Глава 32

Шпиль Альбион, хаббл Лэндинг, вентиляционные туннели.

 Майор Эспира вырвал меч из руки аврорского пехотинца, поднятой в положении смирно перед ним. Он поднял оружие и скрупулезно осмотрел его, прежде чем зарычать.

- Ты позволил меди износиться, прямо здесь, солдат. - Он поднял оружие в нескольких дюймах от глаз солдата, так что крошечное пятно коричнево-красной ржавчины стало хорошо видно. - Железная гниль уже началась. Ты видишь это?

- Да, сэр, - ответил пехотинец.

- Почему мы одеваем железо и сталь медью, солдат?

Щеки парня слегка покраснели.

- Чтобы предотвратить разрушение оружия от железной гнили, сэр.

- Отлично. Это ты знаешь. И как только железная гниль войдет в сталь, сколько времени пройдет с момента распространения, до момента полного превращения боевого оружия в ржавый мусор?

- Несколько дней, сэр. Плюс-минус.

Эспира кивнул.

- Это оружие не убьет, когда придется убивать, если оно разрушится при первом ударе, или сломается, когда ты попытаешься извлечь его из ножен. Я не против, если твоя небрежность убьет тебя, но она может убить твоих братьев по оружию, и меня в том числе, всего лишь из-за того, что ты не выполняешь свой долг.

Пехотинец сглотнул, глядя вперед, и ничего не сказал.

- Ну? Что ты можешь сказать себе сам, солдат?

- Нет оправдания, сэр, - ответил он.

Эспира опустил оружие резким движением.

 - Доложить оружейнику, отчистить ржавчину и залить поврежденный участок свинцом. Как только это будет сделано, будешь выполнять техническое обслуживание каждого запасного оружия в арсенале, и сделаешь это с безупречным вниманием к деталям. Понятно?

- Да, сэр, - ответил пехотинец, салютуя.

Эспира бросил взгляд на строй пехоты второго взвода второй роты.

- Почему вы все до единого не готовите свое оружие и снаряжение к осмотру? Повторно. Когда я вернусь через час, каждый из вас покажет себя аврорским пехотинцем  или, Господь на Небесах свидетель, я отправлю каждого по веревкам.

Сильное беспокойство появилось на лицах двадцати стойких, видавших виды и Эспира позволил тишине тяжело повисеть перед строем, прежде чем наконец сказал:

 - Разойдись!

Морские пехотинцы без приказа строем выполнили команду направо и тихо и быстро промаршировали от пересечения туннелей вглубь вентиляции в направлении палаточного лагеря.

- Я почти поверил, что это настоящее пятно, майор, -  глубокий грудной голос донесся из-за его спины.

Эспира повернулся к сержанту Сирьяко, подкравшемуся совершенно бесшумно и стоящему в нескольких футах от него. Урожденный воин четко отсалютовал, Эспира ответил ему тем же.

- Сержант. Однажды, первый сержант, с которым я служил, научил меня держать людей на пределе во время задания, чтобы привычная рутина затмевалась страхом перед моим гневом, если они вдруг забудут свой долг.

Человек напротив, расслабившись, слегка улыбнулся.

- Вот как? Чему еще он вас научил?

- Только тому чтобы никогда не ожидать его своевременного прибытия, - сказал Эспира, без намека на улыбку. - Где лейтенант Лазаро?

Кошачьи глаза Сирьяко сверкнули от ярости.

- Мертв, сэр.

Эспира откинул голову.

- Как?

- Он проигнорировал мой совет и сделал плохой выбор, - сказал Сирьяко. - Пойдя туда, где, по его мнению, были гражданские, присматривающие за ранеными после воздушного удара. Он пытался обманом пройти их, вместо того, чтобы расстрелять всех и двинуться дальше вместе с нашим полезным грузом.

- Зачем?

- Одна из них была красивой девушкой. Как фарфоровая куколка. Он был молод, сэр.

Эспира нахмурился и кивнул. Рыцарство было достоинством, которое высоко ценилось в верхних эшелонах Шпиля Авроры. Молодым офицерам требовалось время, чтобы понять, как редко его можно применить в бою. К сожалению, реальный бой, смертельно скупой на время, отпущенное молодым солдатам для учебы, часто вспыхивал внезапно.

- Как это произошло?

- Они поймали его, и куколка сожгла его лицо наручом с двух футов.

Эспира хмыкнул.

- Черт. Мальчик был многообещающий. По крайней мере, это было быстро. Чановая?

Сержант покачал головой.

- Ждали ударный отряд, но они так и не пришли, и мы не дождались взрывчатки. Какой-то отставной офицер флота с повышенным чувством гражданского долга собрал ополчение, загнал их в туннели и перехватил нас. Полагаю, что отряд нацеленный на чановую истреблен, сэр.

- Ба, - сказала Эспира. - Это было побочное поручение и осмысленная авантюра, но в наших шляпах появилось бы еще одно красивое перо, если бы нам удалось уничтожить этот их проклятый кристальный цех.

