Лебедь уже хорошо знает, что говорить Западу: «Только я смогу стать реальным гарантом для иностранных инвестиций в русский рынок». Иностранцы, с трудом сдерживая смех, говорили мне, что это же постоянно твердят Ельцин, Черномырдин, Чубайс, Немцов, Жириновский и даже Собчак…

Лебедь уже хорошо знает, как «работать» и с российскими финансово-промышленными и другими структурами, от которых можно получить солидную поддержку. Его штаб установил хорошие контакты с ними еще в период президентской кампании 1996 года. Как и западные, российские банкиры и бизнесмены тоже делают свои нерекламируемые «ставки» на Лебедя. Его сторонники в последнее время регулярно контактируют с банками «Российский кредит», «Национальный резервный банк», «Токобанк», «Автобанк» и с другими банками федерального уровня, а также с региональными банками Калининграда, Челябинска, Красноярска, Санкт-Петербурга. По некоторым «разведданным», летом 1996 года штаб Лебедя запросил у них сумму в 320 миллионов долларов. Есть сведения, что большую финансовую поддержку оказывает генералу армянская диаспора, которая за один раз перечислила его партии 240 миллионов рублей…

Судя по всему, Лебедь уже хорошо понял, что даже самая высокая популярность в нынешней России еще не дает политику гарантии победы на президентских выборах без мощной финансовой поддержки «снаружи и изнутри». И если к моменту предстоящих выборов он сумеет добиться правильного сочетания стратегии пропагандистской кампании, организационной работы своей партии в регионах с мощным финансовым обеспечением, даже «купленный» с потрохами Центризбирком будет не в силах помочь Кремлю привести к власти своего кандидата…

На него еще очень многие в России возлагают надежды как на спасителя Отечества. С его именем народ все еще связывает надежды на порядок, на «сильную руку». На фоне все учащающихся скандалов, связанных с нечистоплотностью фаворитов президента, их «пожарными» методами решения проблем и беспомощностью, все большей зависимостью от Международного валютного фонда — образ решительного и непроворовавшегося Лебедя по мере углубления кризиса и криминализации страны будет смотреться все более выигрышно.

Народ устал от разговоров о реформах. Он хочет их видеть и делать. Не случайно в штабе Лебедя сейчас все чаще задумываются о главном лозунге предстоящей президентской гонки, которая может начаться гораздо раньше 2000 года…

Лебедь заявляет, что «намерен взять власть цивилизованным путем». Он заявляет о своей 100-процентной уверенности в том, что следующим президентом России станет именно он. Потому что «надо успеть запаршивевшую страну подхватить на руки»…

Я вспоминаю его интервью немецкому жкрналу «Шпигель» в июне 1996 года. Генерала спросили, может ли он стать президентом России к 2000 году. Он ответил: «Возможно, и раньше…»

До новых президентских выборов в России еще много времени, но уже сейчас начинает выстраиваться очередь претендентов на пост главы государства. Среди лысых и чубатых, среди старых и молодых, среди черных и рыжих политиков, среди тех, кто уже стоит у «корыта» власти и кто только хочет продвинуться к нему, маячит хорошо знакомая России фигура бывшего командарма…

…Я сижу на совещании в кабинете министра обороны, вполуха слушаю однообразно унылые доклады главкомов о положении в войсках и одновременно наблюдаю за тем, как вальяжно прохаживается по толстому ковру любимец Родионова кот Федька — самый информированный в военно-стратегическом отношении российский кот. Часто он запрыгивает в большое кожаное кресло и там, уютно свернувшись в пушистый калач, засыпает. И только когда хозяин кабинета начинает слишком громко кого-то костерить или в очередной раз почти кричать по телефону Виктору Степановичу: «Где деньги?» — Федька лениво приоткрывает свои плутоватые глаза и сочувственно поглядывает на взволнованного хозяина. Кот ежедневно слышит здесь одни и те же слова: «нет денег», «нет реформы», «нет боеготовности», «нет совести». Мне кажется, что очень скоро он начнет их вымяукивать.

Намедни был в этом кабинете министр финансов России Александр Яковлевич Лившиц. Такой остроумный и в очках. Родионов с ним опять о деньгах говорил. Человек этот вроде бы не жадный — денег обещал и даже бутербродом своим с Федором поделился. Денег почти полтора триллиона дал. Но потом Игорь Николаевич ему по телефону опять кричал:

— Александр Яковлевич, ты меня без ножа режешь!

Пришел бы этот финансист еще раз, что ли. Денег много не даст, хоть бутерброд после него останется.

Да, тяжело быть министром. И котом при таком министре быть непросто. Лежа в кресле, Федор размышляет о том, что от уровня финансирования армии теперь стало зависеть и его, так сказать, котячее благосостояние…

…Каждому министру обороны История отмеряет свое время. Одному доставались черные годы военного лихолетья, другому мирный период, третьему короткая или длинная, трагическая или славная военная кампания. Четвертому суждено было попасть в конфузию, испытать хулу и весь остаток жизни потом терпеть страдания. Бывали у нас опальные военные министры и министры-фавориты. Бывали министры, при которых армия жировала и при которых вынуждена была туже затягивать пояса.

Когда я размышляю о судьбе сорок первого министра обороны России генерала армии Игоря Родионова и пытаюсь определить его место в отечественной истории, то прихожу к выводу, что ему досталось понемногу от судьбы каждого из сорока предшественников. Но только при нем армия доведена властью до такого унижения, когда она вынуждена выпрашивать у государства подаяния хотя бы на то, чтобы не протянуть ноги с голоду.

Из досье:

Министр обороны Российской Федерации генерал армии РОДИОНОВ Игорь Николаевич

Родился 1 декабря 1936 года в селе Куракино Сердобского района Пензенской области. Русский.

Окончил Орловское танковое училище (1957), Военную академию бронетанковых войск (1970), Военную академию Генштаба (1980).

Прошел практически все основные командные должности от командира взвода до министра обороны.

В 1985–1986 годах командовал 40-й армией в Афганистане, был уполномоченным правительства СССР по делам временного пребывания советских войск в Демократической Республике Афганистан. После этого состоял в должностях первого заместителя командующего войсками МВО, командующего войсками ЗакВО, начальника академии Генерального штаба ВС РФ.

Военное ведомство РФ возглавил в июле 1996 года.

В мае 1997 года указом президента России освобожден от занимаемой должности…

Его послужной список вызывал уважение даже у недоброжелателей. По должностям «через ступеньку» не скакал, в теплых местах не засиживался. Бывшие до него министрами обороны Язов, Шапошников и Грачев пользовались особой расположенностью президентов. У Родионова все было наоборот: попал в немилость к Горбачеву после событий в Тбилиси, а Ельцин упорно его «не замечал» аж до лета 96-го. Когда же стал министром и про него заговорили как о «человеке Лебедя», ворчал и обижался на прессу за этот «лебедейбл». Быть «ничьим» — его принцип.

Уже вскоре после того, как Родионов занял свой кабинет в Минобороны, вместо портрета Ельцина над рабочим столом министра появился российский герб.

Родионов сказал:

— Служим не президентам, а народу…

Его сорок с лишним лет службы Отечеству вместили в себя гигантскую мощь и нищету Вооруженных Сил, афганскую войну и трагедию Тбилиси (в которой его сделали крайним), многолетнюю «ссылку» в академии Генштаба и развал Союза, растаскивание армии по национальным квартирам и горькую обиду за незаслуженную опалу. И как запоздалый знак торжества справедливости, как признание весомости его авторитета, профессионального опыта и морального права быть первым генералом в армии — пост министра.