Рокки напряглась и лаконично ответила:

— Конечно.

Лейн зашевелился на кровати, увлекая ее за собой и перекатывая их обоих на бок, чтобы они оказались лицом к лицу, но его рука так и осталась у нее на заднице, и он сжал ее, пробормотав:

— Просто хочу еще раз убедиться, что ты останешься моей хорошей девочкой.

Он почувствовал, как ее тело слегка вздрогнуло, потом расслабилось, она поцеловала его в шею.

— Я все еще твоя хорошая девочка, — прошептала она ему в шею.

— Хорошо, — прошептал он в ответ.

Ее лицо оторвалось от его шеи, голова опустилась на подушку.

— Разве этого недостаточно? — поинтересовалась она. — Кража личных данных — это плохо, даже если люди мертвы. Разве ты не можешь передать все это Мерри, чтобы отвести девушек из школы подальше от него?

— Да, — ответил Лейн.

— Ты сделаешь?

— Ага, Мерри или Колту, или Салли, или Майку, кто будет на месте.

— Отлично, — тихо ответила она.

— С этим есть одна проблемка, сладкие щечки, — произнес Лейн.

— Какая?

— Во всем этом есть что-то большее, чего мы не знаем. У них до хрена денег в банке, они живут на широкую ногу, у нее хорошая машина, ей меньше года, лучшая в линейке этой модели. Либо она во что-то вляпалась, либо у них полно денег.

— И что?

— Итак, если вырос сорняк, никто не отрывает у него только листья, а вырывает с корнем. Моя интуиция подсказывает, что их дергает за ниточки большой человек, и этот человек должен вместе с ними получить по заслугам, чтобы прекратить это дерьмо не только у нас в городе, но и в других тоже.

— Но девочки...

— Я позабочусь о девочках, — заверил ее Лейн.

— Как?

— У таких людей, как Гейнс, существует всего лишь одна приверженность, не главному начальнику, даже не деньгам, а самим себе. Если они поймут, что им пришел п*здец, они вынуждены будут вступить в игру, потому что наши действия угрожают их шкуре.

— Я не поняла.

— Мы их обратим в другую веру.

— Лейн, я не понимаю...

— Мы поймаем их и заставим пойти на сделку. В обмен на сокращение срока тюремного заключения они выдают нам имя своего босса и прекращают это дерьмо с девушками.

Она помолчала секунду, потом сказала:

— О.

Затем стала делиться своими новостями.

— Ходят слухи, что Сет пригласит Алексис Макгроу на пиццу завтра после игры.

Лейн усмехнулся.

Рокки продолжила:

— И, по слухам, сегодня вечером посещаемость молодежной группы резко возросла. Стало жарко, самое время пойти и посмотреть, чем там занимаются мальчики Лейн. По-видимому, Джаспер, Сет и их друг Митч не разочаровали, а Ти Джей-слэш-Бакстер был настолько занят, пытаясь объяснить, как могли существовать динозавры и Адам и Ева. Не говоря уже о том, что с тех пор, как у него на посиделках стала присутствовать чуть ли не половина футбольной команды, то молодежная группа становится горячей точкой, где можно посмотреть на школьных футбольных звезд, быть замеченным и подцепить цыпочек. Мне казалось, что собрание молодежной группы в среду было одновременно и Клубом Одиноких девиц и философскими дебатами о религии, у Ти Джея-слэш-Бакстера не хватало аргументов, чтобы справиться со всем этим.

Ухмылка Лейна превратилась в улыбку. Он сам видел, сколько школьников вышло из церкви, не шестьдесят, а скорее восемьдесят или больше. Результат работы Джаспера, и это было хорошо. Отчасти раньше преимущество Гейнса состояло в том, что опасения по поводу молодежной группы высказывались шепотом и никаких действий не предпринималось. Чем больше внимания уделялось молодежной группе, тем больше родителей начинало приходить в себя, задаваясь вопросом, не шепотом, особенно когда Христианская молодежная группа превратилась в Клуб одиноких девиц подростков с возможностью пошалить. Теперь Гейнсу-слеш-Бакстеру было трудно контактировать с молодыми девушками для своих целей, потому что они больше интересовались парнями из футбольной команды, следовательно, внимание девушек было рассеянным на вопросах о креационизме, на которые у Гейнса скорее всего не было ответов, особенно, если учесть, что рассерженные родители стали дышать ему в затылок.

— Райкер наблюдает за квартирой Бакстера, — произнес Лейн. — Посмотрим, как у него получится, возможно он сообщит мне время, когда я смогу туда попасть. Я сниму отпечатки, попрошу кого-нибудь в участке проверить их. — Он обнял ее и пробормотал: — Это скоро закончится, детка.

Рокки зарыла лицо ему в грудь, пробормотав в ответ:

— Я очень надеюсь, Лейн.

— Так и будет. Клянусь, — пообещал он.

Она не ответила, и Лейн уже собирался перевернуться на спину, чтобы она могла своим телом прижать его к кровати, но она тихо позвала:

— Лейн?

— Да, сладкая попка.

Он услышал, как ее волосы зашелестели по подушке.

— В твоих снах... — начала она, а затем замолчала.

— Что? — подсказал он.

— Ты сказал, что там хорошо?

Лейн понял к чему она клонит и куда это приведет, поэтому ухмыльнулся.

— Да, там все хорошо.

— Чем... — она сделала паузу, — чем мы там занимаемся?

Лейн не колебался. Он перекатился на нее так, что оказался сверху.

— Лейн?