Он наклонил голову, хмуро глянув на Сирьяко.

- Вы ранены, сержант?

- Слегка, - сказал Сирьяко. - Пройдет. Чертов дурак Лазаро. Потерял половину отряда.

Он прищурился в коридор вслед ушедшему взводу.

- Вы действительно хотите отправить их по веревкам, сэр?

- Половину десятой части моей силы? Не смешите. Но на данный момент им нужно бояться чего-то больше, чем Шпиль, полный сердитых альбионцев.

Ноздри Сирьяко раздулись, а глаза метнулись в один из туннелей, идущих от перекрестка.

- Значит, вот почему она здесь?

- Держите себя в руках, сержант, - сказал Эспира мужчине.

- Вы один из лучших солдат в Шпиле Аврора, но у нас всех есть приказы.

- Да, сэр.

Эспира кивнул, а затем проследил за взглядом сержанта в темный туннель. Камердинер мадам Кэвендиш, Сарк, стоял у входа в туннель спокойной, пугающей фигурой в черном, его одноглазое лицо застыло в выражении бесконечной скуки. Никто даже половиной унции мозгов в голове не спутал бы смертоносного часового ни с кем другим.

Эспира сознательно не акцентировал внимание, постоянно поглощенный заботой о своих людях - но теперь, когда все голоса смолкли, он снова услышал его: высокий, несчастный, безнадежный вопль, вырвавшийся из темноты.

- Рен? - спросил Сирьяко шепотом.

- Дезинсектор наткнулся на базу, - спокойно ответила Эспира. - Мы поймали его, но не его напарника. Говорит, что был один. Она здесь, чтобы проверить его историю.

- Ножи? - поинтересовался воин.

Эспира покачал головой и подавил дрожь.

- С собой она ничего не взяла.

- Она безумное чудовище, - сказал Сириако.

- Она наше безумное чудовище, - поправил его Эспира. - Радуйся, что она на нашей стороне.

Воин сузил глаза, пристально глядя на Сарка, и неловко размял плечо, будто оно причиняло ему боль.

- Нет, сэр, майор, - сказал он. - Не думаю, что смогу.

В этот момент в темном коридоре прозвучали шаги, твердые и решительные. Через мгновение Мадам Кэвендиш вышла из темноты. Она остановилась у Сарка, и ее слуга протянул ей маленькое полотенце. Только в этот момент Эспир заметил, что ее ногти и кончики пальцев были влажными и алыми. Всхлипы продолжали доноситься из туннеля.

Эфиромант спокойно отбросила тряпку и подошла к Эспире. Сарк маячил позади нее.

- Майор, - сказала она, - нам повезло. Он действительно работал один, хотя, по его мнению, его начнут искать его в ближайшие двадцать четыре часа или около того.

- Избавиться от тела, мэм?

- Господь на Небесах, нет, - ответила она. - Это заставит гильдию дезинсекторов собрать народ, для обследования большего количества туннелей, чтобы найти одного из своих. Возьмите тело и оставьте его там, где оно будет найдено в ближайшие несколько часов. Тогда поиска не будет.

Эспира медленно кивнул, пытаясь оставаться беспристрастным. Он глянул в темноту, из которой все еще доносились слабые всхлипы.

- Он еще жив, мэм.

- То, что осталось в этом туннеле - это формальность, - сказала Кэвендиш. - Но нам нежелательно, чтобы его нашли с порезами от мечей и ожогами.

Она некоторое время размышляла, а затем улыбнулась.

- Оттащите его к веревкам.

Эспира почувствовал, как его горло снова сжалось, а живот скрутило от мысли причинить такое любому человеку, а тем более сломанному и отчаявшемуся.

- Мэм?

- Не более минуты, иначе нечего будет опознавать, - сказала Кэвендиш. Она сделала паузу, а затем добавила со сталью в голосе:

 - Вы понимаете, майор? Вы ведь знаете, сколько длится минута?

Эспира заскрипел зубами, но ответил.

- Да, мэм.

- Очень хорошо. Сделайте все возможное, чтобы не прерывать мои приготовления снова, любезный. Я жду гостей и должна быть готова принять их.

Произнеся это, она повернулась и спокойно пошла прочь. Сарк молча наблюдал за ними, пока она не удалилась на несколько шагов, а затем развернулся и отправился следом.

Сирьяко дождался, пока Сарк не удалится на приличное расстояние прежде чем испустить низкий львиный рык.

- Мы работаем с тем материалом, что у нас есть, сержант, - сказал Эспира.

Из темноты продолжали доноситься рыдания.

- Рен, - тихо сказал Сириако, - не приказывай мне посылать живую душу по веревкам.

- Конечно, я не стану, старый друг, - тихо сказал Эспира. - Сломайте ему шею. Отправьте труп. Расположите его, как указала мадам Кэвендиш.

Эспира чувствовал, как Сирьяко пристально посмотрел на него, а затем вздохнул и кивнул.

- Есть, сэр.