Тем не менее, он кивнул им обоим, крепко обняв Рокки за напряженные плечи, пока ее пальцы впивались ему в талию, приветствуя: «Габби, Стью», ни один из них не ответил на его приветствие, поэтому Лейн провел Рокки мимо них.

— Все хорошо, — заверил ее Лейн.

— Все совсем не хорошо! — прошипела она. — Ты видел Джози?

Лейн почувствовал, как его брови сошлись на переносице.

— Джози?

— Джози, Лейн, Джози Брэнд, теперь Джози Джадд!

— Жену Чипа? — спросил Лейн.

— Ага, — отрезала она. — Жену Чипа и мою лучшую подругу. Мою лучшую подругу, которой я не позвонила и не сообщила, что решила начать все сначала со своим бывшим бойфрендом!

Господи, и это все?

Лейн усмехнулся.

— Она переживет.

Рокки вскинула руки вверх и чуть не уронила крышку от стаканчика вместе с хот-догом.

— Ты, очевидно, не знаешь Джози.

Он знал Джози Брэнд, но, насколько ему было известно, не видел ее больше двенадцати лет.

— Свитчикс, успокойся.

Она наклонилась ближе.

— Если ты назовешь меня свитчикс в присутствии кого-нибудь из моих учеников…

Как и накануне в отделении полиции, он обхватил ее за шею и рывком притянул к себе, обе ее руки разлетелись в стороны, чтобы он не смог раздавить ее малокалорийный ужин. На этот раз, вместо того чтобы подойти к нему, она стояла прямо перед ним, и это было лучше. Гораздо лучше.

Он приблизил свое лицо к ней.

— Детка, я не буду называть тебя сладкой попкой в присутствии твоих учеников.

— И не целуй меня, — прошипела она. — Я давно не перечитывала свой контракт, но, по-моему, в нем есть пункт — я не могу целоваться с очень горячим частным детективом на футбольных матчах или во время любой другой игры школы.

Его тело замерло, голова попыталась, но не смогла разобраться в том, что он так чертовски здорово почувствовал, она назвала его «очень горячим частным детективом», в этот же момент ему хотелось расхохотаться с немалой долей отчаяния.

Но он просто пошутил:

— Хорошо, что они предусмотрительно включили этот пункт в твой контракт.

— Я не шучу, Лейн, — предупредила она.

— Конечно, не шутишь, Ракель, — ответил он.

Услышав его слова, она опустила взгляд, который, к несчастью для нее, Лейн посчитал слишком милым.

Поэтому спросил:

— А в твоем контракте сказано, что ты не можешь целоваться, но значит ли это, что я не могу поцеловать тебя в шею?

— Да! — прошипела она.

— В лобик? — продолжал он.

— Да! — Ее голос повысился.

— В носик?

— Лейн, это не смешно.

Он улыбнулся.

— Опять ошибаешься, сладкая попка.

— Еще две секунды, и я вылью тебе на голову ледяную колу, — пригрозила она.

Она этого не сделает. Она угрожала всегда диким возмездием, но никогда не осуществляла. Их ссоры могли иногда принимать физический характер, но только в хорошем смысле. Однажды она случайно обрызгала его футболку кетчупом, но только потому, что кричала на него, держа в руках бутылку кетчупа, одновременно жестикулируя, и получилось все случайно. Но выражение ее лица после того, как она увидела, что натворила, заставило его так сильно смеяться, что у него чуть ли не начал болеть живот, Рокки потом тоже засмеялась, глядя на него, а потом они трахались на кухонном столе, и во время секса, он измазал ее футболку кетчупом, прислонившись к ней.

Это воспоминание, когда она прижималась к нему грудью, отрезвило его, поэтому он еще ближе наклонил голову и прошептал:

— Все будет хорошо, Рок, клянусь.

Она долго смотрела ему в глаза, потом кивнула.

Он отпустил ее, но продолжал обнимать за шею, когда вел к своим парням. Колту, лучшему другу Колта Морри, совладельцу местного бара «Джей энд Джей Салун», к жене Колта Феб, Лорену Смитфилду — местного дамского угодника, который оставался дамским угодником, даже когда был юридически связан с одной дамой (а он был женат трижды), приличный парень на вид, но настоящая задница, к Рикки Сильвестри, который владел большинством автосалонов в округе и который славился тем, что трахал мозги своей жене так, что она развелась с ним, но он так же славился и тем, что все еще любил ее, пытался вернуть. В чем впечатляюще не преуспел, Лэйн считал его порядочным парнем, который заплатил наказание за очень плохую ошибку, к Джо Каллахану, соседу Колта через дорогу, известного, очень уважаемого специалиста по безопасности, серьезного задиру и мужчину, которого Лэйн чертовски надеялся, Джаспер не разозлит, когда в конце концов начнет встречаться с падчерицей Кэла.

Они приблизились, парни заулыбались Рокки, все дружелюбно, кроме Смитфилда, его улыбка была откровенной, заставив Лейна приложить некоторое усилие и не вонзить зубы в горло Смитфилда, затем они сели на свои места. Рокки принялась есть хот-дог, а его взгляд упал на поле.

