ЧЕТЫРЕ

Я сполз на тротуар, в рваных остатках плаща, в растекающейся луже моей собственной крови. Моя спина почти касалась закрытой двери Вампирского Клуба. Я не слышал, но мог чувствовать армию вампиров, запертых за дверью, напирающих на дерево, разрывающих её своими когтистыми руками, пытающихся открыть её силой. Чтобы они смогли выйти и схватить меня. Но вся их противоестественная сила ничего не стоила против действия старого креста Пью. За все годы он вложил в него много труда. Превратил его в канал и средоточие для всех сил Добра из-за пределов этого мира. Это должно было стать его подарком мне на выпускной, но тогда он узнал, кем была моя мать и нарёк меня Мерзостью. Поэтому я ушёл, забрав крест с собой. Я думал, что должен был это сделать, а он всегда говорил, что это когда-нибудь пригодится. Пью — старый учитель, старый друг, старый враг. Покойный уже много лет. Меня смутило, что я так долго даже не думал о нём.

Я ощущал усталость. Усталость до самих костей, до самой души. Мне казалось, что я не так уж сильно изранен, как было на самом деле. Нехороший признак. Это значило, что у меня начинался шок, окоченение, пока я истекал кровью. Раньше, после одного старого дела, во мне имелось немного от оборотня — достаточно, чтобы помочь мне побыстрее исцелиться… но это давно прошло. Я никогда не держусь за то, что имеет значение. Нужно было постоянно прикладывать усилия, чтобы удержаться от сна, потому что я знал: если засну, все эти люди, которые казались просто случайно проходящими мимо, заметят. Я видел их, медленно приближающихся. Пытающихся выяснить, насколько раненым и травмированным я был и безопасно ли для них уже было подойти и ограбить меня. Или убить. В Тёмной Стороне имелось множество людей, которые много лет ждали возможности обобрать меня, когда я буду беспомощен.

Я осмотрел себя, так хорошо, как смог. Меня потрясло огромное количество ран и повреждений, которые я получил. Вампиры нападали на меня со всех сторон, и они наносили мне тяжкие удары и глубокие раны. Плащ, обычно защищающий меня, был разорван в ленты и лохмотья сверхъестественной силой, скрывающейся за грязными, неровными когтями. При Варни вампиры вновь обнаружили свою старую силу и злобу. Я был везде изорван, моё мясо обнажилось, кровь вытекала из меня.

Я находился в плохой форме. Когти вонзались глубоко, мышцы были распороты, а сухожилия порваны. Я не мог ни почувствовать, ни пошевелить левой рукой, даже когда смотрел прямо на неё. А моя левая нога судорожно дёргалась, белая кость ясно виднелась в разорванном красном мясе. Кровь до сих пор толчками стекала по моему лицу из канавки во лбу, медленно запечатывая закрытый правый глаз.

Я невероятно устал и глаза продолжали закрываться, невзирая на все мои усилия не спать. Я уже начинал засыпать, когда почувствовал чьё-то присутствие; и мои глаза распахнулись. Я обнаружил себя лицом к лицу с мужчиной, склонившимся надо мной, застигнутым за обчищением моих внутренних карманов. Я встретил его пристальный взгляд и он застыл на месте. Он носил белый халат дантиста и белую кожаную расшитую маску. Его глаза расширились и он медленно убрал руку назад. Он выпрямился, затем замешкался и с надеждой посмотрел на меня, на случай, если мои глаза снова закрылись. Я сел немного прямее, и он повернулся и поспешно ушёл. Я слабо улыбнулся. Кровь хлынула из моего рта и побежала по подбородку. Избит до полусмерти и всё равно победил. Приятно знать.

Мой подбородок только начал снова опускаться на грудь, когда я услышал приближающийся знакомый звук. Очень оригинальный автомобильный двигатель. Я заставил себя посмотреть и это оказалась футуристическая машина Мёртвого Мальчика, стремящаяся ко мне своей дорогой, поперёк движения Тёмной Стороны. Сверкающая серебряная пуля, лучащаяся продвинутой технологией и полным презрением всех законов науки. Походило на то, что она с радостью переедет или проедет сквозь любое другое транспортное средство, достаточно тупое, чтобы преградить ей путь. Мёртвый Мальчик, всегда умалчивал, как он заполучил свою машину: я всегда считал, что она выпала из Временного Сдвига.

Автомобиль легко скользнул, остановившись прямо передо мной, дверь распахнулась и появилась Сьюзи Стрелок. Высокая блондинка в чёрной байкерской кожанке, украшенной дребезжащими стальными цепями и блестящими стальными заклёпками, с двумя патронташами, пересекающими её внушительную грудь. Завершали дело сапоги со стальными носами. Сьюзи Стрелок, лучший охотник за головами в Тёмной Стороне, потому что она никогда не заботилась взять их живыми. У неё было эффектное лицо с резкими чертами, мрачной улыбкой и жестокими, тёмно-синими глазами. Она смотрела на то, что со мной сделали и её лицо обещало убийство и увечья любому, кто бы ни был в этом виноват.

Моя Сьюзи. Моя адская валькирия.

