ГЛАВА 17 ЛИЛИАНА

Ромеро только что убил члена Синдиката из-за меня. Наши глаза встретились, и ледяной ужас разлился в моей груди. Ромеро вытер нож о штанину моего мужа, прежде чем засунуть его в ножны.

Мое горло сжалось, когда я подошла к нему.

— Это значит — война.

— Мы можем придумать историю. Я притворюсь, что потерял рассудок. Типа я постоянно волочился за тобой, но ты никогда не интересовалась мною, и сегодня меня окончательно переклинило: я ворвался в твою спальню, напал на мужа, который пытался защититься ножом для открывания писем, который я затем и использовал, чтобы заколоть его. Мы можем сделать так, будто я пытался изнасиловать тебя, потому никто не догадается, что ты в чем-то замешана. Никто не усомнится, глядя на то, как ты выглядишь, — он погладил мою щеку. — Ублюдок мертв так скоро из-за того, как относился к тебе.

Я не могла поверить, что Ромеро предлагал нечто подобное. Все было и без того плохо из-за того, что я втянула его. Я не могла позволить Ромеро выглядеть как мерзкому насильнику для того, чтобы спасти себя.

— Я не стану притворяться, что ты пытался меня изнасиловать. Ты — единственный мужчина, с которым я хочу быть.

Ромеро пересек расстояние между нами и крепко обнял меня. Его запах, тепло, то, как мое тело идеально подходило к его — все ощущалось таким правильным. Мои глаза нашли тело Бенито на полу. Я попыталась быть ему женой и провалилась, но не чувствовала сожаления из-за этого. Я никогда не хотела этого, и он знал об этом с самого начала. Бенито пытался взять меня силой, может, он и не заслуживал смертного приговора, но он жил в мире, где смерть почти всегда выступала в роли наказания. Его глаза все еще были открыты, и казалось, что он пялится прямо на меня. Чем дольше я смотрела на него, тем хуже, казалось, становилось выражение его глаз. Я сильно задрожала.

Ромеро аккуратно отодвинулся от меня.

— Не смотри на него.

Он подошел к телу и развернул Бенито так, что теперь он смотрел на пол, а не на меня. И так я почувствовала себя лучше. Он все еще был мертв, но, как минимум, больше не смотрел на меня с этим укоризненным выражением.

Я, спотыкаясь, подошла к кровати и села. Мои ноги слишком дрожали, чтобы стоять ровно. Ромеро постоял немного, прежде чем присоединиться ко мне. Он погладил мою щеку большим пальцем, стирая несколько слезинок. Я даже не заметила, что вновь начала плакать.

— Теперь он мертв. Он больше не причинит тебе вреда, — сказал он грубо. — Больше никто не причинит тебе боль. Я не позволю.

— Если ты признаешься в убийстве Бенито, тебя убьют, и потому ты не будешь рядом для того, чтобы защитить.

Может я пыталась надавить на чувство вины, но я не могла позволить Ромеро взять ответственность на себя.

Взгляд Ромеро переместился на Бенито и лужицу крови, увеличивающуюся вокруг него, превращая бежевый ковер в море красного.

— Мы не сможем скрыть это. Даже если мы вынесем его из дома и никто не заметит, мы не сможем избавиться от крови на ковре. Люди что-нибудь да заподозрят. И кто-то должен будет взять вину на себя.

Я закрыла лицо руками, отчаяние разрывало меня изнутри.

— Я должна была позволить ему взять меня. Должна была вынести все это, как и многие другие женщины до меня. Но я повела себя как эгоистичная сука.

— Нет, — резко сказал Ромеро, поддевая пальцем мой подбородок и приподнимая лицо. — Я рад, что ты пырнула его. Я рад, что он мертв. Рад, что он не получил того, что не заслуживает. Ты слишком хороша и прекрасна для этого ублюдка.

Я потянулась вперед и поцеловала Ромеро. Я бы хотела углубить поцелуй, несмотря ни на что, хотела бы потеряться в Ромеро, как обычно это делала, но он был куда более осознанным, чем я, а потому отодвинулся.

— Я должен позвонить Луке. Как его солдат, я как минимум должен во всем сознаться ему, а там уже его дело — решать, что будет дальше.

— Что если он решит убить тебя, потому что хочет сохранить мир с Чикаго? — тихо спросила я. — Ты же знаешь, как он был зол, когда узнал все о нас. Даже Ария не смогла убедить его рискнуть развязыванием войны ради меня.

Какое-то время Ромеро просто смотрел на меня, затем вытащил телефон и приложил к уху.

— Тогда я приму наказание.

— Нет, — внезапно сказала я, откидывая его телефон. — Позволь позвонить Арии. Она сможет убедить Луку. Он прислушается к ней.

Ромеро грустно улыбнулся.

— В данном случае даже Ария ничего не сможет сделать. Лука — Капо, и если ему необходимо принять решение ради защиты Семьи, он не позволит Арии сбить его с толку. Ты сама это сказала. Он уже отказывался прислушиваться к Арии.

— Прошу.

— Я должен сделать это. Я не могу прятаться за твоей или Арии спиной как трус.

Ромеро вновь поднял телефон, и в этот раз я не стала мешать. Он был прав. Лука, вероятно, будет взбешен, если я попытаюсь использовать Арию, чтобы манипулировать им.

Я задержала дыхание, пока ждала ответа Луки.

— Лука, мне нужно, чтобы ты пришел в комнату Бенито, — я услышала, как Лука повысил голос на том конце провода, но не смогла разобрать, что он сказал. Все выглядело не очень хорошо. — Да, я здесь. И тебе стоит поторопиться.

