Шимаэл так и застыл с раскрытым ртом, никогда прежде ему не доводилось видеть Сейру в такой безумной ярости. А он-то считал, что хорошо ее знает! Это до какого же состояния надо было довести обычно хладнокровную и уравновешенную помощницу капитана, чтобы она так взвилась?! Как выяснилось, дело обстояло куда серьезней, нежели он предполагал, и все ее резкие смены настроения, метания от холодной злобы к сентиментальности – все было следствием той внутренней борьбы, что происходила в ее душе в последние часы.

Сама же Сейра, выплеснув в отчаянном вопле все то, что накипело у нее на душе, неожиданно успокоилась, и ее лицо приобрело равнодушное и даже умиротворенное выражение. Отметя прочь терзавшие ее сомнения, она, наконец, пришла к окончательному решению и вновь обрела внутреннее равновесие, как улегшаяся на ограничитель стрелка давно зашкалившего прибора.

Она подобрала свой рюкзак, после чего, пошарив в кустах, отыскала брошенный туда Шимаэлом нож и, вложив его в чехол, повернулась к пилоту.

– Пошли отсюда. Здесь нам делать больше нечего.

Шимаэл, спохватившись, захлопнул рот и поднял перед собой мокрый булыжник, который держал в руке.

– Сначала надо закончить с Айваном.

– Он и так не замерзнет, да и живее от этого не станет, – губы Сейры презрительно изогнулись, – а вот нам лучше не терять зря времени. Пошли!

– Ты как хочешь, а я все же закончу, – пилот положил камень в кучу к остальным и наклонился за следующим. – Он имеет право упокоиться по-человечески.

– С каких пор ты воспылал любовью к этому остолопу? – Сейра удивленно приподняла бровь. – Ему-то теперь уже все равно, а вот я тебя ждать не стану. Догоняй!

– Я догоню, – Шимаэл демонстративно повернулся к ней спиной, продолжая складывать курганчик, – за меня не беспокойся.

Девушка хмыкнула и, поправив рюкзак за спиной, вышла на тропу и зашагала прочь, а Шимаэл остался собирать последние камни. По правде говоря, ему было немного не по себе. Новая, переродившася Сейра, холодная и циничная, его откровенно пугала. Взглянув ей в глаза, он увидел за ними уже совсем другого человека. Вряд ли она именно это имела в виду, когда предлагала Шимаэлу измениться. По всей видимости, ее психика уже достигла того предела, за которым начинается безумие.

Пилот быстро покидал камни в груду, стараясь закрыть все бреши, из которых еще проглядывала одежда Айвана, и выпрямился, переводя дух. На прощание следовало что-нибудь сказать, но в мозгу на месте нужных слов зияла пустота, поэтому Шимаэл лишь крякнул, подобрал свой мешок и поспешил вслед за Сейрой. Капитанский планшет с картой местности остался у нее, и перспектива блуждать наугад в темноте, отыскивая челнок, совершенно не прельщала.

Завидев быстро шагавшую девушку впереди на тропе, Шимаэл перешел на бег, громко чавкая полными воды ботинками. Услыхав его топот, Сейра оглянулась, но даже не сбавила шага, чтобы его подождать.

– Примерно через полкилометра свернем в лес, – объяснила она, когда он, наконец, ее догнал, – там нам останется перевалить через небольшую гряду, и мы на месте. Внимательней смотри под ноги, не делай глупостей, и все будет тип-топ!

– В последнее время глупости имеют тенденцию происходить сами собой, без нашего участия, – угрюмо проворчал Шимаэл.

– Кончай ныть! – резко одернула его Сейра. – Если так боишься, то можешь сесть прямо здесь и смиренно дожидаться конца.

– Чем дольше я рассматриваю такой вариант, тем более разумным он мне представляется, – Шимаэл не собирался с ней спорить, просто разговор помогал отвлечься от других, еще более невеселых мыслей.

– Ты очень скоро отдашь концы от переохлаждения, – она покосилась на его хлюпающие ботинки, – если до того с тобой не приключится еще какая напасть.

– А что тут еще может со мной приключить… ся… – Шимаэл запнулся, внезапно услышав донесшийся сзади протяжный волчий вой.

Резко обернувшись, они увидели на тропе леденящий кровь остромордый силуэт, черным пятном маячивший на фоне белесой водной пыли, поднимающейся от бурлящей реки. Волк снова задрал морду к небу и завыл, и на сей раз откуда-то сбоку послышался ответ. Опустив нос к самой земле, хищник неспешно потрусил за Сейрой и Шимаэлом.

– Вот и ответ пожаловал, – чуть ли не удовлетворенно констатировала девушка. – Как тебе такое приключение?

– Сильный дождь должен смыть наши следы, – предположил Шимаэл без особой надежды.

– Вряд ли. Волк слишком близко, и уже может чувствовать наш запах, теперь следы ему не особо нужны.

– Что будем делать?

– Шевелить ногами, что же еще! – Сейра крутанулась на месте и быстро пошла вперед, Шимаэлу ничего не оставалось, как припустить за ней следом, – только умоляю, не беги, а то ты его раньше времени спровоцируешь.

– Почему он не нападает, – Шимаэл оглянулся на волка, который брел позади, никуда не торопясь и не предпринимая попыток приблизиться.

– Стаю поджидает, они охотятся только сообща.

