеальным стимулом.

- Они у него в шкафу?

Виктор кивнул, и легкая волна каштановых волос упала ему на лоб.

- Мне очень жаль. Это означает больше усилий с твоей стороны. Ты можешь держать несколько вещей на чердаке. Остальное ты можешь оставить у него дома. Можешь обмениваться, как тебе нужно, и делать свою стирку в его доме. Если они случайно обнаружат чердак, там будет не так уж много вещей, которые можно будет взять. Это ограничит ущерб, если они попытаются вредить.- Он склонил свое лицо над моим. - Но если они попытаются сделать это снова, мы без колебаний заставим их остановиться и вернуть все обратно. На этот раз им все сошло с рук. В следующий раз будет по-другому.

Пришлось с этим согласиться. Мне не нравилась сама мысль о конфронтации. Она может легко обостриться, распространившись на моих родителей или, возможно, с родителями Даниэль. Это может обернуться чем-то большим, с чем никто не захочет иметь дело.

- Наверное, я могла бы пойти и попросить вернуть мои старые вещи. Теперь, когда она, вероятно, понимает, что не может носить их в школу. Может быть, она и не стала бы придавать этому большого значения.

Виктор закатил глаза.

- Гэбриэль уже несколько недель мечтал сводить тебя за покупками. Я не разговаривал с ним с самого начала учебы без того, чтобы он не спрашивал о том, чтобы пригласить тебя куда-нибудь. Я прижала ладонь к разгоряченной щеке. - Габриэль сделал бы это в любом случае. Он любит играть с новой куклой, - сказал он, нежно сжимая мою руку. - И ты гораздо более благодарна и терпелива с ним, чем мы.

Намек на улыбку наконец-то прорезался на моих губах.

- Да ты шутишь.

- Когда он ходит со мной по магазинам, я едва успеваю два раза примерить одежду, как уже кричу на него.

Я хихикнула при мысли о Викторе и Гэбриэле, идущих вместе за покупками, или от этой мысли, о Сайласе или Норте, идущих вместе с ним. Я не могла себе представить, чтобы они приняли требования Габриэля.

- Еще пара вещей, - сказал он, и жар в его огненных глазах погас. - Хотя я не знаю, понравится ли тебе эта часть.

- Ну и что же?- Был ли какой-нибудь подвох? Конечно. Так и должно было быть. Может быть, мне нужно было отрабатывать расходы. Может быть, это означало, что надо будет работать в обеденное время или оказывать им услуги в школе.

Он закрыл дверцу шкафа и наклонил голову к вентиляционному отверстию в стене. - Приглядись.

Мой взгляд скользнул к вентиляционному отверстию. Решетка была стандартной, выкрашенной в белый цвет. Она не нуждалась в замене. Все выглядело по-прежнему.

Виктор отступил от меня, указывая пальцем. - Прямо здесь, - сказал он.

Я последовала за ним, прищурившись. Свет отражался от странного пятна за лопастями решетки. Мои глаза достаточно приспособились, чтобы уловить намек на линзу. - Камера?

- Приказ мистера Блэкборна, - сказал он. - Мне очень жаль. Отговорить его было невозможно. Это было условие, чтобы позволить тебе остаться.

- А ты будешь смотреть? - спросила я, но уже знала ответ. Мальчики никак не могли оставаться здесь со мной каждую ночь. Риск был слишком велик, чтобы попасться, и если мы не хотим ждать этого неизбежного момента, то должны сделать что-то еще.

Я полагала, что когда моя мать успокоится и перестанет так часто наказывать меня, они поймут, что все не так уж плохо. Я думала, что мы дождемся этого момента, и они отступят.

Вместо этого они были на десять шагов впереди меня, думая только в противоположном направлении. Они собирались сдержать свое обещание, чтобы я никогда больше не оказалась привязанной к стулу или чему-нибудь похуже.

- Это не запись, - сказал Виктор. - Сейчас она даже не включена. Камеры включатся только в том случае, если по какой-то причине мы не сможем связаться с тобой по мобильному телефону. Они есть в каждой большой комнате и в коридорах.

- И ванная комната, - поняла я, чувствуя, как дрожь пробежала у основания моего позвоночника.

Виктор тяжело вздохнул.

- Да ,но и она прямо сейчас не включена. Процедура заключается в том, чтобы написать тебе, если ты не с нами, и мы не получили от тебя никаких известий в течение часа или около того. Мы напишем три сообщения в течение десяти минут. Это дает тебе возможность связаться с нами на тот случай, если ты не услышала свой телефон в первый раз. Никаких сообщений или перезвонов, мы начинаем с твоей спальни, а затем все остальные основные комнаты, прежде чем проверить что-то вроде ванной комнаты.

Я не была уверена, что мне нравится этот новый план. Они могут заглянуть ко мне в любое время. Но захотят ли они? Доверяла ли я им?

Я проглотила свои страхи. Я обещала, что сделаю все, что они попросят, чтобы остаться здесь. Иначе Мистер Блэкборн вышвырнет меня. Они не были готовы к таким вещам, по крайней мере без участия Академии. Я не совсем понимала, что это значит, но и не была уверена, что хочу выяснять прямо сейчас. Мне очень хотелось узнать об Академии, но я не хотела делать это с таким большим риском. Я должна им доверять.

