Ее отстраненный взгляд устремлен в стену. Синяки на ее лице потемнели, окрасив ее нежную кожу в пурпурные и синие кровоподтеки.

- Привет.

Она откидывает голову назад и смотрит на меня.

- Привет.

Мы молчим какое-то время, и мне жаль, что приходится это делать, но между нами встает предыдущая ночь. Я вижу, ей больно, и она все еще напугана. Делайла начинает терзать зубами нижнюю губу и вздрагивает. Свежая кровь появляется из ранки, и я аккуратно стираю ее пальцем.

- Он больше не появится рядом с тобой, Делайла.

Она закрывает глаза, глубоко вздыхая.

- Я не уверена в этом.

- Нет, он не появится, - я четко выговариваю каждое слово, касаясь пальцем ее подбородка и заставляя встретиться со мной взглядом. - Я обещаю.

- Что ты сделал?

Я приподнимаюсь, заставляя ее сесть и позволить мне двигаться. Свесив ноги с кровати, я провожу рукой по волосам.

- Не беспокойся об этом.

- Джудас, что ты сделал? - повторяет она свой вопрос, и я ощущаю касание ее ладони на своей обнаженной спине. Она словно наполнена током, мгновенно заставляет всего лишь прикосновением меня выпрямить спину.

Я смотрю на стены, скользя взглядом по абстрактной картине, которую мне подарил Сейнт, когда я впервые приехал сюда. Он любит эту картину.

- Я не тот, кем ты меня считаешь. - Секреты пролегают между нами, как минное поле. Я хочу рассказать ей все, но она пока не готова. Он вынудил меня это сделать. Делайла может выглядеть, как сломленная, обеспокоенная грешница, но она нормальная девушка с нормальной жизнью. Затем в моей памяти всплывают слова Нейта. «Ты думаешь, она способна что-то заработать для тебя?». Или, возможно, милая Делайла гораздо более испорчена, чем я ее себе представлял.

Ее рука скользит по моей спине.

- Он... - она резко выдыхает. - Нейт что-нибудь сказал? - ее голос дрожит.

Оглянувшись через плечо, я встречаюсь с ней взглядом. Судя по ее глазам и тому, как она беспощадно впивается зубами в свою губу, она напугана. Какое-то время я изучаю ее, наблюдая за ее эмоциями и считывая ее реакции.

- Он знает, да?

- Знает что?

- Твой грех.

Ее глаза закрываются, и она опускает подбородок к груди. Это все, что мне нужно. Он знает. Он знает, а я - нет.

Прислонившись спиной к спинке кровати, я хватаю ее за талию и усаживаю к себе на колени. Она ахает от удивления, упираясь ладошками в мою грудь. Моя футболка задирается, обнажая ее бедра, когда она седлает меня сверху, и мое сердцебиение ускоряется.

- Делайла, тебе пора исповедаться.

- Я не могу.

- Пожалуйста, - я никогда в жизни ничего не просил, но сейчас я нуждаюсь в этом. Мне нужно заполучить ее грех, как воздух.

- Ты возненавидишь меня, Джудас. Ведь я ненавижу себя, - она задыхается от собственных слов.

- Я исповедуюсь тебе, если ты исповедуешься мне, - предлагаю я, и вот она - кульминация того, что должно было занять месяцы по моему первоначальному плану. Оба наших греха раскроют страшную тьму. Я с удовольствием раскрою свой, если она признается мне в своем.

Она опускает голову, и одинокая слезинка цепляется за ее ресницы, прежде чем скользнуть по щеке.

- Это не... это не то же самое.

- Откуда ты знаешь?

- Ты - священник, Джудас. Ты – хороший. А мой грех...

- Во мне нет ничего хорошего, ягненок.

Она дарит мне легкую улыбку.

- Как ты можешь быть плохим? - она протягивает руку и легким касанием пальцев поглаживает мои губы. - Это просто невозможно.

- Откуда тебе знать, милая Делайла, - я склоняюсь ближе к ней, прикусывая мочку ее уха, - ибо даже Сатана скрывается под обличьем ангела света.