Еще бы немного романтики… В точку.

Если бы мне хотелось романтики, Джо Коллинз был бы моим парнем.

***

Я не захотела делиться с Блейком подобными мыслями, когда он позже подвозил меня домой. По понедельникам, средам и пятницам у него были занятия в колледже Северного Айдахо, так что когда наше расписание совпадало, он подвозил меня. Нам обоим было удобно, хотя я и хотела, чтобы он разрешил мне оплатить бензин. К счастью, ранее Эрл оставил сообщение, что моя машина готова, и он оставил её припаркованной в переулке, рядом с моей квартирой. Решаю в выходные сходить и собрать немного черники, чтобы испечь ему пирог. Эрлу нравится пирог с черникой, и сейчас конец лета, так почему бы и нет.

— У тебя есть время подстричь меня сегодня вечером? — спрашивает Блейк, когда мы отъезжаем от Каллапа.

— Конечно, — отвечаю ему я.

Я совсем недавно начала его подстригать. Может, у меня и нет лицензии, но такую простую стрижку, как у него, было достаточно легко повторить.

— Было бы здорово. Я еду в «Лось» к семи, но хочу еще забрать Даниэль, чтобы мы успели поужинать перед началом смены.

— Звучит неплохо.

— У тебя есть планы на вечер?

— Нет, просто собираюсь расслабиться дома. Может, выпью вина и посижу на крыше с книгой или ещё чем-нибудь.

— А как же Джо? Ты можешь ему позвонить.

— Это была напряжённая неделя, — говорю я, уклоняясь от вопроса. — Много чего происходит. Я хотела бы немного побыть одна.

Обычно я проводила пятничные вечера с друзьями. Сегодня вечером я не хочу что-то делать. Знаю, что буду работать большую часть выходных, но так будет до тех пор, пока мы с Даниэль не сможем поддерживать более быстрый темп в работе, Тереза не хочет, чтобы мы обе были на смене во время самых напряжённых ночей.

Может быть, мне стоит использовать свободное время, чтобы посчитать и собрать все свои сбережения. Я бросаю все чаевые в большой стеклянную банку, в которую залезаю всякий раз, когда по-настоящему опускаюсь на дно. Если бы мама, наконец, ушла от Тини, она бы мне очень понадобилась. Не то, чтобы ее должно хватить... деньги определенно станут большой проблемой.

«Не волнуйся слишком сильно», — твёрдо уверяю я себя.

Она никогда его не бросала. Скорее всего, и сейчас не бросит.

К счастью, Блейка покидает желание продолжать разговор о Джо, когда он паркуется за моим домом. Мы поднимаемся наверх, и я вытаскиваю один из своих разномастных деревянных стульев в центр гостиной. Пол давно выцветший, потёртый, из лиственных пород, но мне нравится каждый его дюйм — лёгкое подметание после стрижки — лишь одно из многих его преимуществ.

— Итак, — говорю ему я. — Тащи свою задницу к раковине, мне нужно помыть тебе волосы.

— Я возьму пиво, хорошо?

— Конечно, захвати и мне одну бутылку, — прошу я его, заходя в ванную, чтобы взять шампунь.

— Только одну, — предупреждает он. — Не хочу, чтобы ты отрезала мне ухо.

Я слышу, как хлопает крышка от пива. Затем он вручает мне коричневую бутылку. Сделав глубокий глоток, я включаю горячую воду, ждать которую приходится вечность, как и всегда.

Блейк снимает футболку и наклоняется над раковиной, делая вид, что вздрагивает, когда я начинаю мыть его волосы.

— Ты такой ребенок, — говорю я ему. — Хватит ныть, иначе я действительно отрежу тебе уши.

— Ты всегда была такой сукой? Помню, раньше ты была милее.

— Я беру уроки у Даниэль.

Блейк смеется, и через несколько минут я набрасываю ему на голову полотенце. Он искусно заматывает его вокруг головы, как истинная девушка, а затем принимает «сексуальную» позу.

— Как я выгляжу? — спрашивает он. — Потрясающе?

Я качаю головой и делаю еще один глоток пива

— Посади уже свою сказочную задницу на стул. В противном случае у тебя не хватит времени на ужин.

Пока он усаживается с комфортом на стуле, я включаю свою маленькую стереосистему. Я купила ее на следующий день после Дня Благодарения в прошлом году в Кер д'Ален с Реджиной, когда она получила скидку в сорок долларов. У нее довольно хороший динамик. Намного лучше, чем вы ожидаете, по такой цене.

— Ладно, стричь как обычно? — спрашиваю я, подходя к нему, вставая позади и набрасывая второе полотенце ему на плечи.

Оно не такое большое, как профессиональная накидка, но и у меня здесь не салон, знаете ли.

Затем слышу рёв мотоцикла снаружи. Пак. Отлично. Почему он должен был поселиться именно рядом со мной?

— Да, — говорит Блейк. — Ты же знаешь меня, чем проще — тем лучше.

Всё просто. Ему нравятся его короткие волосы, настолько короткие, что ему вообще не нужно об этом беспокоиться, что делает мою жизнь значительно проще. Несколько движений ножниц для придания формы верхней части, а затем триммер делает большую часть работы за меня. Десять минут спустя мы заканчиваем пить пиво и стричься, и Блейк встает на ноги, стряхивая отстриженные волосы с груди.

Он тянется и смотрит на меня, улыбаясь.