— Черт подери! — достаточно громко рыкнул Лука, чтобы я это услышала, а затем повесил трубку. Ромеро медленно опустил телефон и засунул его в карман.

Я взяла его за руку, нуждаясь в подтверждении того, что он и правда был здесь.

Ромеро смотрел на тело Бенито, но даже не пытался сказать мне, что все наладится. Я была рада, что он не пытался врать. Я положила щеку на плечо Ромеро.

Раздался тихий стук. Я выпрямилась, но моя хватка на руке Ромеро усилилась. Я не хотела позволять ему идти туда. Стоит Луке увидеть, что произошло, и у меня может больше не появиться шанса прикоснуться к руке Ромеро снова, во всяком случае тогда она уже не будет теплой. Я поежилась, вспомнив бездыханное тело мамы. Я не могла позволить, чтобы то же случилось и с Ромеро.

Ромеро поцеловал меня в лоб, затем высвободился из моей хватки и поднялся. Я тоже встала, мои глаза метнулись к телу Бенито. Ярость охватила меня. Если бы он никогда не появился в моей жизни, тогда я могла бы быть счастлива. Но отец, вероятно, нашел бы другого мерзкого мужа для меня. Горло сдавило от ужаса, когда я увидела, что Ромеро надавил на ручку и открыл дверь. Что если Лука решит убить Ромеро в наказание?

Ромеро не распахнул дверь полностью, потому Ария аккуратно скользнула в комнату. Она резко вдохнула, увидев мертвое тело моего мужа, затем кинулась ко мне и обняла за плечи, но мои глаза замерли на Луке, который вошел после нее. Его глаза остановились на Бенито, на ноже для открывания писем, все еще воткнутом ему в бок и на дыре на рубашке, которую оставил нож Ромеро. Ромеро бесшумно закрыл дверь, но не сдвинулся с места. Мне хотелось, чтобы он создал хоть какое-то расстояние между собой и Лукой. Это было странное желание. Будто бы это смогло защитить его.

— Боже, Лили, — пронзительно произнесла Ария. Я не могла припомнить последний раз, когда в ее голосе был такой страх. Я встретилась с ней взглядом.

— Что произошло? Ты в порядке? — спросила она. Ее руки скользнули по моим, глаза уставились на порванную юбку.

Я не ответила. Лука двинулся к телу и присел около него, изучая безмолвно сцену перед собой. Его лицо было каменным. Вот и все. Внезапно я уверилась, что сегодня Лука не пощадит меня и Ромеро. Может, Ария сумеет убедить Луку защитить меня, но Ромеро не настолько везучий. Я знала, что не могу увидеть то, как он умрет.

Лука очень медленно поднял голову и уставился на меня так, что у меня кровь застыла в жилах.

— Что здесь произошло?

Я глянула на Ромеро. Он собирается рассказать правду? Или соврать? Должна быть какая-то история, которая не разозлит Луку настолько, что он захочет убить нас.

Лука выпрямился.

— Я хочу ебанную правду.

— Лука, — возмутилась Ария. — Лили, очевидно, в шоке. Дай ей время.

— У нас нет долбанного времени. Мы в одной комнате с трупом члена Синдиката. Дела очень скоро станут совсем отвратительными.

Ария мягко сжала мое плечо.

— Лили, ты в порядке?

— Все нормально, — ответила я. — У него не было времени навредить мне.

Она поджала губы, но не стала спорить.

— Хватит, — грубо произнес Лука. Он повернулся к Ромеро. — Мне нужны ответы. И помни о своей клятве.

Ромеро выглядел как человек, смирившийся со своей судьбой. Это пугало меня до бесчувствия.

— Всегда.

Лука ткнул пальцем в сторону мертвого тела.

— Что-то не похоже. Или ты скажешь, что Лилиана сама это все сделала?

— Лилиана невиновна, — спокойно ответил Ромеро. Он никогда не называл меня "Лилиана". Что он пытается сделать? — Бенито был все еще жив, когда я пришел. Я пырнул его ножом для писем, потому что он напал на нее. Это была самозащита.

— Самозащита? — пробормотал Лука. Его серые глаза уставились на меня. — И что же он сделал?

— Он попытался взять ее силой, — ответил Ромеро за меня.

— Я тебя не спрашивал! — прорычал Лука. Ария отпустила меня, подошла к нему и положила ладошку на его руку. Лука никак на это не отреагировал, продолжив говорить. — Если он попытался закрепить брак, никто в этом гребанном доме не расценит это как самозащиту. У Бенито были все ебанные права на ее тело. Ради всего святого, он был ее мужем.

Ромеро сделал шаг вперед, но остановился.

— Ты не можешь быть серьезен, — произнесла Ария, ее глаза молили.

— Ты знаешь правила, Ария. Я всего лишь указываю на факты, — произнес Лука куда более спокойным голосом.

Ария всегда так на него влияла.

— Мне плевать. Муж не имеет права насиловать свою жену. И все в этом доме обязаны согласиться с этим.

Я поежилась. События вечера пронеслись перед глазами. Я просто хотела лежать в объятиях Ромеро и забыть обо всем. Ромеро подошел ко мне и обнял меня за плечи.

Лука нахмурился.

— Я говорил, что все закончится пиздецом. Итак, дай отгадаю. Лилиана пырнула мужа, позвонила тебе, и ты закончил это гребанное действо, чтобы она осталась с тобой.