"Победа не в количестве знаний, - уверял ее Бенедикт в течение последних дней, - а в их качестве".

Она надеялась, что он был прав.

Истербрук поднял платок. Через мгновение он бросит его. Когда тот коснется помоста, начнется дуэль.

Просто дышать. Сосредоточиться. Сконцентрироваться. Дышать.

Он отпустил платок.

И внезапно низкий, настойчивый визг разнесся в воздухе, пронзительно громкий.

Толпа застыла. Бриджит растеряно оглядывалась, она увидела как Реджи смотрит вверх, раскрыв рот. На мгновение на лице Истербрука появилось неверящее выражение. Затем, когда звук стал нарастать, поднимаясь и опускаясь в медленных завываниях, он помрачнел.

Гром, даже громче весенних штормов, начал грохотать по всем камням башни Альбиона.

По какой-то причине ее взгляд остановился на человеке из толпы, который ранее ей подмигнул. Его лицо не выражало ни замешательства, ни страха, когда он смотрел на полупрозрачный сводчатый потолок хаббла Монинг. На его лице была холодная, стальная ярость. Он сразу резко повернулся, пока все остальные все еще смотрели вокруг, и начал прокладывать себе путь сквозь кружащую толпу, двигаясь быстро и по прямой, словно каким-то усилием воли заставляя жителей хаббла Монинг не стоять у него на пути.

Бриджит оказалась рядом с Истербруком, хотя она и не припоминала, как шагнула вперед.

- Что это за звук? - спросила его Бриджит, перекрикивая рокот. - Что происходит?

- Воздушная тревога! - закричал в ответ Истербрук. - Впервые за двадцать лет! Вам нужно укрыться, мисс Тагвинн! Шпиль Альбион атакован!