ГЛАВА 39

Карсон

Убийство. Кровь. Убийство. Кровь.

Это все, вокруг чего вращалась моя жизнь последний месяц.

— Клянусь, я не знаю, где она!

— Врешь! — кричу я, выливая еще одну кастрюлю дымящегося, горячего жира на тело мужчины. Он кричит в агонии, когда его кожа сдирается до костей.

— Пожалуйста, я умоляю тебя о пощаде!

— Мы видели тебя по камерам в ту ночь, когда ее похитили, ублюдок! — Джейс бьет мужчину, почти вырубая его.

Хватит чуши, я хватаю единственное устройство, которое вытянет из него правду.

Электрическая дрель.

Глаза мужчины вылезают из орбит.

— Мы не проявляем милосердия к предателям.

Ланс лежит на металлическом столе, совсем не похожий на человека, которого мы когда-то знали. Я подумал о каждой гребаной банде, которая знала бы о местонахождении Элайны, и пошел к ним, но никогда не думал, что нужно было только взглянуть на своих.

— Я узнал от гребаного мексиканского наркомана, что один из моих отвернулся от нас?!

Сначала я разыскал Фернандо – не только для того, чтобы закончить оставшуюся работу, но и потому, что понял, что он замешан в том, что произошло в Нью-Йоркских делах. Я и не подозревал, что, прежде чем прикончить этого гребаного ублюдка, он раскроет, кто был крысой в нашей организации, и кто все это время работал с русскими.

— Прости, Карсон, я не хотел, чтобы это случилось! Я не думал, что они будут похищать и пытать беременную женщину!

Упоминание слова «беременная» приводит мой мозг в действие. В одну секунду я стою с дрелью, а в следующую она уже в бедре Ланса.

— А-а-а! ПОЖАЛУЙСТА, КАРСОН!

Мой мозг прокручивает больное воспоминание о том, как Элайну пытали ножом, и как она кричала, что беременна, а Дмитрий называет моего ребенка своим.

Моя дрель нацелена в его глазное яблоко, всего в нескольких дюймах.

— Подожди! Пожалуйста! О, черт, подожди! Я тебе все расскажу, все расскажу!!!

Я бросаю дрель на пол, с силой хватая его за подбородок.

— Я хочу всю гребаную правду.

Я откидываю его голову назад, чуть не расколов ему череп. Глаза Ланса налиты кровью, жалкие слезы текут по его предательскому лицу.

— Она… она пришла ко мне однажды ночью после пробежки.

— Кто?

— Нина.

У меня голова кругом идет.

— Клубная шлюха? — Джейс говорит рядом со мной.

— Не называй ее так!

Джейс хватает его за раненое бедро и крепко сжимает. Ланс шипит от боли.

— Я могу называть ее как угодно, если она замешана в похищении моей сестры, понял?

— Продолжай, — требую я.

— Она сказала, что ей нужна помощь. Что она связалась с парой парней, которые хотели причинить ей боль, если она не даст им информацию.

— Значит, ты решил, что было бы неплохо украсть наши запасы и поделиться информацией с Ниной, чтобы она рассказала это нашим гребаным врагам?

— Они хотели убить ее, если она этого не сделает!

— И ты поверил в эту чушь?

— Конечно… конечно, я поверил. Она никогда бы не солгала мне, мы любим друг друга!

— Ты бредишь, мать твою! Эта сука была одержима Карсоном, а он ей отказал.

— Я… я…

— Где, черт возьми, сейчас Нина? — спрашиваю я, становясь смертоноснее с каждой секундой.

— Я не знаю! Она исчезла, как только услышала, что вы сошли с ума и убиваете всех подряд, чтобы получить информацию!

— Куда, черт возьми, они увезли Элайну?

— Я не знаю

Моя рука снова тянется к дрели.

— Она где-то в Макино! Макино-Сити! Пожалуйста, Карсон, прости, я не хотел, чтобы все так получилось! Вы, ребята, моя семья, вы же знаете, что из-за любви мы делаем хреновые вещи!

— Да, это так. Передай от меня привет Нине, когда найдете друг друга в аду.

— ДА ПОШЕЛ Т…

Он так и не успевает закончить фразу, потому что мой пистолет выстреливает, безжалостно его убивая.