Глава 43

- Я хочу пойти работать, - однажды заявила Смит. Она сидела перед зеркалом и расчёсывала волосы.  

- Зачем, Эла? – недоумённо спросил Дункан. Его рука замерла на пряжке ремня брюк, которые он намеревался снять. – У меня неплохая пенсия, и я устроился в полицию. Тебе нужны деньги? Я дам их тебе.

- За что? За постель? – усмехнулась Анжела. - Я не хочу чувствовать себя проституткой, мистер Сазерленд.  Я вам очень благодарна, но…

- Погоди… - мужчина поднял руку, прося брюнетку замолчать. – Не нужно так плохо думать обо мне.  Я думал нанять домработницу. Но если ты чувствуешь себя обязанной мне, то лучше ты будешь заниматься домашними делами.  Что скажешь?

Анжела вздохнула. Она и без этого уже обстирывала Сазерленда и готовила в этом доме.  А теперь мужчина предлагал ей за это деньги.

Роберту было уже десять. И он был не по годам умным мальчиком. Он понимал, что-то то не так в отношениях его мамы и мистера Сазерленда, но боялся спросить. И ещё он боялся самого мужчину.

По ночам, когда он ложился спать в своей комнате, он обнимал мишку, подаренного Катрин и мечтал, что блондинка их рано или поздно найдёт. Это произойдёт каким-то волшебным образом. Ведь она не знает, где они сейчас, а мама не сказала Рути, куда они направляются.

Март 1955 год.

Трумэн вошёл в кафе и сразу его увидел. Последний раз они виделись до войны, но Граффад почти не изменился. У него лишь появились морщины и виски посеребрила седина. Дэвид тоже узнал Трумэна и помахал ему рукой.

Мужчины обнялись.

Пару месяцев назад, примерно после нового года, Уэйн в книжном магазине наткнулся на книжку «Реальные истории, рассказанные реальными людьми» за авторством Дэвида Граффада. Он вспомнил, что так звали его друга, с которым он учился в последних классах школы. Но потом их пути разошлись. Трумэн помнил, что мечтой Дэвида, как и его было писательство. Только Граффад хотел быть журналистом, в отличии от Уэйна. Одной из героинь книжки была Анжела Смит. Но судя по интервью, что провёл с ней Граффад, Трумэн вдруг понял, что он знает эту женщину. Не лично, по дневнику. И он помнил, что однажды столкнулся с ней после войны. Трумэн был уверен, что это была именно та самая Анжела. И по иронии судьбы в декабре прошлого года познакомился лично с её сыном.

По адресу редакции мужчина вышел на Дэвида и вот они сидят и пьют эль в пабе Лондона.

- Значит ты воевал? – спросил Граффад.

Уэйн вздохнул и отпил хмельной напиток.

- Я познакомился с Анжелой во время войны. В Берлине, - вдруг сказал Уэйн. – Мой рядовой наткнулся на её дневник в одном из разрушенных домов. Ты даже не знаешь, что она пережила. Всё что она рассказала, это только верхушка айсберга всей её жизни.

- Интересно, что с ней стало? Последний раз, когда я с ней общался, она собиралась покинуть Эдинбург с каким-то отставным военным.

Анжела читала газету, Роберт уже доделал домашнюю работу и читал книжку. Они уже поужинали и теперь наслаждались редкими минутами вместе. Можно было представить, что нет никакого Дункана Сазерленда, а есть только они двое. 

Из радиоприёмника лился лёгкий джаз.

Мистер Сазерленд работал почти каждый день, возвращаясь домой уже после восьми вечера. Вряд ли после работы он сразу шёл домой, так как чаще всего, когда он возвращался, мужчина был немного подшофе.

Вот и сегодня, входная дверь открылась, когда на часах было уже начало девятого вечера. Анжела, ничего не говоря, свернула газету и посмотрев на сына, улыбнувшись сказала:

- Милый, пора спать.

Мальчик кивнул. Он закрыл книжку и подошёл к маме. Смит обняла сына и поцеловав его в щёку, прошептала:

- Спокойной ночи.

Это был своеобразный ритуал.

- Спокойной, - прошептал Роберт и пошёл в свою комнату. А Смит пошла разогревать ужин.

Через несколько минут перед Сазерлендом стояла тарелка с картофельным пюре с подливкой и бараньими потрохами.

Всё время, пока мужчина ел, Смит стояла за его спиной.

Когда он доел, женщина убрала тарелку и почти сразу перед ним оказалась бутылочка с тёмным элем и пепельница.

- Стой, - вдруг приказал Сазерленд, когда Анжела было хотела уйти. Пиво и сигарету он всегда принимал в одиночестве. Брюнетка, чуть нахмурившись, остановилась. Дункан прикурил и выдохнув дым, глотнул пиво. Она почувствовала его руку у себя на коленке. – Расскажи о себе. Я же ничего, по идее о тебе не знаю, - его пальцы слегка ласкали внутреннюю поверхность бедра.

- Что вы хотите знать, мистер Сазерленд? – отрешённым голосом спросила Смит.

- Всё. Откуда ты. Кто отец Роберта, - его рука медленно поднималась выше. – Ты – не британка. Я знаю.

- Зачем вам это, мистер Сазерленд? – воспоминания накатили на молодую женщину и только большим усилием воли она заставила свой голос не дрожать.

Мужчина выдохнул дым чуть в сторону от лица Анжелы и сделал глоток эля.

- Мне просто любопытно. Ты была замужем?

