— Я тоже на это надеюсь. Что насчет остальных участников?

— Я провел утро в потолке шатра колдунов. Выяснилось, что хобби Тех, Кого Лучше Забыть — долгие прогулки по пляжу и жертвоприношение нимф на алтарях. Я к тому что, кто же станет обижать нимфу? Это как пинать радугу в приступе безумства. И то, что они делают с волком... ну, давай просто скажем, что они не склонны к гуманности.

Салем уже рассказывал ей, как эти дрессировщики растравливали беднягу перед раундами, в результате чего его свирепость выходила на первый план.

— Почему он не может обуздать своего зверя?

Беттина знала, что Ликаны тратили годы на то, чтобы научиться контролировать волка внутри себя и всегда опасались, что он может взять верх.

— Сейчас не самое лучшее время для рассказов. — Когда она замахнулась на него, Салем сказал: — Мужчина был... человеком. Колдуны обратили его, чтобы он служил им. По-видимому, они делают так постоянно.

У обращенного Ликана нет ни одного шанса приручить своего зверя не то, что за годы... а, возможно, вообще никогда. До тех пор в ваших руках оказывался жестокий убийца, именно поэтому среди Ликанов так мало обращенных.

— Значит, колдуны просто раздраконят его и выпустят?

Беттина могла представить себе, как Салем кивнул.

Дополнительный бонус? Помимо того что Ликаны — сильнейший вид Ллореанцев, по счастливой случайности они обладают неизменными бойцовскими инстинктами.

— Имеет ли волк хоть малейшее представление о том, что с ним происходит?

— Не знаю. Зависит от того, насколько давно он был обращен. У него могут случаться проблески сознания. Будем надеяться, что такой проблеск случится, если он выйдет против Гурлава. Когти Ликана могут породить много Детей Ужаса. Представь себе…

— Я не хочу представлять! Это произойдет у меня на глазах. Большинство чужаков верят, что я правлю здесь. Но я никогда не потворствовала бы рабству этого волка. Я никогда не потворствовала бы ничему, что может привести в Рун Детей Ужаса!

Беттина с раздражением начала убирать щепки.

— Бесспорно, — утешительно ответил ей Салем. — Кстати, я сегодня случайно снова заскочил к пиявке. Как ни странно, он был на месте.

Беттина на мгновение замерла.

— И? — спросила она так, словно это ее совершенно не волновало.

— Не слышу заинтересованности в твоем голосе. Ну, да ладно. Не стану беспокоить тебя с...

— Прекрасно! Просто расскажи мне о нем.

— Сидя в полумраке шатра, он бездумно затачивал свой меч, уставившись на, лежащий на столе, кристалл. Его клыки были острыми, а глаза черными, как смоль. Меха на койке были изорваны в клочья. Так не похоже на его обычную холодность и рациональность. Он выглядел так, будто собирался... э-э, как бы это сказать?.. выйти наружу и выбить из кого-то дерьмо. Поверь мне на слово: в тихом омуте черти водятся. И когда его прорвет, мало никому не покажется.

Дакийский был близок к потере контроля с ней, но всегда брал себя в руки. Что же так сильно повлияло на него?

— Ты знаешь, что некоторые Абаддонцы начали поддерживать этого пиявку? — спросил Салем.

— Вместо одного из своих? Или демона другого вида?

— Черт, да я сам чувствую почти то же самое. Почти. Он держал свой член в штанах, тем самым защищая тебя от угрозы быть закиданной камнями. Снимаю шляпу перед вампом... потому что я чертовски уверен, что ты не держала ворота в свой сад закрытыми. — Не обращая внимания на ее возмущение, Салем продолжил: — Он сражается как никто другой, и ты грезишь о нем.

— Ничего подобного!

— Ебаные колтуны в твоих волосах не врут, крошка.

— Но я люблю Каса.

— Знай, что прямо сейчас я закатываю глаза. — В ответ на ее сердитый взгляд, он сказал: — Конечно, ты любишь его! В некотором роде. Вы оба сироты, поэтому быстро поладили и подружились. Каспион был твоим единственным другом во всем королевстве. В дополнение к этим удивительным узам он поразительно красив и любая женщина была бы им очарована. Поверь мне... раньше я мог вскружить голову любой крошке, просто пройдя мимо.

