ГЛАВА 31

Спустя несколько часов я вошла в школу с мрачным чувством целеустремленности. Первые утренние часы я провела в планировании нашей стратегии с Малачи и Генри в доме Стражей, и ещё несколько украденных минут мы целовалась с Малачи, как только Генри ушёл, решив воспользоваться шансом отдохнуть.

Малачи с Генри уехали пораньше, чтобы понаблюдать за школой, посмотреть, не появится ли Джури, но Эван Кросьер приехал на стоянку один. Когда прозвенел первый звонок, а Джури нигде не было видно, мы приступили к осуществлению нашего плана. Я ожидала увидеть Малачи за обедом, но когда я вошла в класс по математике, он уже был там, выглядя уверенным и великолепным, обнимая девушку, которая была с Джури в наркопритоне прошлой ночью. У неё были длинные прямые каштановые волосы и крючковатый нос. Её одежда была чистой, она выглядела более ухоженной, чем большинство Мазикинов, которых я видела. Но, с другой стороны, и Джури тоже. Ногти у неё были длинные, но накрашены голубым цветом. Её глаза были полны голода и ненависти, когда она подняла голову и посмотрела на меня.

— На что пялишься? — резко спросила она.

Малачи крепче сжал девушку, и она улыбнулась.

Когда я опустилась на своё место, он одарил меня холодной ухмылкой, от которой у меня по спине пробежал холодок. Когда я услышала, как он что-то шепчет девушке и её тихое, восхищённое дыхание позади меня, я заставила себя не оборачиваться и не ткнуть её карандашом — и я пообещала себе, что позже позволю ему загладить свою вину. Но когда я услышала её низкое странное мурлыканье — звук, который не издал бы ни один человек — моя ревность исчезла.

Он заставил её раскрыть, кто она.

Я просидела весь урок, надеясь, что он не позволит Мазикину, сидящей прямо за моей спиной, причинить мне боль. Он прикрывал мне спину, даже притворяясь врагом. Большую часть времени я прислушивалась к его движениям и дыханию, нежели к учителю. Когда прозвенел звонок, я быстро встала и повернулась к ним. Она уже стояла рядом с его столом, запустив руки в его волосы, а он положил их ей на бёдра. Он искоса взглянул на меня и приподнял бровь.

— Увидимся за обедом, — сказал он мне, а затем скользнул пальцами вниз по ноге девушки.

Лейни, с которой он расстался на выпускном вечере, стояла в конце класса и выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Мне хотелось сделать то же самое, но я направила эту боль на то, чтобы выйти из класса. Устроить отменное шоу для тех, кому это было интересно. Два часа спустя я направилась в переполненный кафетерий. Йен, Тиган, Лейни, Джиллиан, Леви и Алексис — её нога была в гипсе, — сидели за своим обычным столом, который казался намного больше, так как многие из наших друзей были убиты или ранены. Йен уставился на меня, возможно, задаваясь вопросом, собираюсь ли я присоединиться к ним, а возможно и думал над тем, пойду ли я на парковку и поем там, где мы разделили несколько импровизированных пикников, когда мы оба пытались убежать от нашего горя.

Тиган была менее деликатна, помахав мне рукой, но я направилась к столику в дальнем конце помещения. Малачи был там, в окружении учеников. Семеро подростков сидели либо на столе, либо вокруг него. Девушка "Недоинтеграл" сидела у него на коленях, а Эван Крочьер развалился рядом с ними, водя пальцами вверх и вниз по её спине. Его длинные, тощие ноги были вытянуты перед ним, на нём были мешковатые джинсы с множеством карманов, где, как я всегда предполагала, он прятал свою травку. Но даже при том, что он выглядел как придурок, его движения теперь были чисто звериными, и это напомнило мне кое-что из того, что я видела на улицах в городе Мазикинов. Я узнала четверых парней за столом, которые были в том доме прошлой ночью, и двое выглядели очень напряжёнными: налитые кровью глаза, сальные волосы. Были ли все они Мазикиными? Неужели у нас осталось всего семеро из одиннадцати? Надежда ускорила мои шаги.

— Лила, — позвала Тиган, как раз в тот момент, когда Малачи оттолкнул от себя девушку "Недоинтеграл" и встал, его глаза сфокусировались на мне.

Он скривил губы, поманив меня вперёд, жест был настолько повелительным, что, клянусь, половина кафетерия уставилась на него. Наверное, большинство девушек хотели, чтобы он смотрел на них, а не на меня.

Я подошла к его столику, моё сердце бешено колотилось.

— Чего надо? — рявкнула я, вкладывая в свой голос раздражение на девушку "Недоинтеграл" и её блуждающие руки.

Малачи окинул меня взглядом, задержавшись на моей груди, от чего у меня запылали щёки. Он откинулся на спинку сиденья.

— Присоединяйся к нам пообедать, — он сверкнул озорной улыбкой. — Я очень голоден.

Все остальные за столом, в том числе и девушка "Недоинтеграл", захихикали. Эван удовлетворённо улыбнулся и освободил мне место.

— Да, Лила, — сказал он, оскалив зубы. — Садись вот сюда. Я хочу, чтобы ты была рядом.

Эван, может быть, и Мазикин сейчас, но существо внутри него сохранило все воспоминания Эвана, включая его сильную ненависть ко мне.

— Не уверена, что хочу сидеть с вами, — сказала я, сморщив нос и встретившись взглядом с каждым из них. — От вас, ребята, воняет.