– Спасибо, утешила.

– Зато это дает нам немного времени, –  Сейра остановилась и сверилась с планшетом, – мы должны успеть добраться до защитного периметра, там им за нами не пройти.

– Еще далеко? – животные инстинкты Шимаэла настойчиво дергали его за ноги, побуждая к немедленному бегству. Сейчас он даже завидовал своей спутнице, душа которой, похоже, окончательно утратила всяческую чувствительность.

– Не очень, – Сейра махнула планшетом в сторону леса на левой стороне тропы, – свернем прямо здесь. Наш корабль за этим перевалом, с вершины гряды его уже должно быть видно.

– Пошли быстрей!

– Не паникуй! – вновь одернула пилота Сейра, – не показывай свой страх! Стая должна считать нас серьезными противниками, тогда они не станут нападать сразу.

– Тебе легко говорить! – простонал Шимаэл, – а у меня поджилки трясутся.

Он испуганно озирался по сторонам и вздрогнул, увидев дальше на тропе пару зеленых светящихся точек. Компания постепенно подтягивалась на вечеринку.

– Разрази меня гром! – девушка насмешливо на него посмотрела. – Ты же на войне ходил на диверсионные вылазки! Разве дикое животное опасней вооруженного человека?

– Как сказать, – Шимаэл отвел взгляд, лихорадочно придумывая убедительное оправдание.

Перед его глазами опять всплыла сцена из такого далекого детства, сцена, которую он безуспешно закапывал на заднем дворе своей памяти – его отец, удерживая одной рукой дрожащего от страха маленького Шима, отбивается тростью от разъяренной стаи бродячих собак. Оскаленные клыки, топорщащаяся шерсть, капающая из пастей слюна – эти образы раз за разом возвращались к нему в ночных кошмарах, заставляя вскрикивать и просыпаться в холодном поту. Шимаэл ненавидел собак всеми фибрами своей души, и они отвечали ему взаимностью, каждый раз безошибочно выискивая в толпе самую благодарную жертву – его.

Теперь и он сам начал понемногу пропитываться тем же самым чувством безысходности, которое некоторое время назад подкосило Сейру. Он ни за что на свете не поверил бы, что волки оказались здесь случайно. И мысль о том, что кто-то читает его разум как открытую книгу, обращая против него его же собственные страхи, начисто лишала Шимаэла воли к сопротивлению. Какой смысл брыкаться, когда все уже давным-давно предопределено.

Будь ты проклята, Оди!

– Тогда я сам был охотником, и отнюдь не безоружным! – со вздохом объяснил Шимаэл. Он так и не нашел в себе смелости открыто признаться Сейре в своей фобии.

– Так в чем вопрос?!

Девушка вынула из кобуры на поясе пистолет, передернула затвор и, вскинув руку, выстрелила в воздух. Звук выстрела мгновенно растворился в шуме ливня, не успев породить даже маломальского эха. Тем не менее, светящиеся глаза мгновенно метнулись в сторону и исчезли. Обернувшись, Шимаэл обнаружил, что и первый волк счел за благо скрыться среди деревьев.

– Вот, – Сейра протянула ему пистолет рукояткой вперед, – так тебе спокойней?

– А как же ты?

– У меня в запасе еще есть один коготок, – она вытащила из чехла нож Одэзи, – я тоже царапаться умею! И неплохо!

– По мне, так пистолет надежней.

– Вот и оставь его себе, – Сейра подтолкнула Шимаэла к лесу, – в нем осталось еще восемь патронов. Я хочу, чтобы у тебя была возможность избежать обещанной мучительной смерти, так что считай выстрелы. Последний – твой.

– Умеешь же ты вселять в людей надежду, – угрюмо буркнул пилот и нырнул в заросли.

Лес, однако, вскоре начал редеть, а потом и вовсе закончился, открыв взгляду макушку каменистой гряды, голую как темечко монаха. Гроза к этому времени вышла на крейсерскую скорость, и раскаты грома слились в равномерную канонаду массированного артобстрела. Оглянувшись на подъеме, можно было увидеть, как мерцает, подсвечиваемая молниями, сплошная пелена дождя. Кроме нее, во всем мире ничего не осталось. Ливень словно отсек от Клиссы небольшой кусочек, изолировав на нем двух измотанных до предела человек вместе со стаей голодных волков, в приступе садистского любопытства желая посмотреть, чем все закончится.

Судя по всему, звери и впрямь были здорово голодны, потому что вскоре начали сжимать кольцо вокруг Шимаэла и Сейры. Белые всполохи выхватывали из темноты их покрытые блестящей мокрой шерстью спины. Миг – и во мраке оставались светиться лишь их зеленоватые глаза, как люминофор, вобравший в себя немного света.

– Проклятье! – Сейра поймала Шимаэла за локоть, – мы не успеем. Они окружат нас даже раньше, чем мы доберемся до вершины.

– Остались от козлика рожки да ножки…

– Отставить панику! Давай ближе ко мне, спиной к спине! – она развернула пилота лицом вверх по склону и прижалась к нему сзади. – Если кто-то из них приблизится так, что ты сможешь выстрелить наверняка, то стреляй. Пошли потихоньку.

– Я же ни черта не вижу! – в отчаянии воскликнул Шимаэл, – у меня все очки забрызганы!