ГЛАВА 29

ДЕМИ

Мы лежим на диване, за окном садится солнце, Майя свернулась калачиком у нас под ногами.

— Почему ты снова смотришь это бессмысленное шоу? ― Пакс прижимается ко мне, мое тело ― большая ложка.

— Потому что я люблю любовь. И это бездумная драма, а иногда девушке просто необходимо удовольствие. А теперь замолчи, иначе ты не сможешь остаться здесь и смотреть. ― Я снова обращаю свое внимание на телевизор, наблюдая, как двадцать пять женщин борются за внимание одного мужчины.

— Но из твоих сисек получаются отличные подушки. ― Крупный мужчина, занимающий мой диван, прижимается еще сильнее, заставляя меня хихикать.

Если бы кто-то смотрел на Пакстона прямо сейчас, он бы посмеялся над тем, насколько большим ребенком на самом деле является этот футбольный мачо.

Вот так мы провели последний месяц. Пакстон практически поселился у меня, он берет Майю на утреннюю пробежку сразу после того, как я выезжаю из дома, и они пытаются догнать меня до конца улицы, прежде чем моя машина свернет налево в сторону города. Я готовлю нам ужин и сижу с женами на воскресных матчах. По моему настоянию Пакстон заправляет кровать с правой стороны, а я научилась не оставлять зубную пасту на стойке, потому что это сводит его с ума.

Я не знаю точно, когда мы попали в эту рутину, в эту сказку пригорода... но я в раю. Чертовски люблю это. Я не говорила ему об этом; я так боюсь произнести слово на букву Л, что практически выпрыгиваю из своей кожи каждый раз при одной мысли.

За последний месяц мы смешали наши жизни... и каким-то образом сделали их еще лучше. Мы дали нам шанс стать командой, реальный шанс на отношения, и, черт возьми, мы выбили все из колеи.

Парень по телевизору спрашивает одну из девушек о прошлых отношениях, и у меня в мозгу загорается лампочка. Они говорят о бывших, и видно, что парень только и делает, что рассматривает ее сиськи, пока она болтает о пятилетних отношениях, которые она только что закончила перед приходом на шоу.

Красная тревога, приятель.

Я поворачиваюсь к Паксу, иногда ненавидя пошлый драматизм этого шоу.

— Итак, ты знаешь о моей истории, пока мы были в разлуке. Разрушенная помолвка и все такое. А как насчет тебя? Ты же не можешь сказать мне, что в твоей жизни не было женщин.

Когда мы были... кем бы мы ни были в колледже, я мучила себя. Следила за его страницей на Facebook, чтобы узнать, с кем он общается, и не отметила ли какая-нибудь девушка его фотографию. Я не могу не делать этого и сейчас, задаваясь вопросом, были ли у него серьезные отношения за то время, что я его не видела.

Пакс взъерошивает мои волосы, прижимаясь ближе.

— О нет, мы туда не пойдем.

— Что? ― Я смеюсь. ― Я не собираюсь осуждать тебя. Мне все равно.

Мне было не все равно.

— О, да, тебе не все равно. И это не имеет значения, все в прошлом. Только вперед, помнишь?

Я трусь об него по-кошачьи, пытаясь выудить из него информацию.

— О, я знаю. Но неужели не было никого особенного?

Пакс вздыхает, проводя пальцами по кончикам моих волос. Это отвлекает и приятно, и он знает, что делает.

— Неважно, была ли в моем прошлом сотня женщин. Я был влюблен только в одну. В тебя. Я люблю тебя. Я влюблен в тебя, ― Пакс говорит это так буднично, как будто мы все еще говорим в шутку, подтрунивая друг над другом.

Я ошеломлена, мои пальцы приостанавливаются на середине поглаживания его руки.

— Я долго ждала, чтобы услышать от тебя такие слова.

Он смотрит прямо мне в глаза, его интенсивней голубой взгляд еще больше усиливают мой паралич.

— И мне жаль, что это заняло у меня так много времени. Думаю, ты просто опередила меня в зрелости. Нет, я знаю, что это так.

Я убираю руки с его плеч, устраиваясь так, чтобы мы могли смотреть друг на друга, лицом к лицу.

— Да, это так. Именно поэтому я могу признаться, что любила тебя десять лет. Даже когда ты не любил меня в ответ, даже когда мы уже совсем не знали друг друга. Я могу признаться в этом без смущения, потому что это были и есть мои истинные чувства. Потребовалось многое, чтобы дойти до этого места, но... Я люблю тебя, Пакс. И я больше не боюсь этого.

Он держит мое лицо в ладонях.

— Тебе не нужно бояться. Я никуда не собираюсь уходить. Я люблю тебя.

Одна из женщин на шоу прерывает нас, рассказывая драматическую исповедь о том, как она безумно влюблена в этого парня после всего лишь недели знакомства с ним.

— Видишь, нам нужно взять страницу из их книги. Перестать тратить столько времени, просто признаться друг другу в любви после недели знакомства, а потом пожениться через восемь недель. ― Пакс показывает мне язык, снимая напряжение момента.

Мы оба признались в этом, и с нас словно сняли груз. Я знаю, что он отвечает на мои чувства, которые я испытывала так долго.

Но мое сердце замирает, когда он произносит слово «жениться». Мы не часто говорили о будущем, были сосредоточены на настоящем. Произнесение этих трех громких слов ― это самое большее, что мы сделали для долгосрочного будущего, но я не могу солгать и сказать, что не фантазировала о том, как иду по проходу к Паксу.

Не могу солгать и сказать, что не мечтала о дне своей свадьбы с тех пор, как была маленькой девочкой. Как будет выглядеть платье, под какую песню мы будем танцевать. И десять лет я мечтала, что именно Пакстон Шоу скажет «согласен», стоя напротив меня.

— Ну, тогда мы отстаем, и тебе лучше заняться этим, ― шучу я, прижимаясь к нему, прежде чем он сможет снова использовать меня в качестве большой ложки.

— О, я так и планирую. ― Пакс целует меня в макушку.

И мое сердце трепещет.