Сегодня утром комнату убирала Милена. Должно быть, она нашла пиджак и унесла его. Я так сглупила. Стоило предвидеть. Но это просто вылетело у меня из головы.

Слёзы застилали глаза. Опустившись на кровать, я почувствовала, как они, обжигая мои щёки, полились вниз.

Я не смогу спать. Кошмары вернутся.

Устроившись под одеялом, я, прижав колени к груди, всхлипнула, прижимаясь лицом к подушке.

– Ты хотела его? А? Отвечай! – прошипел Альберто, нанося кнутом удар за ударом по моей обнажённой спине.

– Нет! – закричала я, не в силах терпеть ослепляющую боль. Спина и ноги горели огнём. Я была обнажена и прикована так, чтобы всё моё тело оказалось максимально открыто для него. Запястья прикованы к цепи, свисающей с потолка, – так, что пальцами ног я едва касалась пола.

– Я видел, как ты смотрела на него! Ты хотела трахнуться с ним, не так ли? Хотела его член внутри?

Я неистово покачала головой, и, когда кнут вновь обрушился на спину, не сдержала очередной крик.

– Нет, – едва слышно сорвалось с губ. – Я ничего не делала. Я не хочу его.

Чистая правда. Тот мужчина всю ночь странно пялился на меня. Он даже попытался прикоснуться ко мне, и я сделала всё, что было в моих силах, чтобы избежать этого. Я старалась даже не смотреть в его сторону. Из-за него у меня мурашки по коже.

Но Альберто был бы не Альберто, если бы не верил только в то, что хотел.

Если какой-то мужчина хотел меня – это моя вина. Я соблазнила его. Всё из-за моего тела. Из-за меня. Это моя вина.

И я должна за это заплатить.

Потому что я предала Альберто. Моё тело его предало.

– Пожалуйста, Альберто.

Но он неумолим. Не стоит ждать пощады.

Схватив за волосы, намотав их себе на кулак, мужчина резко дёрнул меня за голову. Я вздрогнула от боли, прострелившей шею. Альберто с силой ударил меня по лицу. Его кольцо разбило мою губу. Рот заполнил вкус крови.

– Лгунья, – процедил он, глядя мне в лицо.

– Пожалуйста. Поверь мне, – умоляла я.

– Ты моя! Моя! Твоё тело принадлежит мне. Твои губы принадлежат мне. Твоя киска принадлежит мне. Твоя задница моя. Ты поняла?! Всё это принадлежит мне! – прошипел Альберто сквозь зубы. Схватив за подбородок, он с силой впился пальцами в мои щёки, вынуждая смотреть ему в глаза.

Быстро закивав, соглашаясь, я надеялась, что он прекратит свою пытку.

– Да. Да. Я твоя, Альберто. Я принадлежу тебе. Только тебе! Моё тело – твоё. Пожалуйста. Мне жаль. Он меня не привлекает, – всхлипывала я.

Тело разрывало от боли. Ягодицы горели огнём. Моё сердце было разбито.

– Тебе нужно преподать урок. Только тогда ты уяснишь это, – бросил мужчина, разжав свою хватку.

Альберто высоко поднял руку, замахиваясь кнутом – я вздрогнула ещё до того, как плетёный ремень коснулся моей кожи. И, почувствовав очередной жалящий удар, я закричала от невыносимой боли.

Закончив своё развлечение, Альберто отбросил кнут на пол и расстегнул ширинку. Он был возбуждён.

Зажмурившись, я ждала того, что последует дальше.

Но как бы я ни старалась подготовиться – меня никогда не оставляла боль. Каждый раз, казалось, что меня режут изнутри. Резкое движение Альберто – и ещё один крик срывается с моих губ.

Мужчина был груб. Всего несколько толчков и Альберто, зарычав, кончил. Отстранившись, он вновь схватил меня за подбородок.

– Смотри на меня! – услышала я яростный приказ.

Распахнув веки, я посмотрела в его полные злобы черные глаза. Альберто прижался губами к моим, и я не смогла сдержать дрожь. Так больно. Отодвинувшись, он впился ногтями в мои щёки.

– Ты принадлежишь мне, Айла. Никогда не забывай об этом.

Распахнув глаза, я резко села в кровати. Меня мутило. Кожа, казалось, объята огнём. Ощущение, словно меня только что выпороли. Внутри всё сжалось в тугой узел. Кое-как встав, я, прихрамывая, пошла в ванну, где просто рухнула на пол перед унитазом.

Меня стошнило.

Я попыталась закрыть рот, но так и не смогла остановить рвотный позыв.

По щекам ручьём текли слёзы.

Тело сотрясала бесконтрольная дрожь. Голова кружилась. Я никак не могла остановить рыдания. Было больно. Ох, Боже. Боль тисками сжимала мою грудь, отчего я едва могла дышать.

Всё было слишком идеально.

Это должно было стать новой главой моей жизни.

Я так надеялась. Я действительно думала, что покончила с этим.

Но как же я ошибалась.

В этом мире для меня нет ни надежды, ни покоя.

Всё оказалось простой выдумкой. Мечтой. Ложной и разбитой надеждой.

Я живу в кошмаре – и конца ему нет.

Какой тогда смысл продолжать всё это? Какой смысл, если вся моя жизнь пропитана болью? Невыносимой болью.

Подняв взгляд, я заметила бритву, которую дала мне Мэдди. Она лежала на стойке. Прямо передо мной. Как если бы, предчувствуя, я намеренно оставила её там. Я, привстав на колени, протянула к ней руку.

Схватив рукоятку подрагивающими пальцами, я слышала только своё тяжёлое дыхание.