Джаспер был новичком с середины своего первого сезона. В этом Бурге — приюте всех видов спорта, но особенно футбола, поскольку за последние два десятилетия команда девять раз ездила в штат и выигрывала там, встречалось крайне редко, чтобы ребенок попал в школьную команду в одиннадцатом классе, но Джаспер попал, играя в полную силу. В данный момент он играл третьим крайним от центра в линии нападения, атакую полузащитника, показывая все свои таланты, и Лэйн чертовски надеялся, что кто-нибудь заметит его парня, потому что оценки Джаса, черт возьми, не способствовали его поступлению в колледж.

Трипп удивил его, последовав по стопам брата. Его тоже приняли в команду, хотя он был в девятом классе. Лэйн знал, что его сын хорош, видел его игру в средней школе и раньше, и Трипп всегда так ярко сиял на поле, что других игроков просто не существовало. Но раньше он играл со своими одногодками, поэтому Лейн решил, что старшеклассники просто сожрут его младшего сына.

Но такого не случилось. Трипп становился совсем другим Триппом на футбольном поле. Будучи еще не таким высоким, как его брат, но более быстрый, проворный и спокойный, как лед. Он был в качестве переднего бегущего, принимающего, и когда был на поле, его внимание было настолько сосредоточено на игре, что становилось ясно, мир за пределами этих ста ярдов для него не существовал.

Если Трипп вытянется и наберет в весе, что произойдет к следующему учебному году, ему придется взять на себя другие функции в команде. На данный момент он был принимающим, что было совсем неудачно для него. Сын тренера Адриана Косгроува был старшеклассником, тоже принимающим, но без таланта. Трипп почти не играл, потому что Косгроув хотел, чтобы все любовались его сыном. Лейн подозревал, что это будет выглядеть смешно, потому что всякий раз, когда Трипп был в игре, становилось ясно, что он мог кругами бегать вокруг сына Косгроува. Бешеные фанаты «Бульдогов» жили и дышали футболом, им было совершенно наплевать на сына Косгроува, им важна была только победа, поэтому они не собирались долго мириться с семейственностью на поле. Косгроува не любили еще и потому, что с тех пор, как три года назад он стал из помощника тренера главным тренером, очень давно хотел получить эту должность, «Догс» не вышли в региональный тур. Из-за этого поползли неприятные слухи о характере Косгроува. Лэйн не знал правдивы ли были слухи, ни Джаспер, ни Трипп не жаловались, что, по мнению Лэйна, было еще одним пунктом будущей повестки дня для разговора за завтраком.

К сожалению, все стало очевидно во второй четверти игры, когда сын Косгроува ушел с поля, и тренер поставил Триппа, чем Косгроув вызвал проходную игру. Если он хотел, чтобы его сын блистал, это было глупое решение, потому что Трипп был чертовски хорош, и когда сына Лейна не было на поле, игра становилась настоящим трешем. Даже если принимающий был открыт, каждый длинный пас, брошенный сыну Косгроува, был не пойман, даже дважды перехвачен. Единственные пойманные пасы были короткими, пойманными и запущенными Джаспером.

Поэтому, когда мяч был введен в игру, Трипп помчался вперед, открылся в течение нескольких секунд, квотербек под некоторым давлением, отпустил его. Мяч был брошен высоко, но Трипп подпрыгнул, по крайней мере, на три фута в воздух, вытянув руку до максимума, потянув чертовый мяч вниз кончиками пальцев. Поймал, прижал мяч к себе, наклонил голову, отразил два удара и пробежал сорок три ярда до приземления.

Толпа пришла в неистовство, все до единого на пурпурно-белой стороне, включая Рокки рядом с ним. Подняв руки вверх, она подпрыгивала в своих шикарных сапогах, ее хвостик дико раскачивался прямо перед его лицом, кричала во все горло, без единого намека на приличия, которые учитель английской литературы средней школы должен демонстрировать на школьном мероприятии.

— Вот так, Трипп! — кричала она, когда Трипп выбежал с поля прямо перед ними, дергая ремни своего щитка, он услышал Рокки и перевел взгляд за трибуну. — Ты — супер! — крикнула она, указывая на него.

Таково было его преклонение перед Рокки, в кои-то веки напряженность Триппа спала, он ухмыльнулся ей через защитную маску, но его раздраженно шлепнул по шлему тренер Косгроув, отчего голова Триппа неестественно дернулась набок, да с такой силой, что шлем Триппа упал с головы. Затем Косгроув толкнул Триппа в наплечник один раз, два, три, и, наконец, Трипп начал отступать, не в силах устоять под очевидной силой ударов, когда Косгроув ударил его в четвертый, пятый и шестой раз, затем остановился.

— Все внимание должно быть на игру, Лейн! — громко проревел Косгроув.

Толпа, увидев это, притихла, Рокки застыла, как статуя, перед Лейном, но Лейн этого не заметил. Его зрение затуманилось, тело напряглось, кулаки сжались, во рту пересохло.

— Таннер, — пробормотал Колт, и Лейн почувствовал, что он готов выпустить все свое дерьмо.

Рокки, услышав Колта, зашевелилась, ее плечо коснулось груди Лейна, когда она повернулась к нему, но его глаза были прикованы к сыну, стоящему на боковой линии. Трипп смотрел на свои бутсы, пока Косгроув, стоя рядом, что-то кричал ему на ухо, брызгая слюной.