Точка

Он стоял там, все пытаясь решиться на то, что было под запретом, а может и не было, раз она пришла. Девушка явно лукавит, говоря, что ничего не предлагает, иначе зачем тратить своё время на него.

— Не смотри так, — она первая нарушила молчание. — Со мной все хорошо. Забей, окей? — он поднял брови, не поспевая за ходом ее мыслей. Немного недоумевая, что нужно говорить в такой ситуации, он просто кивнул.

— Ладно, я пойду, — она помахала друзьям, сидевшим сзади, и быстро улыбнулась ему. Офелия отвернулась, чтобы уйти, но он остановил ее, взяв за руку.

— Слушай, давай просто общаться, нормально, без вранья и притворства… — она перебила его и освободила руку:

— Я не врала тебе, — обиженно произнесла девушка.

— Хорошо, — Никита протянул ей ладонь в ожидании рукопожатия. — Будем дружить! — она не сразу решилась, но все же пожала его руку и с того момента вся взбешённая буря внутри обоих успокоилась и улеглась. Но на долго ли?

«Наконец-то с этой армянкой все решилось!» — облегченно думал он, немного подустав от всего негативного, что с ним происходило все то время, которое они были знакомы. Никита чётко понимал, что вся эта вечная, да и к тому же безосновательная, война ему не нужна. После всех происшествий, которые все же позитивно разрешились, школу все так же не особо хотелось посещать, но время, проводимое в учебном заведении, стало более расслабленным и приятным.

С Офелией они не то чтобы сразу сдружились, но никакого напряжения между ними не было. Разговаривали они крайне редко, в основном по делу. Радовало, что больше девушка не донимала его своими чувствами — все выглядело так, словно никакого признания вовсе не было и ему все это приснилось. Абсолютно спокойное и адекватное поведение девушки несомненно радовало. Она даже стала позволять ему списывать у неё ненавистную домашнюю работу — это было особенно ценным для него и теперь вообще не следовало задумываться о домашней работе и дома после школы он либо спал, либо отдыхал.

— Приятно иметь, как ты говорил, «зубрилок» в друзьях? — саркастически спросил Глеб, ухмыляясь над другом, который сидел за местом Офелии и списывал алгебру.

— Бесспорно, дружище, — не отрываясь от тетради, ответил Никита.

Не смотря на спокойную обстановку в школе, атмосфера в доме накалялась все сильнее и становилось только хуже. Отец продолжал пропадать на «работе» и «в разъездах по работе». Если бы Татьяна Львовна не молчала и пригрозила ему, Никита тут же встал бы на её сторону, но её поведение "великомученицы" злило не на шутку. Это все невозможно было молча терпеть и продолжать жить, принося себя в жертву и ища при этом тысячу причин, чтобы не уйти. Из-за семейных проблем в доме, Никита часто начал уходить из дома в поиске развлечений и способов забыться. На одном из таких вечеров он встретил Настю в компании незнакомых ему людей. В тот вечер она сама проявила к нему внимание и первая подошла, завязав непринуждённую беседу.

— Приветик, — мурлыча, протянула девушка, оказавшись рядом с ним, когда он сидел за барной стойкой и общался со знакомым ему барменом. Никита быстро оценил ее внешний вид своим холодным взглядом и сухо отозвался в ответ:

— Здорово.

Эта блондиночка походила на стройную лань, на ней было обтягивающее платье с будоражащей воображение длиной, еле прикрывавшей ее бёдра, рукава были длинными, зато на спине красовался глубокий вырез. Парень всегда задавался вопросом, что девушки носят под такими платьями если застежку от бюстгальтера не видно было. Грудь очевидно находилась в приподнятом состоянии, но лифа там не было.

— Хорошее платье, — сделав глоток янтарной жидкости в стакане, подметил он холодным и безразличным тоном, но это девушку не смутило и не оттолкнуло.

— Спасибо, — Настя продолжила кокетничать. — Можно мне кровавую Мэри, пожалуйста, — она обратилась к бармену, а потом обратно к собеседнику.

— Чего без своей свиты на этот раз? — сказав он, даже не взглянул на неё.

— Какая свита? — насмешливой фыркнула Настя. — Это мои дражайшие подруги, — в голосе прозвучала ирония, что позабавило его и он ухмыльнулся, но сказать ничего не захотел. — А что, ты хотел кого-то ещё видеть? — насторожилось она.

— Нет.

— Вот и отлично, — снова оживилась Настя и принялась потягивать свой коктейль из соломинки, весело двигаясь в такт музыке.

— Ну, что ты молчишь, поговори со мной, — уверенная в себе особа положила свою руку на его ногу, что привело его в недоумение и он проследил за её рукой, но она предпочитала не обращать внимание на его реакцию и ее рука оставалась там же.

— Я не в настроении вести кулуарные беседы с тобой, — ледяным голосом отозвался парень.

Парень поймал себя на мысли, что было бы неплохо, если бы и Офелия пришла и им выдалась возможность пообщаться в непринужденной обстановке. Она стала ему интересна, когда перестала смотреть на него. Он специально подходил к ней, чтобы спросить какую-нибудь ерунду, а так она даже не поднимала на него глаз. Конечно, она делает это специально, для чего же ещё, чтобы тем самым только заинтересовать его еще сильнее.

