Я понятия не имела, как долго мы шли так — гуськом, шаг за шагом. Разговаривать было невозможно из-за безжалостного буйства белой воды, которая текла всего в метре ниже нашего следа, но через некоторое время я оцепенела. Я начала фантазировать о возвращении в Род-Айленд с Малачи, о том, что мы могли бы сделать, если бы у нас был шанс выжить. У нас никогда не было шанса, даже близко, и я хотела иметь будущее. Для нас обоих. Мне хотелось взять его с собой на пляж и поваляться с ним на песке. Я хотела купить ему свежий лимонад и посмотреть на его лицо, когда терпкая сладость коснётся его языка. Я хотела поцеловать его под дождём. Так много нормальных, скучных, идеальных моментов. Только если...

Всё произошло очень быстро. Нога Анны поскользнулась на гладком камне, когда мы достигли поворота туннеля, и она с криком плюхнулась в поток. Через полсекунды её пальцы сомкнулись на зазубренных камнях, и река сделала всё возможное, чтобы утащить её прочь. Мы с Тресой потянулись за ней, но Такеши опередил нас. Крепкими руками, он схватил её. Лицо Анны превратилось в маску страха, рот открылся в беззвучном крике.

— Постарайся найти точку опоры! — крикнул Такеши.

Она покачала головой, но я заметила какое-то движение под водой. Она пыталась. Малачи обнял меня за талию, чтобы я не упала, а я схватила её за рукав и попыталась помочь Такеши вытащить её из потока. Сантиметр за сантиметром мы вытаскивали её из воды, и Такеши улыбнулся, когда она схватила его за тунику на груди.

— С тобой всё в порядке, — громко сказал он.

Её пальцы крепче сжали его рубашку, когда она выбралась на неровную тропу. Но тут её колено соскользнуло, и рука дёрнулась вниз. Такеши рванул вперёд и попытался удержаться, но его ладони скользнули по скользким камням.

А потом он оказался в воде. Мы с Малачи поймали Анну, когда она попыталась нырнуть за ним, а Треса пригнулась и потянулась к рукам Такеши, которыми он цеплялся за мокрый камень. Через мгновение, застывшее во времени, он поднял голову и посмотрел на Анну. Он открыл рот, как будто хотел что-то сказать, но у реки были другие мысли. Она оторвала его от скалистого берега и заключила в свои белые объятия.

Через несколько секунд он исчез.