- Нет, - закрыв глаза ответила брюнетка. – У Роберта нет отца. Это всё, что я могу сказать.

Сазерленд встал со стула и, развернув женщину, прижал её к столу. Анжела почувствовала, как начинает набухать его плоть. Дункан снова затянулся, выдохнул дым и глотнул пиво. Свободной рукой он заставил Смит раздвинуть её ноги чуть шире. Его рука опустилась на женскую грудь и сжала.

Как бы эмоционально ей ни были безразличны прикосновения мужчины, тело женщины реагировало на ласки.

Рука мужчины сквозь блузку ласкала одну грудь брюнетки, а губами он целовал другую. Лишь преграда бюстгальтера мешала ему почувствовать плоть.  Член его совсем набух и требовал разрядки. Мужчина оторвался от женской груди и засунув руку в карман, достал презерватив и показав его Анжеле, вложил его ей в руку.

Она не выказала ни малейшего удивления. Несколько кондомов всегда лежали в прикроватной тумбочке, но то, что мужчина носит их с собой, Анжела не знала. Да и что с того? 

Смит расстегнула брюки Сазерленда и, сняв их вместе с его трусами, надела на его член резинку.

Её тело реагировало, но при этом женщина не испытывала никаких эмоций. Сидя на столе, оплетя бёдра мужчины ногами, Анжела закрыла глаза. Она вдруг ясно представила перед своим внутренним взором Кати. Тот раз, когда она первый раз взяла её и с её губ вдруг сорвался стон. Стон наслаждения.

Она застонала и неожиданно почувствовала, как член Сазерленда вошёл в неё ещё глубже. Обняв мужчину за шею, брюнетка чувствовала толчки внутри себя. И да… Как бы не хотела она это признавать, её телу это доставляло удовольствие.

Дункан выкинул презерватив в ведро. Застегнув брюки, взял Смит за руку и повёл в спальню.

Смит, закрыв глаза, позволила мужчине снова овладеть ею, когда всё закончилось, Дункан скатился с неё и пробормотал:

- Мне нужна жена, Эла. 

- Нет, - просто ответила брюнетка через какое-то время. Она не собиралась выходить замуж. Ни за Сазерленда, ни за кого-либо другого.

- Почему? – не понял мужчина.

- Мистер Сазерленд, я не выйду за вас замуж, - всё тем же спокойным тоном ответила молодая женщина.

- Жаль, - пробормотал мужчина, сгребая брюнетку, - Ты была бы идеальной женой.

Конечно, это было не то, что женщина пережила, когда ей было пятнадцать, и не то, что творили с ней фон Гинсбург и Лохмер. Но всё же Смит чувствовала, что её в очередной раз опускают. И ей приходилось терпеть это из-за Роберта. Смогла бы она устроиться куда-нибудь на работу? Вряд ли. В стране царила безработица. И даже бы если она нашла что-нибудь, ей платили бы сущие гроши. А мистер Сазерленд платил. И платил неплохо, что она уже подумывала начать откладывать деньги.  Рано или поздно эти деньги могут помочь ей и Роберту уйти и начать свою новую жизнь. А сейчас… Сейчас ей нужно было выживать.

Женщина почувствовала, как пальцы мужчины вошли в неё и надавив на клитор, начали его пощипывать.  Она чувствовала, как снова начал набухать член Дункана. Он повернул женщину к себе и посмотрел её в глаза.

- Если ты выйдешь за меня замуж, Роберт будет учиться Королевской Военной Академии.

Анжела снова покачала головой.

- Нет, простите, мистер Сазерленд, но я уже сказала, что не выйду за вас замуж.

Мужчина вынул пальцы из лона Смит и, приподнявшись на подушках, взглядом показал брюнетке на свой член, который стоял.

Он ещё чуть выше приподнялся на подушках и взяв Анжелу за волосы, притянул к себе, опустив её голову.

Нет, он не любил женщину. Да и вообще не верил в любовь. Но жениться нужно было. Ему нужен был наследник, как и любому мужчине. И Смит могла ему его дать. Женщина была красива, умна. У неё уже был хороший и здоровый ребёнок. А значит она могла выносить ещё детей. Но почему она не хотела выходить замуж? Любой женщине нужен мужчина.

Сазерленд закатил глаза. Его рука держала брюнетку за волосы, пока та делала ему минет. Он ненавидел презервативы. Но не хотел опорочить женщину, наградив её внебрачным ребёнком. И если бы та вдруг ответила ему согласием, то ему уже не пришлось бы их использовать. Но Смит как на зло не собиралась замуж, а принуждать женщину он не хотел.

Катрин сидела в своей комнате и смотрела на адрес типографии. Та находилась в Эдинбурге. Ей нужно было как-то поехать в Великобританию, но в данный момент это было сложно. Когда же наконец закончится эта грёбаная война? Когда, наконец, Гитлер понесёт заслуженное наказание?

Она почувствовала, что в её спальню вошла Линн. Кристен спала. Катрин вложила рисунок Ангелы в книжку и положила в выдвижной ящик стола и обернувшись улыбнулась, поманив девушку к себе. Когда та села к ней на колени, Шван услышала:

- Завтра к нам на обед придёт Оскар. Я хочу, чтобы он познакомился с моими родителями.

- Ты его любишь? - задумчиво спросила блондинка, играя волосами Линн. Та пожала плечами.

- Неверное. Оскар - хорошая партия. И мне с ним хорошо. Мне и с тобой хорошо, - Франк склонилась над Катрин и поцеловала женщину. Та ответила на поцелуй.