— Так почему ты как обычно подруг-то не привела? — наконец, он одарил ее своим любопытным взглядом, но ее почему-то это совсем не порадовало.

— Что ты прицепился к моим подругам? — озлобленно вскрикнула она, на что ему ничего не оставалось, как лишь посмеяться. — Или тебя кто-то конкретно интересует?

— Не знаю, а ты как считаешь? — парень только забавлялся над ней и всерьёз не воспринимал ее.

— Слушай, отстань от неё, ты ей даже не интересен понимаешь? — улыбка с лица испарилась мгновенно от этих слов, ему стало тяжело дышать от сдавливающей боли в груди.

— Думаешь? — он старался выглядеть безмятежно и спокойно, но насколько это было эффективно понятия не имел, наверно, не очень раз девушка была так раздосадована его интересу к другой.

— Конечно, она тебя не рассматривает даже как парня! — он грустно усмехнулся и сделав маленький глоток спросил:

— И что, совсем нет шансов?

— Ты это серьёзно? — пытливо смотря на парня, она ждала ответа, но он только промолчал и ещё выпил. — Нулевые у тебя шансы! — резко заявила она и обернулась, притягивая к себе свой ярко красный напиток.

Он задумался о словах девушки, интересно, она говорит правду? Всего пару недель назад говорить о симпатии, а потом забыть и вычеркнуть? В нем проснулась новая обида на черноволосую девушку.

— Почему не рассматривает, я вроде не настолько плох, — он старательно скрывал свои эмоции.

— Никит, ты шутишь? — в её взгляде читалось, что он явно не в себе, раз несёт такую чушь. — Она в магазин не может выйти без разрешения, какой парень? Тем более русский! Спустись с небес на землю! — в бешенстве выпалила девушка, чуть ли не крича.

Как подобный бред может оказаться правдой? Но ведь Никита ничего о ней не знает, не знает как она живет, кто её окружает, абсолютно не знакомый ему человек, конечно, все могло быть. У неё другая культура и менталитет. Ежу попятно, что их близость из области фантастики. Да он и сам это прекрасно осознавал, но, видимо, просто забыл, а Настя любезно напомнила ему об этом. Теперь он окончательно протрезвел от армянки и больше ни думать, ни говорить об этом не хотелось. Молодой человек быстро высушил свой стакан, слез со стула и бросил:

— Пошли танцевать, — и не дождавшись ответа, ушёл на танцпол.

Веселая музыка накрыла его с головы до ног и помогла откинуть все терзающие душу мысли и отдаться ритму. Настя, естественно, присоединилась, и активно участвовала в танце. Она все время старалась коснуться его лишний раз, терлась об него своей пятой точкой и всячески старалась соблазнить уже нетрезвого парня, обвивала шею руками, наклонялась, кусая его за ухо. Он практически не видел её лица, перед глазами лишь мелькал образ партнёрши по танцу, поэтому ему было все равно на неё. Никита прикрывал глаза и фактически растворялся в музыке и ничего больше не нужно было.

В какой-то момент Настя, воспользовавшись его состоянием, повернулась к нему и обняла его шею и притянула к себе. В следующую секунду он почувствовал вкус её губ, это был вкус алкоголя, смешанный с чем-то кислым, но оставаться равнодушным, будучи здоровым мужчиной, не получилось. Он ответил на ее поцелуй, грубо, холодно, но все же поцеловал в ответ. Парень впустил пальцы ей в волосы, а другой рукой гладил ее спину и спускался ниже. Она позвонила ему все и он, прервавшись на секунду и еле открыв глаза, грозно сказал:

— Это ничего не значит, поняла? Не выдумывай ничего! Я тебя предупредил…

Следующим вечером воскресного дня Никита сидел в гостиной, листая свою ленту в социальной сети, а рядом сидел его отец, активно отвечая на сообщения в «мессенджерах». Они не обращали внимания друг на друга и время от времени потягивали травяной остывший чай. Татьяна Львовна часто готовила такой чай, искренне веря, что он успокаивает нервы и помогает расслабиться. Обычно, по традиции, она всегда сидела с ними, но не в этот раз. Мама отдалялась от отца, как бы сильно она не любила, но правильно говорят, что если не подпитывать любовь, она тоже гаснет, как огонь, или увядает, как цветок. Все было спокойно, пока его отцу не поступил звонок, который он сразу же сбросил, но после тут же позвонили повторно и он ответил.

— Да… Здравствуйте… Давайте завтра. Я сегодня уже не могу, — отец подозрительно откашливался и косо поглядывал на сына и был явно напряжен. — Хорошо, скоро буду, — он разъединился и замер. Станислав посмотрел на сына и сказал:

— Мне нужно отлучиться не надолго, — он выглядел растерянным, притворяться Станислав Никитич, конечно, совсем не умел. Никита посмотрел на отца озлобленным и ледяным взглядом, не желая слушать его совершенно вздорные оправдания.

— Меня, отец, тебе обмануть не получится, я не мама! — дерзко сказал он ему в ответ.