— Мне раньше хотелось, чтобы они держались порознь, — говорит он. — А теперь я хочу, чтобы они снова были вместе.

— Почему?

— Думаю, они нуждаются друг в друге. — Шон смотрит на меня, как будто только что осознал, что разговаривает с другим человеком, а не с самим собой, а потом выдыхает и снова смотрит через двор. — Не думаю, что они нуждались друг в друге раньше, но… не знаю. Как будто никто из нас не понимал, что он наполовину человек, пока не появилась она. Даже он сам.

— Может быть, это справедливо для всех, — говорю я, едва замечая онемение в пальцах ног, потому что слишком потерялась в этом моменте. Мне понадобилось бы десять секунд, чтобы достать носки и ботинки, но я не хочу терять эти десять секунд с Шоном.

Он долго молчит. Долго. А потом смотрит на меня, и его зеленые глаза заставляют мое сердце биться быстрее, как всегда.

— Ты в это веришь?

Я пожимаю плечами.

— Не знаю. Может быть.

— Ты наполовину человек?

Я чувствую, что могу найти ответ в глубине его глаз…

— А ты? — спрашиваю я, останавливая себя от поисков.

— Откуда мне знать?

— Полагаю ни откуда.

У тишины нет ответов, как и у лучей, поднимающихся из-за горизонта. Синие, розовые, пурпурные. Мы с Шоном сидим там и с удовольствием наблюдаем, как они танцуют.

— Значит ты никогда раньше не был влюблен? — спрашиваю я в воздух между нами.

Не знаю, зачем мне это знать, но сидя здесь, на крыше, когда солнце садится только для нас, я хочу знать.

— Нет. — Его ответ приходит быстро. Он даже не смотрит на меня.

— Ни разу?

Когда он, наконец, смотрит на меня, я почти жалею, что спросила.

— А ты?

Я отвожу взгляд, не давая себе времени подумать об этом.

— Нет.

— Никаких бойфрендов? У тебя наверняка были бойфренды…

— Конечно, у меня были бойфренды, — усмехаюсь я. Все еще сидя в позе гуру, я пытаюсь спрятать ноги в складках коленей, чтобы согреть их, и с треском проваливаюсь. — Просто никогда никого из них не любила, — говорю я, пытаясь засунуть ногу в противоположную штанину джинсов. — Хочешь, расскажу тебе о каждом из них? Потому что я могу…

— Нет, — перебивает Шон, подскакивая и дергая меня за перекрещенные ноги, пока я почти не опрокидываюсь назад. Мои ноги оказываются у него на коленях, и я хватаю его за плечи для равновесия, когда он обхватывает теплыми пальцами мои пальцы. Внезапно мы оказываемся в нескольких дюймах друг от друга, и когда Шон поворачивает ко мне лицом, мне некуда бежать, негде спрятаться. — Поверь мне, — говорит он, — я действительно не хочу этого знать.