- А как насчет ночи? - переспросила я. - Я должна каждый час туда заглядывать?

- Нет. Ты можешь спать. Держи свой телефон при себе. - Он переминался с ноги на ногу, перенося вес тела с одной ноги на другую. - Я не могу обещать, что они не будут проверять тебя, пока ты спишь.

Мои пальцы нервно стучали по основанию шеи. Это было сюрреалистично, но, возможно, поскольку они уже спали в одной комнате со мной, некоторые даже в одной постели, это не казалось навязчивым. Это было так, как будто я спала одна.

Может быть, я предпочитаю, чтобы они были со мной?

- Ты ведь не бесишься, правда? - спросил Виктор, подходя ближе ко мне.

Я бросила на него быстрый взгляд.

- Бешусь?

- Я знаю, как это... агрессивно. Я чувствовал то же самое, когда это случилось со мной.

Его интонация поразила меня.

- Ваш дом тоже так устроен?

- Да. У нас у всех есть камеры.

Мои брови взлетели вверх, а глаза расширились.

- И тебя тоже проверяют?

Он пожал плечами.

- Только если никто не сможет связаться со мной по телефону. Это просто мера предосторожности. Сейчас мы не так сильно рискуем из-за наших семей, поэтому нам не нужно регистрироваться. Твоя ситуация немного уникальна для нас.

Ему не нужно было этого говорить. Его тон сказал это за него. Мои родители были очень опасны. А их - нет.

Но как я могу злиться на то, что они уже пережили? Возможно, я ошибалась. Если бы они все прошли через это, возможно, камеры были бы чем-то, что они в конечном итоге сделали бы. Может быть, я была не права, не будучи их частью, потому что они не включили меня в утреннюю тренировку или некоторые другие вещи, которые они должны были сделать. Может быть, они уже приступили к этому, работая медленно, как им казалось.

- Я не сержусь - сказала я так честно, как только могла. - Это ... неожиданно. Но я все понимаю. Ты же не можешь спать здесь все время.

- Я бы не возражал - сказал он, снова сверкнув глазами. - Но да, мы не можем делать это каждый вечер.

Я улыбнулась ему, уловив его намерение, но не зная, как ответить. Я тоже наслаждалась этим, даже если это было безумно и экстремально. Я все еще не была уверена, что полностью переварю мысль о том, что они будут спать со мной в одной постели, и некоторые из них уже сделали это.

- Ты тоже можешь проверять камеры, - сказал он. - У тебя есть сотовый телефон?

Я помолчала, пытаясь вспомнить, куда положила его. Покраснев, я сунула руку под рубашку и вытащила телефон из чашечки лифчика.

Виктор ухмыльнулся, забирая у меня телефон.

- Секретные карманы, - сказал он. Он открыл телефон и нажал кнопку. Он поднёс поближе ко мне, чтобы показать светящийся экран.

- Это здесь, - сказал он, указывая на приложение с иконкой розового сердца. Он нажал на него. Приложение запустилась, показывая карту дома. Стали видны две комнаты наверху, ванна, обе лестницы, парочка коридоров, спальня родителей внизу, кухня, зал и гараж.

- Ты можешь нажать на любую из них, - сказал он и нажал на спальню, которая была окрашена розовым, - и...

Когда он остановился, загружалась картинка. Экран изменился, показывая Виктора и меня, стоящих вместе в спальне в данный момент со стороны камеры. Я интуитивно посмотрела на вентиляцию и обратно в телефон, как если бы я старалась поймать себя.

- Теперь будет и тебе легче, - сказал он. - Ты можешь проверять свою мать и Мэри без боязни быть пойманной при слежке.

Это намного лучше. Я имела доступ к собственным камерам. Это теперь средство больше для меня, чем для них.

- У тебя есть это приложение на телефоне?

Он улыбнулся вытащив телефон из заднего кармана, и нажав на кнопку, показывая мне розовое сердце, с мертвым центром впереди. - Ты всегда со мной.

Я закатила глаза, неспособная стереть улыбку.

- Не дашь мне своё приложение?

Он отодвинулся, пока говорил.

- Может быть позже.

Они не доверяли мне? Или была другая причина?

- Сейчас это невозможно, - лучезарно улыбнулся он, засунув телефон обратно в карман, пересекая комнату по направлению к чердаку.

- Это ещё одна вещь.

- Люк отрезал бревно? - спросила я, зная, что Габриэль просил его. Я выключила телефон, увидев удивительный взгляд Виктора.

- Не только это, - сказал Виктор. Он опустился на колени, ухватился пальцами за дверную ручку и открыл ее. - Ползи внутрь.

Я всматривалась в темноту чердака, но далеко ничего не видела. Я повернула телефон, чтобы использовать его как свет, но его рука сомкнулась вокруг моей, останавливая меня.

- Доверься мне, - сказал он. - Просто пройди несколько футов внутрь.- Огонь вспыхнул в его глазах.

По моим губам скользнула улыбка. Они могли бы придраться к Габриэлю из-за его стиля презентации, но у Виктора тоже было чутье на это.

Я пролезла в открытую дверь. Не пройдя и фута внутрь, как я ожидала, почувствовав шероховатость сырого дерева, я была удивлена мягкостью. Мои пальцы растопырились, разглаживая волокна мягкого ковра.