В мгновение, когда она вышла из машины, все остальные лишь взглянули на неё и замерли на тротуаре, как вкопанные. Здравомыслящие развернулись и поспешили в противоположном направлении. Сьюзи свирепо осмотрелась, на случай, если кого-то нужно было немедленно покарать и оставшиеся люди просто сбежали. Сьюзи не сказала ничего, когда опустилась рядом со мной на колени и проверила меня с профессиональной тщательностью. Её руки были так нежны, как только возможно, но я всё равно скрежетал зубами, чтобы удержаться от крика. Она заметила. Когда она наконец заговорила, её голос был холодным и ужасно решительным.

— Кто-то за это заплатит. Любовь моя.

Я успокоился. Приятно знать, что есть люди, на которых всегда можно положиться, которые всегда остаются такими же.

— Не обращай внимания, — проворчал я. — Я умру?

— Не обязательно прямо сейчас, — сказала Сьюзи. — При условии, что мы окажем тебе профессиональную помощь и побыстрее. Кого ты довёл на этот раз? И почему понадобилась я, чтобы приехать и забрать тебя? Почему ты не использовал телепорт в своих карманных часах, чтобы убраться отсюда?

— А, — сказал я. — Прости. Я… не соображал так ясно, как следовало. Я просто знал, что ты мне нужна.

— Ещё бы, ты так и делаешь, — согласилась Сьюзи.

Подошёл Мёртвый Мальчик, обойдя машину с другой стороны, его тёмно-фиолетовое пальто развевалось на ветру. Он посмотрел на меня и вздёрнул бровь.

— Проклятье, Джон, паршиво же ты выглядишь! Я получил меньше повреждений и то умер!

Это не было проявлением заботы. Мёртвый Мальчик так отнёсся к моим ранам, потому что он был мёртв так долго, что уже не помнил, на что похожа боль. Но одного размера лужи крови вокруг меня оказалось достаточно, чтобы даже он умолк. Он быстро глянул на Сьюзи, и она еле заметно качнула головой.

— Как любезно с твоей стороны было приехать, — сказал я Мёртвому Мальчику.

— О, я здесь только потому, что Сьюзи решила, что ей нужен быстрый перевозчик, а я оказался тем, кто не сбежал достаточно быстро. Сьюзи не возражают, когда она говорит, что ты ей зачем-то нужен; нет, если хочешь, чтобы твои потроха оставались внутри. Они больше не работают, но всё ещё дороги мне, как память. — Он остановился, взглянув за меня. — Не знаю, важно ли это, но распятие, воткнутое в дверь позади тебя, кажется, горит.

— Поставьте меня на ноги, — сказал я. — А потом увезите меня отсюда ко всем чертям. Тут небезопасно.

Сьюзи и Мёртвый Мальчик взяли меня за руки и подняли на ноги между собой. А затем они поддерживали меня, пока я не обрёл равновесие. Мои ноги тряслись, мне до сих пор было больно всякий раз, когда я двигался и дышал, но я держался. Пока что. Я медленно и осторожно обернулся, посмотреть на крест Пью, воткнутый мною в дверь. Деревянное распятие обуглилось и почернело, пылая неестественным кроваво-красным светом.

— Ладно, сдаюсь, — сказал Мёртвый Мальчик. — Что с другой стороны этой двери?

— Армия, — ответил я.

— Пусть приходят, — сказала Сьюзи. — Я захватила дополнительные боеприпасы.

— Нет, — возразил я. — Не здесь и не сейчас. Нам нужно убраться отсюда, прежде чем они выйдут.

— Кто? — спросил Мёртвый Мальчик. — Прежде, чем кто выйдет?

— Кошмары, — ответил я. — С зубами и когтями.

Сьюзи и Мёртвый Мальчик переглянулись.

— Ближайшая больница приблизительно в половине мили отсюда, — сказала Сьюзи. — Приют Святого Бафомета. Потом нам, наверное, придётся пробиваться к выходу, но они делают действительно чудесные лекарства.

— Нет! — возразил я, немного громче, чем собирался. Моя голова снова кружилась. — Никаких больниц. Недостаточно безопасно. Доставьте меня в «Странных Парней».

Сьюзи и Мёртвый Мальчик снова обменялись взглядами, думая, что я не вижу. Мёртвый Мальчик поднял бровь и Сьюзи кивнула, Мёртвый Мальчик показал на заднюю дверь машины. Она распахнулась сама собой, и он и Сьюзи поместили меня на заднее сиденье так тщательно, как только могли. Каждое движение причиняло мне боль и я несколько раз невольно вскрикивал. Но, когда меня, наконец, усадили на заднее сиденье, прислонив к гладкой коже, я ощутил несомненную безопасность. Я испустил долгий вздох облегчения, когда Сьюзи уселась рядом со мной. Её лицо было устрашающе мрачным. Ей не нравилось видеть меня доведённым до такого состояния. Мёртвый Мальчик задержался и оглянулся на дверь в Вампирский Клуб.

— Не хочешь, чтобы я вытащил из двери этот горящий крест? Я вполне уверен, что это мне не повредит.

— Нет! — громко сказал я. — Не трогай его! Сила, оставшаяся в этом кресте — единственное, что держит дверь закрытой, сдерживая их. Нам понадобится время, которое даст нам крест.

Мёртвый Мальчик пожал плечами, захлопнул автомобильную дверцу, затем быстро проскользнул на водительское место. Футуристическая машина гладко скользнула в трафик Тёмной Стороны, грубой силой и грязным запугиванием убеждая все прочие транспортные средства убраться с её пути. Сьюзи сидела так близко, как могла, не касаясь меня даже, когда моя кровь пятнала её кожанку.