— Ты был поразительно красивым?

— Горячее Бекхэма и с лучшей фигурой.

Беттина приподняла бровь в ответ на его заявление.

— В любом случае, ты молода... слишком молода, чтобы знать, что такое любовь.

То же самое сказал ей Дакийский.

— Сколько же тебе лет?

Салем драматически вздохнул.

— Я стар, как воздух. И все еще слишком молод, чтобы знать, что такое любовь. Хотя была одна девушка. Я почти поверил, что она моя родственна душа.

Пара фантома.

— Закончилось все плохо, хотя…

Дверь в ее башню с шумом распахнулась. Нахмурившись, Беттина посмотрела на Салема, представив себе, как обменивается с ним вопросительными взглядами.

— Глупышка! — окликнула ее Моргана.

Беттина и Салем поспешили в гостиную.

— Что случилось?

— Нам надо поговорить о Рауме, прямо сейчас.

Странно. До этого приходил Раум... поговорить о Моргане.

— Привет, горячая и неугомонная, — сказал Салем Моргане. Проглатывая звуки на словах горячая-негомоная.

Чародейка посмотрела туда, откуда звучал голос Салема.

— Фантом, это ты?

Ее властная поза смягчилась, когда она поправила волосы. Беттина никогда не видела крестную в таком состоянии.

— Здесь и воплоти. Так сказать, — добавил он. — Как поживаешь?

— Оу, как я? — Она изучала свои накладные когти. — Просто контролирую сегодняшнюю Морганопати. Я объединила несколько номеров для разогрева на арене. Они довольно популярны.

Она явно хвасталась, в ее голосе слышалось: «Я сделала нечто грандиозное».

— Номера для разогрева? Например?

— Метание кобольдов, бои упырей в клетках. И супер-фишка Морганы: шоу-представление нимф.

Что еще за шоу-представление?

Салем, казалось, знал... воздух вокруг него стал размытым, сигнализируя о его напряжении. Он поспешно сказал:

— Я должен идти патрулировать, ну, знаешь, внизу, вокруг арены. В целях безопасности. Для блага королевства. Я дам вам двоим поговорить наедине.

Затем он ушел.

Моргана посмотрела ему вслед и вздохнула. Затем с тяжелым взглядом повернулась к Беттине.

— Налей вина.

Взяв свои бокалы, они вышли на балкон. Чувствуя себя в безопасность рядом с чародейкой, Беттина всего лишь один раз посмотрела наверх.

— О’кей, рассказывай. Что за шоу-представление?

— Неужели ты никогда не смотрела Шоу Ужасов Рокки Хоррора [13] ?

В ответ на недоуменный взгляд Беттины Моргана разинула рот.

— Ш.У.Р.Х.? Я пренебрегала своими обязанностями. Теперь я это понимаю. — Она пробормотала, подняв взгляд к небу: — Прости меня, Элеара. — Затем сказала Беттине: — Шоу — имя существительное, программа ночного клуба, которая включает в себя пение и танцы. В моей интерпретации используются эротические действия. Или сексуальные действия. Не помню точно, какой пакет услуг заказывала.

— Ясно.

Неудивительно, что Салем начал мерцать.

— Скоро мне будет нужно вернуться, чтобы приступить к своим судейским обязанностям, но это не может ждать. Я не хочу смягчать слова... — можно подумать она когда-нибудь это делала... — но я не верю, что твой крестный обнаружил извергов, которые напали на тебя. Хотя турнир уже подходит к концу, я не думаю, что он выполнит свою часть сделки.

— Что заставляет тебя так говорить?

— Эти Врекенеры, скорее всего, находятся далеко в воздушных территориях. Как демоны смерти собираются переместиться в место, подобное Скай Холлу? Оно движется. А демоны могут перемещаться только туда, где уже бывали раньше. Говорят, они действительно берут в плен Врекенеров и заставляют заложников брать их с собой в Холл... Абаддон вступит в войну? Потому что именно этого и добивается Раум.

Беттина сжала бокал, с удивлением обнаружив, что погнула его.