Глава 16

Напряжение между преступными группировками Лас-Вегаса нарастало с каждым днем. Ночлежка, которая принадлежала «Шершням», вспыхнула огнем от брошенной в окно бутылки с зажигательной смесью. Вереница мелких предприятий Парков была ограблена головорезами якобы с татуировками «Шершней». Ночной клуб «Братства» оказался прикрытием для отмывания денег, что выяснилось после пропажи бухгалтерских ведомостей Нормана Мэнсфилда.

К среде уже невозможно было определить, какие из преступлений дело рук диверсанта, а какие — совершены собственно бандами. Дело дошло до критической точки, и стало не важно, в курсе ли главы группировок о происходящем, потому что они полностью потеряли контроль над своими людьми. По всему городу вспыхивали стычки — на парковках, в барах и ночных клубах. Окружной изолятор оказался забит под завязку бандитами, которых задерживали за драки и нанесение тяжкого вреда, все участки занимались лишь сдерживанием этого всплеска насилия.

Отдел по борьбе с организованной преступностью наконец начал действовать — лучше поздно, чем никогда — а вместе с ним и криминальная разведка. Неудивительно, что очень быстро все переросло в жалкую войнушку между ведомствами и мешало реальному ходу дела. Леви и Мартина под шумок продолжали вести свое неофициальное расследование, но с какой бы стороны они ни подходили — везде тупик.

Словно положение и так не было плачевным, другие местные банды почуяли кровь и решили попытать удачу, нападая на «Братство», Парков и «Шершней», чего бы никогда не осмелились сделать раньше. В частности, «Утопия» имела подозрительно огромный успех и стремительно завоевывала громкое имя, отхватывая территории, бесчинствуя в небольших районах и распространяя ненавистную пропаганду по всей долине.

Еще немного — и СМИ начнут вещать о надвигающейся войне группировок и спровоцируют массовую истерию. Репортеры-криминалисты, словно кровожадные шакалы, уже всюду совали свои носы.

— Знаю, мы были уверены, что диверсант действует в одной из группировок, но мне кажется, нельзя исключать участие кого-то извне, — сказала Мартина. Они с Леви уединились в маленьком, редко используемом конференц-зале, где хранили документы по расследованию. — Другие группировки так быстро вторглись на спорные территории. А вдруг главная цель состояла именно в этом?

— Ты думаешь про агента под прикрытием?

— Возможно. А может, нашего диверсанта подкупили или шантажируют.

Леви отстукивал пальцами по столу.

— Единственное, что вызывает сомнения, — мы имеем дело с тремя самыми могущественными преступными организациями Лас-Вегаса. Ни одна из остальных банд даже близко не может с ними соперничать. Например, какие рычаги давления могут быть у «Грейдеров» на того, за кем стоит вся семья Парков? Что они вообще могут предложить или чем угрожать, чтобы подтолкнуть на такие провокации?

Но Мартина ответить не успела, потому что дверь конференц-зала распахнулась и ударила о стену. Леви вскочил и принял боевую стойку. Мартина тоже встала, накрыв ладонью пистолет.

Они оба немного расслабились при появлении сержанта Вена... Но ненадолго, потому что тот пришел в сопровождении Карла Келлера. Капитана отдела по борьбе с организованной преступностью. Этот крепко сложенный мужчина немного за пятьдесят с блестящими черными волосами и намертво приклеенной презрительной ухмылкой на лице сейчас выглядел так, словно готов рвать и метать. А при виде доски Леви и Мартины, обклеенной исследованиями, у него едва пар из ушей не повалил.

— Я же говорил вам, что эти двое что-то замышляют, — рявкнул Келлер. — Мои ребята уже несколько дней докладывают, что с их контактами уже связывались полицейские, подходящие под описание вот этих двоих.

— Валькур, Абрамс, — спокойно произнес Вен. — Не хотите объясниться?

— Объяснить, почему выполняем свою работу или почему ОПГешники плюют на дело? — поинтересовался Леви.

Келлер раздул от возмущения грудь, а Вен впился пальцами в переносицу.

— Надеюсь, вам, детективы, не надо напоминать, что вы работаете в убойном отделе?

— Со всем уважением, сэр, — встряла Мартина. — С этими недавними конфликтами связанно много убийств. Один только поджог повлек восемь смертей.

— Это вообще не в вашей компетенции, — бросил Келлер, опережая Вена с ответом. — Как только находите любую связь с организованной преступностью, вы обязаны делиться материалами расследования с нами. Вам положено реагировать только на уже совершенные убийства. Это наша работа — их предотвращать.

Абрамс закатил глаза.

— У вас, я смотрю, отлично получается.

— Мы следили за ситуацией...

— Тогда почему вам потребовалось столько времени, чтобы выяснить, чем мы с Мартиной занимаемся? Не говоря уже о диверсанте, который пытается дестабилизировать могущественную криминальную структуру города?

Келлер потрясенно уставился на Леви:

— Диверсант? Господи, Абрамс, у тебя все связано с заговором? Это всего лишь демонстрация сил и разборки, которые вышли из-под контроля.