Руки дрожали настолько сильно, что я едва не уронила бритву на пол – у меня с трудом получалось удержать её. Не отрывая взгляда от своей находки, я отодвинулась к ванне и притянула колени к груди.

Я хотела покоя.

Хотела, чтобы никто больше не мог причинить мне боль.

Слёзы всё бежали по щекам, свидетельствуя о моём прошлом и агонии.

Я понятия не имела, что делаю. Я не могла даже ясно мыслить.

Меня переполняло только одно – желание обрести покой.

Голос Альберто, настойчиво звучавший в голове, сводил с ума.

Вытянув перед собой запястье, я прижала к нему бритву. Прикрыв веки, я запрокинула голову на бортик ванной. Я ничего не почувствовала, когда с силой провела лезвием вверх по коже. Открыв глаза, я увидела длинную алую линию. Кровь.

Она текла из раны, которую я только что нанесла себе сама. Но я всё ещё ничего не чувствовала.

Почему не было никакого жжения?

Никакой боли?

С каким-то разочарованием, я поднесла бритву ко второму запястью, прижала лезвие к коже и с силой надавила. Я оставила такой же порез, как и секундами ранее.

Отбросив бритву, я посмотрела на то, что наделала. Усеянная порезами кожа. Всюду кровь. Она испачкала мои руки. Мою сорочку. Пол.

Мир закружился. Я едва могла видеть. Я почувствовала, как голова запрокинулась. Тело безвольно упало на бок, отчего я сильно ударилась головой о пол.

Перед глазами заплясали чёрные точки. Я чувствовала, как начали неметь пальцы.

Но никаких эмоций.

В какой-то момент, я подумала, что это прекрасно.

Веки опустились сами собой. Я всё глубже погружалась в темноту. На моих губах появилась улыбка.

Тишина. Вокруг была только тишина.

И это именно то, чего я так желала.

***

МЭДДИ

– Хм-м-м… – протянула я, касаясь губ Артура.

– Я соскучился, – произнёс мужчина, после чего быстро чмокнул меня в губы.

Хихикнув, я провела пальцами по его волосам и, наклонившись, поцеловала мужчину.

– Ты видел меня вчера вечером.

– Я начал скучать по тебе, как только ты ушла.

– Прекрати быть таким милым, – ответила я, прикусив губу Артура.

– Только с тобой, детка.

Иногда он был очень милым. Айла права. Я влюблена в него. Но и напугана. Разве это правильно? Был ли он тем самым?

Я всегда мечтала о великой любви. Можно ли так назвать то, что между нами?

Артур милый, заботливый и нежный. Но он никогда не говорил, что любит меня. Я ждала от него первого шага, с каждым днём все больше и больше впадая в отчаяние. Но всё попусту.

Я почувствовала, как огромные ладони мужчины накрыли мои ягодицы. Артур притянул меня ближе к себе. Я сидела на кухонной стойке, обвив ногами его торс. Мы были так близко – я чувствовала его всем естеством.

– Не здесь, – прошептала я. – Мама нас убьёт.

– Знаю, – прорычал наёмник. Чуть отстранившись, он нахмурился. – Блять, детка, ты нужна мне.

– После завтрака?

– Это пытка, – бросил он в ответ.

Я шутливо ударила его ладошкой по груди и оттолкнула от себя. Я как раз собиралась убрать ноги с его торса, когда за спиной мужчины заметила маму.

Ох, чёрт.

Попались.

– Боже! Не на стойке. Пожалуйста, только не на кухонной стойке! – ахнула она.

Быстро оттолкнув Артура, я спрыгнула на пол.

– Клянусь, мы просто обнимались. Мы не собирались заходить настолько далеко.

Артур чуть покраснел – я чувствовала, что и сама выдаю себя с головой.

– Мэдди, – предупредила мама.

– Знаю. Я знаю. Этого больше не повторится, – вздохнула я.

– Ну, я должен идти. Увидимся за завтраком, – произнёс Артур и направился к выходу. Прежде чем шагнуть за порог, мужчина подмигнул мне напоследок.

Трус. Поверить не могу, что он оставил меня разбираться с этим.

Мама не сводила с меня глаз. Я, надув губы, посмотрела на неё в ответ своим лучшим щенячьим взглядом.

– Мам. Клянусь, мы не собирались ничем заниматься на стойке. Она чистая, – сказала я.

– Мэдди, ты предохраняешься? Пожалуйста, скажи мне, что так оно и есть.

И вот, опять приплыли.

– Мне казалось, мы уже это обсуждали.

– Ладно. Я просто уточнила, – пожала плечами мама, прежде чем отойти к духовке. – Где Айла?

Хм, хороший вопрос. Она опаздывала.

– Не знаю. Я не видела её, – ответила я, немного встревожившись.

Мама замерла и взволнованно посмотрела на меня.

– Не хочешь проверить, как она?

– Да, так и сделаю, – согласилась я, после чего вышла с кухни. Я быстро поднялась по лестнице и остановилась перед её дверью. Подруга не ответила, когда я постучала.

Меня всё больше охватывала паника и волнение. Открыв дверь, я вошла в комнату.

– Айла?

Тишина. Её здесь не было.

Может она с Алессио?

Эти двое такие милые. Если они в ближайшее время не станут парочкой – придётся мне все взять в свои руки. Они оба слишком упрямы. И им определённо нужен дружественный пинок.

Я уже собиралась развернуться и уйти, когда заметила, что свет в ванной включен. Непонимающе приподняв брови, я подошла ближе.

Возможно, она просто забыла щёлкнуть выключатель.

Я открыла дверь. От увиденного, я забыла, как дышать. Моё сердце оборвалось.

Закричав, я вбежала внутрь и упала рядом с Айлой. Она была без сознания. И вся в крови.