Подозревая, что приверженец лжи и обмана Гранд может хранить тайные сведения о своих связях с космосом или какую-нибудь информацию, относящуюся к крушению корабля, в забытых официально недействующих зданиях, Спаун отправился туда на разведку.

Входная дверь оказалась открытой нараспашку. Ночник (второе прозвище мстителя) решительно шагнул внутрь неизведанного, оснащенного системой охраны коридора. Оценив ситуацию, он нашел обязательным использование относительно недавно появившегося на рынке устройства – криптографического секвенсора.

Имея в наличии данный девайс, можно заполучить доступ к консолям охраны, к недоступным для обывателей зонам. Кроме того, секвенсор позволяет прослушивать радиочастоты, записывать их, после занося в мини-компьютер.

Спаун не такой, как все, хоть и человек. Он проходит там, где нельзя, без существенных затруднений.

Перехитрив умную защиту, Ночник поднялся на второй этаж. Ступеньки потихоньку сгнивающей лестницы хрустели под весом этого двухметрового качка.

Луч включенного фонаря, прикрепленного к многоцелевому поясу, выхватил из темноты фанерные стеллажи с провиантом. В озаренной светом дали находилась межсекторная деревянная дверь.

Не представляя, с чем придется столкнуться в бывшей резиденции “оборотней”, Спаун глубоко вздохнул и рывком переместился в другую комнату.

На среднем этаже, в правой безоконной стороне, стояли десять контейнерообразных капсул, в которых плавали человеческие тела. Избранные для чего-то ужасного, тела не шевелились, дышали с помощью приборов, напоминающих респираторы, с длинными проводами, подключенными к отверстиям на дне.

Ночник заметил приклеенные к стене напротив медицинские отсчеты. Эти бумаги оказались очень полезны, в них находилась подробная информация по поводу “избранных”.

Сыщик быстро пробежался глазами.

Комиссия решила, палачам требуется независимость, свобода, хотя бы мнимая. Моей целью было воссоздать иллюзию свободы – то, из-за чего они будут считать себя живыми. С момента, как я дал согласие помочь своим покровителям в изучении возможностей подопытных, прошел год. За это время доктора отделения поняли, чего хотят все живые создания - чувствовать себя нужными.

В Grand Corporation палачей давно не считают людьми. Цинизм неотъемлем в крупном бизнесе. Но таким упырям тоже, как ни странно, нужна важность, тем они не сильно отличаются от их жертв – палачей. Лишь привилегии, удачный жизненный период и частичная власть отличает извергов из Corporation от капсул.

Спаун понял, для чего Гранду нужны опыты – чтобы создать совершенное биологическое оружие.

Без регулярных инъекций палачи – всего лишь люди. Постоянного эффекта удалось добиться лишь единожды: в случае с русским добровольцем, по общему убеждению, произошло какое-то чудо. Вещества, которые мы два раза в сутки вводим в кровь подопытных, рождают навязчивые утопические галлюцинации.

Таким извращенным образом мы обязаны обманывать наших пациентов - менять реальный ад на ненастоящий рай, только лишь для того, чтобы нас не прикрыли. У Лэтса Гранда больше власти, чем у любой другой акулы Нью-Йорка, идти против него - самоубийство.

Я ответственен не только за свою жизнь, но и за жизни коллег. Именно забота о своем врачевательном деле заставила меня пойти на сделку с люцифером.

Для испытания аморальных биотехнологий богач, нетрудно догадаться, использовал похищенных бездомных, от которых не требовалось согласия на участие в эксперименте. Доктора тайно удерживали этих бедняг, подвергая жутким опытам.

Я стал, образно говоря, гидом, сопроводившим подопытных в их новый мир, запечатлел все самые неудачные моменты, которых, к счастью, было немного.

Побочные эффекты тревожили по минимуму. Парочка неудачных экземпляров, плохо перенесших первичную стадию и, как результат, утративших когнитивные функции, не повлияли на объективно положительную статистику.

Мы любой ценой выполним требования Grand Corporation и вернемся к нормальному графику, заново откроем клинику, сделаем ее комфортабельнее и лучше, чем она была до перерождения.

Хотя чем дальше мы заходим, тем сильнее меня раздирает совесть, чего, в принципе, и следовало ожидать. Опасаюсь появления суицидальной страсти. Верно щебечут, совесть - друг нравственности, но недруг прогресса.

В душевных изливаниях доктора пробегали ноты неоригинальной философии, аналогичной цитаткам-статусам фейсбука.

Спаун сравнил неестественный для простого смертного кожный покров узников капсул с кожей-броней Антона Белова – первого подопытного, за которым прочно укрепилось прозвище Палач. Так его назвали в честь проекта.

Остальные подопытные, судя по заметкам дока, владели лишь базовым набором знаний и навыков, сильно проигрывая в социальной адаптации и реализации возможностей из-за излишне подавленной воли.

- Куклы… - произнес безупречнейший детектив, и отправился на заключительный этаж бывшей клиники.

Еще не открыв дверь отделения, Ночник наступил на разбросанные по полу папки, из которых выглядывали порванные листы, и, не раздумывая, поднял их. Чем были примечательны эти документы, он узнал почти сразу – под длинным перечнем фамилий пациентов красовалась знакомая подпись:

Grand

Бесцельно покопавшись в бумагах, Спаун зашел в отделение.

Ночь сопровождала героя с первых минут его становления, не упускала из виду, шла по пятам. Ночь успела к нему привязаться: встречала в темных коридорах заброшенных фабрик, в психлечебницах, в требующих срочного ремонта грязных экс-клиниках.

Ее тяга к Спауну воспринималась, как нечто физическое, материальное, не шла ни в какое сравнение с проклятиями других супергероев. И любовь эта, скорее, материнского характера.

Через десять минут после смерти отца Джон Вэйн выбежал на улицу, в дождь, в ночь. Он понимал, жизнь никогда не будет прежней и нужно быстрее хвататься за ум. Вэйн не вернулся в Мракан-сити, обосновавшись на острове рядом с Нью-Йорком.

Так появился Спаун – причина страхов осиротевшего магната.

- Джерри.

- ))

- У меня неплохая новость.

- Так поделись.

- Найдена лаборатория Адвоката, видимо, та, что долгое время считалась мифом нефункционирующей преступности. Запрашиваю эвакуационную технику, намечается жара...

- Ух, да ты успешен! А как же крушение?

- Увы, ничего…

Поговорив с приветливым сынком генерала по рации, Спаун установил заряд с ограниченным радиусом действия, проопционировав таймер – минута до взрыва.

Направившись к выходу, спрыгнув с третьего этажа на второй, мститель краем глаза увидел высвободившихся из стеклянного заточения монстров. Это повысило градус саспенса.

Тела без памяти, без отчета и души, не пытались покинуть клинику. Они бы не поняли, даже если бы им сообщили, что произойдет.

Спаун машинально разбил стеклопакет и вылетел (выпрыгнул) в окно. Падение получилось скомбинированным, без ошибок в приземлении.

Один, два, три…

Герой накрылся собственным плащом из программируемой материи, защитившись от полетевших в его сторону кусков кирпича, обугленных деревяшек и мелких осколков. Главное назначение плаща - полет: благодаря особой структуре он, ощущая падение своего владельца, становится плотным, превращаясь в аналог планера и позволяя пикировать с любой высоты.