- Что ж – Лэтс вонзился взглядом в мраморный пол, - И теперь я желаю услышать искреннее отношение. Без присущей галстучковым партнеришкам лести, если, конечно, вы не до конца утратили последние юношеские представления о чести!

Мужики не поделили. Тот, что в форме, схватил второго, того, что в костюме, за воротник.

Сцепившихся попытались разнять лобастые охранники.

Брукс крикнул:

- Отзови своих псов!

- Не нужно! – повелел Гранд, - Мелкому недопониманьицу, случившемуся во время серьезнейших переговоров двух очень важных дяденек, лучше остаться незамеченным. Мы ведь взрослые, а, значит, сами в состоянии разобраться.

Гость аж запыхался.

- Ну, ты и скотина, Лэтси…

- Все хорошо – Гранд налил ему воды, - Выпейте…

То, ради чего Адам навестил мелкую базу в беспросветной пустыне, пожертвовал валютой, свободным временем, нервами, находилось под землей. На расстоянии ста семидесяти метров.

Там был тайный научный комплекс, где сотня другая светлых умов днями билась над чем-то, что единицам подарит господство, а миллионы поработит.

Сердце Адама, пережившее в позапрошлом году два микроинфаркта, забилось от узренного: в самой первой лаборатории хирург (или кто-то там) отпиливал голову гниющего, покрытого синими волдырями антропоморфного гиганта.

Живущий под песками “научный ад”, огороженный от остального мира, благоденствовал, цвел. Ветви его интенсивно разрастались, доставая до всех медицинских и фармацевтических отраслей.

- Твою ж мать… - зрелище вызвало у посетителя необузданное отвращение, - Боже, Гранд, что за дерьмо вы тут держите?

Кожу гиганта покрывала зловоннейшая слизь.

- Издержка… - Адвокат сохранял инертное спокойствие, словно его ничуть не напрягала водящаяся в лабораториях мерзость, и он давно привык к здешней фауне, - Доброволец проходил первую фазу эксперимента, который должен был сделать его сильнее, увеличить мускулы. Вышла накладочка. Вместо ожидаемого эффекта, парень мутировал во что-то непонятное и беднягу пришлось усыпить – брови злодея сдвинулись к переносице, - Парень полакомился четырьмя сотрудниками, прежде чем скончался от несовместимых с жизнью органических изменений. Так-то…

Прошедшая мимо беседующих девушка в белом халате открыла доступ к прежде закрытому отделению комплекса – хранилищу.

Спохватившись, Лэтс кликнул леди, чтобы та не сочиняла новый код, и вошел туда вместе с генералом.

Гость осмотрелся: тёмный зал, почти ничего не видно, кроме мелькающих вдали оранжевых искорок и стоящего на лестнице-раскладушке трудяги-электрика. Особа, имеющая доступ ко всем конфиденциальным данным комплекса, объяснилась перед шефом.

- Мы еще не закончили. Человек только прибыл…

Босс, как всегда, не принимал оправданий:

- Мисс, я ничего не хочу слышать. В вашем распоряжении был целый день. На что вы его потратили, меня совершенно не волнует – намеком на невыдачу зарплаты оказался пальцевый жест.

- Совокупность интересов объединившихся, имеющих общее предназначение!

Через полчаса дали свет и Гранд радужно продемонстрировал генералу последние научные шедевры: спящий отряд независимых во время выполнения операций, сверхразумных, но подчиняющихся воли полководца существ. Пуленепробиваемый монолит.

- Да… - на Брукса снизошло запоздавшее озарение. Генерал в корне изменил мнение о деле содейственника, - Вы меня убедили, Гранд. Я ясно разглядел картину – но он скорее разочаровался, нежель обрадовался, - Вы безумен. Настолько, что не выдать устами и пером не начеркать.