— Знаешь, если бы я не сходил с ума от Даниэль, я был бы с тобой, Бекка, — говорит он.

Я удивленно моргаю.

— Что?

— Думаю, иногда ты не понимаешь, насколько ты особенная, — говорит он, между делом, хватая футболку и натягивая её на голову. — Джо порядочный парень, и он бы хорошо о тебе заботился. Может, он и не твой единственный и неповторимый, но никогда не довольствуйся малым, ладно? Ты лучше этого.

Я тыкаю его в бок, когда он быстро обнимает меня, доставая свой бумажник, чтобы вытащить десятидолларовую купюру. Это небольшая сумма, но ему всегда нравится что-то мне оставлять. И к слову, это мне очень поможет. Скоро должен прийти счёт за электричество, а мне всё ещё не хватает.

— Тебе не нужно платить мне, — напоминаю я ему. — Ты всегда меня подвозишь. Это я должна платить тебе за бензин.

Блейк закатывает глаза.

— Я не могу позволить тебе сесть за руль, — говорит он, его голос мягкий с намёком на юмор. — Ты знаешь, как я отношусь к женщинам за рулём. И не только это, ты знатно занижаешь расценки. В городе стрижка обходится мне в два раза дороже.

— Ого, ты почти вышел за дверь и не облажался, — говорю я, показывая ему средний палец.

Он смеется и, салютуя мне, закрывает за собой дверь.

Ага.

Я дружу с Блейком уже почти год, но он все равно умудряется меня удивить.

***

Я решаю выпить еще пива, после того как подметаю волосы после стрижки, а затем собираюсь принять душ, чтобы смыть с себя дневную усталость. После душа я переодеваюсь в спортивные брюки обычную хлопковую майку. Я не шутила, когда говорила, что хочу расслабиться. Даже моя швейная машинка не искушает меня в этот момент...

Голодная, я открываю холодильник, чтобы разобраться с едой, и мне смешно от того, что он забит пивом под завязку. Так было всегда, несмотря на мою бедность — еще один признак того, что у меня есть хорошие друзья. Мое квартира — самое удобное место для наших встреч, и я давно поняла, что несколько сортов ячменного пива имеют тенденцию восполняться с течением времени. Я не могу вспомнить, когда в последний раз мне приходилось действительно покупать алкоголь, что чертовски хорошо, потому что я также не могу вспомнить, когда в последний раз я могла себе это позволить.

Двадцать минут спустя я заканчиваю свой ужин с макаронами и сыром (только самое лучшего в этом доме!), чувствуя приятную расслабленность. На часах почти восемь тридцать, и солнце уже зашло за холмы. Еще довольно светло, но когда ты живешь внизу долины, прямые солнечные лучи, к сожалению, ограничены...

Как и в большинство других вечеров, я решаю выбраться на крышу соседнего дома. Схватив с собой одеяло, я расстилаю его и, устроившись на нем, закрываю глаза, чтобы обдумать ситуацию с мамой.

Неужели она действительно оставит его?

Мысль волнует и пугает меня. Годами я жила в ярости из-за всего, что она сделала, разрушая мою жизнь. Я не могла сосчитать, сколько раз я плакала, а сильные, закаленные работой руки Реджины, обнимали меня. Постепенно все поменялось... Не скажу, что простила маму, но злоба проходит. В прошлом году я приняла осознанное решение начать потихоньку ее отпускать. Иногда мне удается это сделать, иногда нет.

Но, может быть, в этот раз всё будет по-другому. Могу ли я позволить себе надеяться? Хотя-бы немного?

— Так который из них?

Я резко дергаюсь, из меня вырывается крик. Пак Редхаус сидит прямо передо мной, скрестив руки на груди и пристально наблюдая за мной.

— Извини?

— С кем из них ты трахаешься? — спрашивает он резко, будто выплевывая слова. — Сначала я вижу, как ты развлекаешься с Блейком Карвером. Затем — с Коллинзом. Теперь Блейк уходит от тебя полуголым. Твоя подружка Даниэль знает, что ты за «друг»?

Мои глаза сужаются, когда значение его слов доходит до меня. Я открываю рот, чтобы начать отрицать, будто между мной и Блейком что-то есть, а затем замолкаю, потому что, чёрт возьми, я не должна оправдываться перед Паком Редхаусом!

— Что, не можешь придумать оправдания? — спрашивает он тихим голосом.

— Что именно я должна сказать? Что я шлюха, которая спит со всем, что движется? Немного лицемерно, не считаешь?

Это поражает его. Достаточно справедливо, но мне становится страшно. «Это проблема из-за алкоголя, дорогуша», — замечает мой инстинкт самосохранения. — «Не раздражай этого грозного парня, чёрт возьми»!

— Полагаю, я это заслужил, — неохотно признает он после долгой паузы. — Это не моё дело, с кем ты спишь.

Стоит мне сказать лишь одно слово, и он тут же сделает это своим делом. Он ясно дал мне это понять вчера вечером, и теперь это напряжение висит между нами, такое плотное, что я едва могу дышать. Наступает неловкая тишина. Я бросаю взгляд на своё открытое окно, задаваясь вопросом, смогу ли проскользнуть в него. И тут я понимаю, что Пак, должно быть, видел меня с Блейком — шторы полностью открывают вид из окон.

Я слишком привыкла к тому, что здесь никто не живет.

— Не стесняйся, можешь идти и прятаться, если испугалась меня, — замечает Пак.