Лёша, в отличии от брата, воспринял решение матери более адекватно и согласился с ее решением, пожелав счастливого пути, и просил не переживать так сильно. Никите было интересно, насколько он спокоен на самом деле и скребут ли у него кошки на душе, как скребутся сейчас у него, безжалостно раня и без того окровавленную душу. Он держался молодцом, даже мог местами пошутить и всячески старался отогнать от происходящего траурный подтекст и добавить во все это побольше сарказма.

А Татьяна Львовна улыбалась. Получалось у неё это не особо правдоподобно, но эта улыбка грела души парней. Никита понял, что дороже этой улыбки у него вряд ли ещё что-то будет, об этом говорило то, как сжимаетесь его сердце, смотря вслед матери в руках с чемоданом, ее уход перевернет его жизнь. Теперь он стал ещё несчастнее чем был, ещё более одиноким и безутешным.

Они с братом долго ещё сидели на вокзале и много разговаривали о семье и уходить ему совсем не хотелось. Лёша предлагал поехать к нему, но смысла не было оттягивать неизбежное, домой все равно пришлось бы вернуться. Такой огромный дом, а внутри совсем пусто, холодно и страшно, как будто этот дом был окутан злом, которое пытается выжить хозяев и они обречены.

Парень вошёл в зал и замер, он хотел ощутить всю атмосферу родительского дома и ужас окутал его. Мертвая тишина дома была такой пугающей и громкой, что давило на его сознание, во мраке показались образы членов семьи, как призраки они жили своей жизнью, которая раньше принадлежала семье Артемьевым. Ему пришлось немного постоять на месте, чтобы глаза привыкли к темноте и когда это случилось, он медленно прошёл на кухню. Оглядев мамины законные владения с тяжёлым вздохом, он сел за стол, не желая включать свет. В этом положении он просидел не долго, просто в какой-то момент домой пришёл отец. Ни один мускул на лице парня не дрогнул, когда родитель встал перед ним в полнейшем недоумении.

— Никита? Что ты делаешь в темноте? — Станислав Никитич испугался при виде сына, который, как статуя, сидел за столом и глазел в одну точку. Никита поднял холодный и равнодушный взгляд на него, чувствуя, как грязные слова подступают к горлу, как рвота, но силы настолько опустошили его, что он не смог что-то сказать.

— Что происходит, где Таня?

В этот момент он принял решение просто скрыться из вида отца, пока он не наломал дров. Парень встал с места и прошёл мимо, когда отец схватил сына за руку и прикрикнул на сына, уже не совладая с эмоциями:

— Я с тобой разговариваю! Отвечай сейчас же! — на это Никита разочарованно оскалился и посмотрел на отца с искренним презрением.

— Наконец-то она сбежала от тебя! Жаль только, что так долго терпела!

Никита резко вырвал руку и заметил шок на лице отца, который пытался осознать все сказанное. Он стоял с опущенными руками и смотрел в пол. На этом все. Никита увидел, что хотел, всеми покинутого отца, который никому больше не нужен, его жалкий и отрешенный вид стал для парня своего рода вознаграждением за все страдания из-за отношения к матери.

Он несколько дней сидел дома, как отшельник, полностью прервав связь с внешним миром. Дома он только и делал, что либо спал, либо просто лежал, ел и избегал ненавистного отца. За все эти дни они ни разу не перемолвились ни словом. Смешно, о чем им теперь говорить, как принять его в качестве отца, как любить его? Последней каплей стал приезд Леши домой, как он выразился, поддержать отца в сложный период. Какой все-таки абсурд и цирк, — бесился Никита. Теперь ещё и Лёша начал его раздражать, он прикидывается или не считает своего отца повинным во всем, что произошло? Может, он ещё и жертва, несчастный мужчина, который устал, обременённый несчастным браком и супружеская верность стала в тягость? Ему просто необходимо вручить титул «великомученика», за все многолетние труды во блога семьи и окружающих.

— Ты куда, брат? — спросил Леша, когда вышел из кухни, услышав шаги брата в зале.

Никита старался собраться как можно быстрее, чтобы поскорее покинуть эту обитель лжи и лицемерия.

— Не знаю, братишка, — сарказмом ответил тот. — А вы продолжайте свои задушевные беседы, о несправедливости судьбы и несчастном исходе вашей богатой филантропией и добром жизни. Вам двоим только нимба не хватает над головой! — он отворил дверь, как услышал голос Станислава Никитича:

— Ты не справедлив ко мне, сын!