- Звучит мелко – Гранд почти не обратил внимания на схожий с оскорблением вывод гостя, - Не торопитесь, я ведь еще не все рассказал о грядущем – злодей подошел к проекционному стодюймовому монитору, стоявшему неподалеку от серебристого системного блока, - Я только в последние два года стал интересоваться политикой. До этого политика была мне чем-то чуждым, поверьте. А я уже, в отличие от запылившихся авторитаторов, коммунизмокаторов, предвижу что-то очень крупное!

Появившаяся на мониторе географическая карта подтвердила худшие опасения Брукса.

Не пришлось долго думать, чтобы понять – крестики на карте это отметки. Выбранные для уничтожения цели!

- Своеобразная программа утилизации будет запущена в среду ночью – объяснил Гранд, - Это произойдет, когда все будут сладко спать. В своих мягких кроватках.

Крестов стало больше…

Сердце генерала застучало сильнее. Невольный зритель не смог соблюсти равнодушие.

- Ну что, поверили в мою скрупулезность? Мм?

Вопрос Гранда остался проигноренным.

- Как вы собираетесь уничтожить целый континент?

Губа Адама дрогнула.

- Палачи… - Адвокат приложил руку к толстому стеклу, за которым в стоячем положении хранилось тело одного из подопытных, удачно переживших эксперимент, - Находясь вместе на одной территории, монстры образуют сильное электромагнитное излучение. Выброс смертоносных веществ.

- Живые бомбы… - сказал генерал.

- Да, попали в точку!

Не просто живые. Живучие…

Глава 18 – совесть ОПБ.

Маленько отойдя от истории с похищением Героймена и вынужденной ликвидацией Саммерса, Родригес вновь собрал отряд. По просьбе правительства, разумеется, отдавшего самое, что ни на есть, безрассудное указание – уничтожить супергероев.

Как человек, ответственный, в первую очередь, за безопасность команды, Тейлор выдвинул протест и попытался предотвратить очередной, ненужный, попахивающий гарью конфликт.

Но ему не удалось уговорить заместителей.

Никмунд предпочел избежать каких-либо комментариев и сказал Родригесу поступать, как велят. Для построения мотивации президент выдавил несуществующую цитату “все мы пешки в чьей-то игре, наша жизнь - сплошная служба”. И командир был бы рад согласиться с данным утверждением, рад бы просто последовать полученному приказу, но душа кричала об обратном.

А против себя пойти он не мог.

Поставив перед собой задачу уговорить Тейлора подчиниться, Никмунд пригласил его в кабинет своего заместителя и разлил по стаканам вино.

- Вы же не хотите повторить ошибку военачальника Рили?

Приглашенный не боялся говорить так, как думал.

- Провокационно с вашей стороны. Не находите?

Гарри прикинул:

- Возможно – без “но” не обошлось, - Но вы вынуждаете опускаться до провокаций. Отряд побывал в самых разных горячих точках, а вы в чем-то еще не уверены… Странно!

- Сомнения в силе здесь роли не играют – покосивши взгляд, ОПБ-шник признался в следующем, - Здесь кое-что другое.

- Что же? Просветите… - не дождавшись ответа, президент попытался догадаться, - Высокие моральные принципы?

Допив содержимое бокала, Тейлор уставился в лицо дискусанта.

- Я не похож на Рили, правда? – продолжил, - Тот бы уже придумал не один десяток способов устранения.

- И в этом он был лучше вас, хочу сказать.

- Возможно.

- Ну, так что, какой ответ? Дальнейшая служба родине или добровольная отставка?

- Знаете – Родригес встал с кресла, оборонительно скрестил локти на груди и заглянул главе государства в глаза, - Я союзник, а не марионетка на тоненьких веревках. Затеять баталию с теми, кто пытается помочь, мне, прежде всего, не разрешит здравый смысл.

Президент вел себя не иначе, как чья-то игрушка. Не желая объяснять причину данного приказа, он ставил под сомнение свою благонамеренность.