Даже слабых познаний Сергея в физике и астрономии хватало, чтобы понять: в земных условиях создать такую систему было бы невозможно. Для баланса следовало расположить планеты по разные стороны орбиты, но Люсея пожелала выстроить бусины вереницей, видимо поэтому она насадила их на ось, чтобы массивные шарики не распихали друг друга своими гравитационными силами. Каким образом создательница закрепила в пространстве сам стержень, человек не представлял. Оставался загадкой и материал, из которого он был сделан. Любая самая прочная сталь вряд ли выдержит такую несбалансированную нагрузку.

Дорога привела путников на мощеную каменной плиткой площадь. Часть плиток вздыбилась, а где-то виднелись заполненные водой провалы. В нескольких местах мостовую взломали корни деревьев. Площадь окружали заброшенные дома. «Гостиница», «Банк», «Дилижансы» — прочитал Сергей несколько уцелевших вывесок. После исхода Люсеи тирнийцы редко посещали эти места, и все пришло в запустение. Единственное, что выглядело ни капли не поврежденным — это циклопических размеров здание, окружавшее отверстие в бусине, сквозь которое проходил стержень. Из здания выдавался вперед корпус вокзала, построенный в модерновом стиле из стекла и стали. Шагнув внутрь, человек словно перенесся из средневековья в мир будущего. Мягкое пружинящее покрытие пола представляло собой какой-то синтетический материал. Полированные металлические колонны уходили высоко вверх, поддерживая гигантские балки потолка. С балок на длинных тросах свисали гроздья шаров-плафонов, светивших мягким желтым светом. На земле подобное освещение выглядело нормальным, но для глаз, привыкших к зеленому солнцу Эвлона, желтый свет казался неестественным. И пол и стекла были тщательно вымыты. По залу и сейчас двигались уборочные машины, в очередной раз объезжая пол по заданному маршруту, а по высокому окну ездил какой-то странный агрегат на присосках. Домыв свой квадрат стекла, мойщик окон переполз через стальную раму на следующий и продолжил работу. Спутники вестника испуганно жались друг к другу и изумленно оглядывались за исключением Митиса Сэро. Старик уже много раз пользовался межбусинным сообщением и привык ко всем этим чудесам.

— Смотри-ка! — удивленно воскликнула Селика. — Там эквы!

Сергей обернулся и увидел длинную стойку с надписью «Кассы». Там действительно стояло несколько похожих как две капли воды вороных экв.

— Они не настоящие, — пояснил Айвус. — Кстати, нам надо купить жетоны.

— А что, так просто мы не пройдем? — поинтересовался человек.

— Нет, Врата не пропустят, — пояснил экус.

Компания подошла к кассам, и Серый спешился возле стойки.

— Эквитаки, эквиши, куда следуете? — мелодично заговорила кассирша.

Возможно из-за самовнушения, но голос эквы действительно показался вестнику искусственным.

— Нам надо в Эвлон, — сказал Серый.

— Проезд до Эвлона — прайд бочонков, — сообщила кассирша и, глянув на человека, добавила: — За кари — полпрайда бочонков.

Айвус ехидно усмехнулся, и человек, закатив глаза, покачал головой. Спорить с роботом он не собирался. Да и к чему? Заплатить за полный билет, доказав, что он эквиш, а не ученое животное?

— Тотум один жетон для экусов и один жетон для кари, — сделал он заказ и выложил на стойку деньги.

Эква достала шесть блестящих медных кругляшков, подвешенных на шелковых лентах. Они оказались похожи на жетон, который Сергей позаимствовал когда-то в доме контрабандистки Латри, только тот был потертым и потускневшим от долгого использования. Сергей взял жетоны и повесил на шеи своих спутников.

— Имеется ли у Вас багаж? — спросила кассирша.

— Да! Имеется! — встрепенулась Лурия. — У меня куча вещей!

— Носильщик сейчас подъедет. Счастливого пути!

Из глубины зала подкатила тележка и замерла возле хорнии.

— Эмм… — эква осторожно толкнула платформу копытом.

— Не робей, складывай все на нее, — сказал Айвус.

Молодая луни недовольно поморщилась. Хотя Митис Сэро был ее предком, Лурия не настолько хорошо к нему относилась, чтобы терпеть фамильярное обращение. По команде хорнии телохранители сгрузили поклажу на тележку-носильщика.

— Куда дальше? — спросил Сергей.

— К Вратам, — хорний указал копытом вглубь зала.