Он нашел ее губы своими.

— Покажу тебе, — пробормотал он, его руки скользнули по ее ребрам, потянув за футболку, она подняла руки, он снял футболку и отбросил в сторону. Затем его губы вернулись к ее губам. — Держись за спинку изголовья кровати, не отпускай.

— Что? — выдохнула она.

— Держись за спинку изголовья кровати и не отпускай, несмотря ни на что.

— Несмотря ни на что?!

— Несмотря ни на что. Обещаешь.

— Лейн.

С придыханием. Красиво. Господи, он только что кончил, а его член уже опять начал твердеть.

— Руки на спинку, детка, держись за нее, несмотря ни на что. — Она колебалась всего секунду, потом заторопилась, подняла руки, ухватилась за спинку кровати. — Вот это моя хорошая девочка, — пробормотал он ей в губы. — Обещай держаться за нее.

— Обещаю, — прошептала она, и он ее поцеловал.

Затем Лейн насладился лучшим из обоих миров одновременно.

И это было невероятно классно.

21

Не умирай

Она прижалась к нему, он почувствовал, как она заскользила по нему вверх, и обе его руки обняли ее.

Он повернул голову как раз вовремя, ее губы коснулись его губ.

Но она не поцеловала его.

Вместо этого прошептала:

— Это начало.

Его глаза открылись, глядя в ее глаза.

— Да, детка, — прошептал он в ответ и увидел, как ее глаза потемнели, в них перемешивался печаль и страх, прежде чем она продолжила:

— Начало конца.

Затем его руки опустели.

Она исчезла.

* * *

Глаза Лейна открылись, напряглись, он уставился в потолок.

Рокки крепко спала рядом с ним, ее рука тяжелым грузом лежала у него на животе, ее колено было согнуто, прижавшись к его бедру, он чувствовал ее волосы на своей груди.

Это был сон.

— Боже, — прошептал он, скользнув рукой вверх по ее спине, запустив пальцы в ее густые, мягкие волосы.

Она не проснулась, даже не пошевелилась, не издала ни звука. Она спала.

Он повернул голову и посмотрел на часы. Было 6:29. На этот раз она не разбудила его.

Он все еще смотрел на часы, когда цифры сменились и раздался громкий звонок. Тело Рокки вздрогнуло, затем она приподнялась на локте, другой рукой убрала волосы с лица.

— Будильник, — прошептала она в темноту спальни. — Господи, я и забыла, как звонит твой будильник. — Затем она плюхнулась обратно, приземлившись ему на грудь, ее рука снова обхватила его и крепко сжала, Лейн потянулся, чтобы нажать на кнопку и выключить будильник. — Мы можем еще вздремнуть?

Вместо этого Лейн нажал на кнопку повтора, звонок умолк, и он ответил:

— Да, детка, когда тебе нужно вставать?

— Без пятнадцати, — пробормотала она, прижимаясь к нему.

Лейн был удивлен; она всегда рано вставала, учитывая, что ей требовалась целая вечность, чтобы подготовить себя к школе. Может сегодня у нее нет первого урока.

— Без четверти семь? — спросил он просто, чтобы убедиться в своих мыслях.

— Шесть, — пробормотала она.

— Детка, уже шесть тридцать, — ответил он, и она сначала напряглась, потом приподнялась на локте, посмотрела на часы.

— Черт! — прошипела она, откинула одеяло и выпорхнула из постели. — Черт! — повторила она, огибая кровать.

— Рок, — позвал он, пока она неслась по комнате в ванную.

— Я опаздываю! — только и крикнула она, в ванной зажегся свет, и она исчезла за дверью.

Лейн не пошевелился. Он лежал в постели, пытаясь стряхнуть с себя неприятный сон.

Ничего страшного, уговаривал он себе. Просто сон. Неудивительно, что приснился такой сон. Все было хорошо, Рокки вернулась к нему, он счастлив, но такое было и раньше, восемнадцать лет назад, а потом пошло все наперекосяк. Он подсознательно это чувствовал причем так же хорошо, как и осознанно. И это было связано с ее мыслями, до чего он не мог докопаться. Он должен был найти способ разобраться в ее поступках, а до тех пор ему оставалось только смириться.

Он поднялся с постели, натянул пижамные штаны, когда не услышал шума воды в ванной, направившись в ту сторону.

Рокки была в его футболке, волосы собраны в беспорядочный узел на макушке, она стояла перед его раковиной и чистила зубы.

Он прислонился к дверному проему арки, она выгнула шею, встретившись с ним глазами.

— Сделай мне одолжение, — попросил он, ее брови поползли вверх, но она продолжала чистить зубы, поэтому он продолжил. — Целуй меня, когда покидаешь мою постель.

Она вынула зубную щетку изо рта, ее брови сошлись на переносице.

— Что? Почему? — спросила с полным ртом пены.

— Просто сделай мне это одолжение, — ответил он.

Она секунду смотрела на него, наклонилась к раковине и выплюнула, затем снова посмотрела на него.

— Ты в порядке?

Он честно ответил:

— Сегодня мой сон был не таким уж хорошим.

Лейн видел, как краска немного отхлынула от ее лица.

— Что? Почему?

— Мой сон о тебе сегодня был не таким уж радужным.

Ее пристальный взгляд не отрывался от него в течение трех ударов сердца, затем она повернулась, наклонилась к крану, прополоскала рот, выключила воду, схватила полотенце с держателя. Вытерла губы, затем руку, и подошла к нему. Она положила руку ему на грудь.