— Не верю, что вы настолько безмозглый, — парировал Леви.

— Ты разговариваешь с вышестоящим офицером, — рявкнул Вен.

Не с начальником Абрамса, впрочем. Они относились к разным подразделениям — убойный отдел принадлежал следственным службам, а отдел по борьбе с ОПГ сидел под колпаком нацбезопасности — и соответственно подчинялись разному руководству, однако Келлер был старше Вена по званию.

Но Леви уже завелся до предела и не собирался отступать.

— Вот в этом и вся проблема правоохранительных органов. Подобные вам люди заинтересованы в защите собственной территории и поощрениях, а не в решении настоящих проблем. Сначала вы меряетесь членами с криминальной разведкой, а теперь еще и с убойным отделом. Когда работой-то заниматься?

Мартина шагнула вперед и положила ладонь на грудь Леви.

— Помолчи, — эта маленькая женщина заставила его заткнуться.

Келлер, расчленяя Леви взглядом, выплюнул:

— Я в курсе, что ты считаешь себя крутым копом, потому что умеешь как-то по-модному драться и серийный убийца вцепился в тебя клещами, но меня не проведешь. Если еще раз высунешь нос за переделы своего отдела, клянусь, тебя ждут серьезные последствия.

Тихое покашливание разрушило напряженный момент в конференц-зале. Кармен Ривера стояла в коридоре за спинами Келлера и Вена.

Глаза девушки оценивающе метались между офицерами, из-за высоченной стопки папок торчал ее фирменный пучок, сползший набок.

— Эм, я могу прийти позже, если сейчас неудачное...

— Все нормально, мисс Ривера, — произнес Вен. — Что такое?

— Мне удалось взломать защиту на ноутбуке Ника Брайса. Пришлось порыться в выписках по его счетам и применить несколько уловок, но я смогла отследить два платежа — один на сто пятьдесят тысяч за два дня до убийства Дрю Бартона, и другой на такую же сумму, но на следующий день после смерти.

— Ты выяснила, откуда поступили деньги? — Сердце Леви забилось чаще.

Ривера замешкалась, поджимая потрескавшиеся губы.

— Кармен? — позвала Мартина.

— Платежи скакали по разным местам, пока не оказались на счете Брайса, но исходили из фонда Барклаев, — произнесла Кармен, бросив на Леви извиняющийся взгляд. — И оба были санкционированы самим Стэнтоном Барклаем.

***

— Придержите лифт!

Доминик машинально вытянул руку и остановил закрывающиеся двери, хотя не сразу сообразил. Он увлеченно копался в телефоне, изучая текущий футбольный сезон для ставок, которые планировал сделать в четверг вечером. Вот уже несколько лет он не позволял себе следить за любым командным спортом и теперь совершенно выпал из темы.

— Спасибо, — сказала Макбрайд, торопливо входя в лифт. В руках она держала огромную термокружку, на плече висела кожаная сумка с ноутбуком. — О, Руссо, замечательно. Я давно собиралась с тобой поговорить.

Бросив напоследок долгий взгляд на экран, Доминик нажал кнопку одиннадцатого этажа.

— О чем?

— Я не получила отчет по делу Миллер с прошлой недели.

— Да, там деликатная ситуация. Я вступил с ней в контакт, но речь о бытовом насилии, и Джессика не хочет уходить. Я делаю все, что в моих силах. И не хочу давать надежду ее родителям, пока не получу конкретного ответа.

Ложь всегда более убедительна, если щедро сдобрена правдой. Доминик на самом деле присматривал за Джессикой, и та не хотела уходить от Уильямса. Просто в казино девушка появлялась не каждый вечер. Точнее, чаще всего ее там не было. Но это неважно, потому что Руссо разработал долгосрочный план, который поможет Джессике навсегда избавиться от этого мудака.

— Хорошо. — Макбрайд безапелляционно сунула свою кружку в руки Доминику, чтобы достать электронную сигарету и вставить новый картридж. — Если считаешь, что родителям пока лучше оставаться в неведении, это твой личный выбор. Но я должна быть в курсе всего происходящего. Понял?

— Да, мэм. Я принесу отчет к обеду. — Обойти момент с играми будет сложно — Макбрайд знала о его проблемах из прошлого — но он справится.

Начальница счастливо выдохнула сладкий дым, затем забрала кружку.

— Отлично. Как другие дела?

Двери лифта распахнулись.

— Все в порядке, — ответил Доминик, когда они вышли на оживленный этаж, где над стойкой администратора висел огромный логотип «Бюро расследований Макбрайда».

Руссо работал над делом Джессики в основном вечерами, а днем занимался другими, по большей части проверками и изучением доходов, которые удобно было делать за компьютером. Но еще Доминик наблюдал за потенциальными страховыми мошенниками и проводил контрразведку для склонного к паранойе генерального директора. Такие разноплановые обязанности не давали Руссо заскучать.

— Продолжай в том же духе. И не забудь принести мне отчет о проделанной работе. — Макбрайд хлопнула Доминика по плечу и направилась к своему кабинету.