Парень, сидевший ближе всех ко мне, зарычал глубоко в груди. Малачи усмехнулся.

— Если не посидишь со мной, — сказал он, — я могу заскучать. Интересно, Диана всё ещё спит или уже встала?

Несмотря на то, что мы договорились, что он выскажет эту угрозу, она всё равно отрезонировала во мне яростью. Он произнёс это так холодно, с сияющим нетерпением в глазах, и меня вдруг охватил ужас. А что, если это действительно Джури? Мой взгляд метнулся к его шее, Но девушка "Недоинтеграл" держала руку на этом месте, стоя позади него, а другой рукой она поглаживала его грудь.

— Садись, Лила, — твёрдо сказал он.

"Коренастый" парень с нижним прикусом и плохой кожей схватил меня за запястье и вывернул, но ещё до того, как я успела ударить его, Малачи ткнул его ручкой в лоб и, сделав это достаточно сильно, чтобы оставить опухшую шишку с синим кончиком. Парень взвыл и закрыл лицо руками, в то время как большинство других за столом съёжились, их позы стали настороженными, все глаза были устремлены на Малачи. Он посмотрел на каждого из них по очереди.

— Она моя, — прошипел он, и на его виске запульсировала вена.

Он кашлянул что-то на языке Мазикинов, что заставило всех, кроме двух напряжённых парней, скрестить руки на груди.

Вероятно, он пригрозил им съесть их сердца.

Он взглядом встретился со мной.

— Они не побеспокоят тебя... если я им не скажу, — он протянул руку, приглашая меня сесть. — Я устал ждать, когда ты придёшь ко мне, Лила, — тихо сказал он.

Я вздрогнула. Он говорил в точности как Джури. Я снова взглянула на его шею, но рука девушки "Недоинтеграл" всё ещё была там. Я обошла стол и села рядом с ним, а Эван уселся справа. Ногти у Эвана отросли, и он подпилил их до остроты.

— Мне не терпится посмотреть, что он с тобой сделает, — прошептал Эван, склонившись ближе.

"А мне не терпится посмотреть, что же он сделает с тобой", — подумала я.

— Ну что, не будем ходить вокруг да около и представимся? — предложила я. — Потому что я не знаю всех ваших имён.

Малачи провёл рукой по моим волосам, позволяя своим пальцам погрузиться в мои кудри.

— Ты заставляешь меня смеяться, Лила. Мне так грустно от того, что произойдёт дальше.

В его голосе не было грусти.

— Я думаю, мы переросли нашу потребность в школе, — сказал он беззаботно. — Мы уходим прямо сейчас.

— Что?

Это не входило в план.

— Нам будет веселее в другом месте.

Волнение остальных было ощутимым. Они заёрзали на своих местах, их длинные ногти царапали поверхность стола.

— Но я... — я закрыла рот.

Моя надзирательница будет чертовски рада услышать, что я прогуляла вторую половину дня.

Это был Малачи или Джури? Он встал и повернулся ко мне спиной, а я так и не успела взглянуть на его шею, чтобы убедиться кто есть кто. Он оглянулся через плечо на коренастого парня с красной шишкой на лбу.

— Ты поведёшь.

— Я думал, она за рулём, — ответил парень, глядя на девушку "Недоинтеграл".

— У меня есть для неё другое применение, — мягко сказал Малачи, запустив пальцы в её волосы и притянув к себе. — Помогите Лиле встать со стула, пожалуйста. Лила, пожалуйста, помни, что я без колебаний спущу с Дианы шкуру и заставлю тебя смотреть на это, если ты будешь плохо себя вести.

Двое парней, один из которых напялил кепку "Куахог", чтобы скрыть растрёпанные светлые волосы, набросились на меня, и я была слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться. Наш план состоял в том, чтобы подождать, пойти после школы, но вот мы вышли из школы Варвика в полдень, в окружении семерых подростков, которые были одержимы. Семь мёртвых подростков. Мы прошли через двойные двери, которые вели на студенческую стоянку. Малачи импровизировал, верно? Но если это правда, то почему удивилась только я? Я боролась с желанием оторваться от них и побежать.

Но, с другой стороны, это был лучший шанс, который у меня был, чтобы избавиться от большей части Мазикинов.

Мы направлялись к углу стоянки, когда кто-то выкрикнул моё имя. Я вытянула шею, чтобы увидеть, как Йен бежит к нам, а Тиган в нескольких шагах позади. Её лицо было бледным от беспокойства. Малачи оторвался от девушки "Недоинтеграл" и прошёл мимо Эвана, прорычав что-то на языке Мазикинов, что заставило Эвана обхватить пальцами моё плечо.

— Лила, — позвал Йен. — Эй. Подожди!

Я покачала головой, мои глаза широко распахнулись, когда Малачи шагнул вперёд, навстречу ему. Страх душил меня. Я знала эту походку. Я знала, что каждая его мышца стянута от напряжения.

Йен не замедлил шага. Когда Малачи встал на его пути, Йен завёл кулак. Но когда он рванулся вперёд, Малачи обошёл его и ударил локтем в спину Йена, отчего тот с хрустом рухнул на землю. Тиган закричала. Я чуть было не сделала то же самое, но Эван выбрал именно этот момент, чтобы потащить меня к машине. Я сопротивлялась, когда Малачи упёрся ногой в голову Йена и наклонился, чтобы что-то сказать ему. Пальцы Йена подёргивались. Его глаза были открыты. Он даже не пытался встать.