Компания вестника отправилась в указанном направлении. Вскоре они подошли к сплошной металлической стене, к которой примыкало здание вокзала. В гладком металле едва заметно проходила тонкая линия, очерчивающая высокий прямоугольник входа.

— Чтобы распечатать Врата мне нужны все амулеты, — заявил древний хорний.

Сергей вооружился мечом Селики и подал знак своим спутницам. Довнии встали наизготовку, собираясь протаранить Айвуса при подозрении на предательство. Луденса и Лурия осторожно передали свои медальоны Митису Сэро, и тот соединил их краями в один сплошной полукруг. На артефактах замерцали выгравированные символы, и в металле Врат проявилось несколько рядов идущих случайным порядком букв. Хорний приступил к вводу пароля. Он указывал копытом на тот или иной символ, и они исчезали. Два раза Айвус сбивался, и ввод приходилось начинать заново. Сергей даже забеспокоился, что старец забыл последовательность, но с третьей попытки ему удалось убрать все буквы до конца. Из стены выдвинулась толстая как в банковском сейфе дверь и отъехала в сторону, открыв проход к стержню. Металлом защита не ограничивалась. Сразу за дверью Сергей увидел мерцавшую фиолетовым силовую стену. Айвус шагнул вперед.

— Стой! Амулеты! — строгим голосом напомнил человек.

Экус вздохнул и, разделив полукруг на сектора, вернул два из них хорниям. Дальше могли идти только те, кто повесил на шею жетон. Распрощавшись со своими подопечными, два отряда телохранителей стали готовиться к обратному пути. Компания вестника, пройдя сквозь магический щит, оказалась внутри Врат. Коридор с цельнометаллическими стенами привел их на смотровую площадку. За перилами всего в нескольких скаках от них проносилась поверхность стержня. Приглядевшись, человек заметил, что кроме стальной балюстрады зрителей защищает также прозрачное силовое поле. Несмотря на близость, «потрогать» стержень не получилось бы.

— Там вакуум, — пояснил Айвус. — Если бы воздух соприкасался со стержнем, то его моментально бы высосало с бусины силой трения, и экусы задохнулись.

Пройдя дальше, путники попали в зону посадки, где стояли в ожидании пассажиров два длинных вагона. На первом значилось: «Арканум-Орнатус», на втором «Ридия-Кензия-Эвлон». Большое табло оповещало, что отправка состоится ровно в полдень. В отличие от остальной части вокзала, здесь Сергей заметил следы разрушения: несколько стоек оказались погнуты, вокруг валялись останки растерзанного уборщика, а посреди разгрома возвышалась куча черного пепла. Подойдя ближе, человек увидел в пепле кусок серебристого металла.

— Это что, тарбис? — удивленно воскликнул он, подобрав слиток.

— Эмм… что за тарбис? — не поняла Лурия.

— Солбис! — подсказала Луденса.

— Похоже на останки демона, — произнес Сергей. — Как он тут оказался?

— Вероятно, из Эвлона, — предположил Митис Сэро. — Забрел случайно в вагон и приехал. Хотя странно… Устройство, создающее демонов, было в здании вокзала, а не на платформе. Как демон смог пройти сквозь защитное поле без жетона?

— Сегри, ты говорил, что контрабандисты проникали через печать на Вратах с помощью жетонов, — задумчиво спросила Луденса. — Возможно, эта печать была той же природы, что и внутри Врат?

— Теоретически, внутреннее поле можно расширить так, чтобы оно накрывало всю привратную область, но туда постоянно пришлось бы вбухивать кучу энергии, — сообщил Айвус.

— Так мы в Эвлоне этим и занимались: каждый прайд дней королева собирала магию хорний и заряжала печать на Вратах, — ответила волшебница.

— Если так, то демон действительно мог легко попасть к стержню и забраться в вагон, — согласно кивнул экус.

Наконец-то раскрылась одна из самых абсурдных на первый взгляд загадок Эвлона. Сергей долгое время не мог понять: почему именно посадочные жетоны позволяли контрабандистам проникать за печать? Теперь ответ стал ясен.

Близилось время отправления, и пассажиры вошли в вагон. Когда все расположились на мягких матах, двери плавно закрылись, и капсула, взлетев над платформой, поплыла в сторону стержня. Серый заметил в нем два идущих параллельно углубления как раз под размер их транспортного средства. Когда вагон занял место в одной из ложбин, человек понял, почему окна в капсуле имелись только с одной стороны: с другой просто не на что было смотреть. Почувствовав ускорение, вестник расслабился. Он почти выполнил свою миссию. Он достал амулеты и уже скоро вернется в Эвлон. И тогда Люсея освободится.