Никита даже не удосужил обоих взглядом и бросил через плечо:

— Ты мне противен.

Никита поехал на встречу к Глебу, который все это время не знал о том, что происходит у друга. Он звонил и не раз, но Никита отвечал очень коротко и невнятно, парень просил его не приезжать и позволить остаться в полном уединении. Ему нужно было самому справиться с развалом семьи, нужно было осознать всю реальность происходящего. Мама звонила каждый день по несколько раз и голос ее ни чуть не поменялся, все тот же раздавленный горем голос.

Это был один из любимых баров друзей, парни устроились за барной стойкой. Этого ему явно не хватало — простой поддержки от близкого друга, они отчаянно бросились в реку с горящими напитками, запивая опустошение Никиты и зализывая его раны. За беседой о жизни он не заметил, как время быстро пробежало, а подростки выпили почти пол бара. Никого не смущал их возраст, да и бармен их хорошо знал, его тоже можно понять, от проданной выпивки ему к зарплате капает не плохой такой процент.

Во время разговора Глеб на оскорбительные выражения в адрес отца по больше части помалкивал. Он и без того не раз делал замечание Никите, что он перегибает палку, но тут и сказать нечего. От родительских ссор и расставаний страдали только дети и такое явление сплошь и рядом.

— Я не знаю, как жить с ним и видеть его, — Никита вдруг нервно засмеялся. — Ждать пока он не приведёт домой новую молоденькую мамочку с сочной попкой? — Глеб одарил друга неприязненным взглядом.

— Мда, жутковато становится, — Никита закивал головой и вспомнил ее.

— Знаешь, кого мне не хватало все это время? — неожиданно для самого себя произнёс Никита, смотря куда-то перед собой и при этом расплываясь в умиротворенной улыбке. Алкоголь сыграл свою роль, снимая все напряжение с парня позволил откровенно признаться в том о чем долго молчал. — Богосян, — Глеб хмыкнул и похлопал друга по плечу, закинулся рюмкой с прозрачной жидкостью и закусил лаймом, брызгая соком во все стороны.

— Все-таки не забил на неё, как убеждал меня, да? — засмеялся Глеб.

Никита достал свой смартфон и открыл приложение для обмена фотографиями и видеозаписями с элементами социальной сети. Он открыл ее профиль и принялся по сотый раз разглядывать ее фотографии. Никита задержал взгляд на новом снимке, где Офелия стояла по пояс со скрещенными руками на груди, на фоне парка с желтой листвой, фотография был сделана давно, но это не суть важно. На лице девушки застыла еле заметная улыбка, большие чёрные глаза смотрели куда-то в сторону, даруя кому-то возможность заглянуть в пропасть страсти и желания, не давая обещаний на выживание. Снова ее глаза так легко очаровали его, не позволяя оторваться от них. Они не виделись несколько дней и он определенно понял, что просто соскучился. Как это возможно, ведь она ровным счетом никем ему не приходится, но факт в том, что прогнать ее из мыслей не получилось. Знаете, это как, когда тебя преследуют, так и она была везде, с ним рядом, ее дыхание стучало в ушах, кожа пыталась вспомнить эту теплоту, запах, сознание часто пыталось искать ее аромат во всем, что окружало его, но с каждым разом все труднее, воспоминания оказались слишком хрупкими, все из-за того, что она стала избегать его. Он думал о ней и боль в груди притупилась, сменилась радостью и так до бесконечности, он испытывал одновременно и наслаждение, и горечь, если вам эти муки совсем чужды, то можно поздравить вас, вы никогда не страдали из-за любви.

— Сколько можно сидеть на ее страничке?! — послышался ядовитый голос подруги над ухом.

Никита быстро перевернул дисплей смартфона, положив на стол, и повернул голову к своей избраннице. Рядом с ним стояла Настя с кислым выражение лица. Она села на соседний стул и попросила у бармена тоже самое, что и у парней. Она больше не смотрела на него, а он продолжал наблюдать за нею с неким любопытством, то, как она сначала лизнула соль с руки, выпила напиток и закусила лаймом. Зажмурившись, она дёрнула головой от крепкого напитка и, задержав дыхание, шумно выдохнула.

— Где пропадал? Почему не звонил, м? — она посмотрела на парня с какой-то пугающей обидой в глазах, но тон был спокойный. Он снова закусил после того, как влил в себя очередную порцию спиртного, голова уже немного кружилась и обычно это служило тревожным звонком на «стоп», но вы же поняли, что сегодня не тот случай.

— Как ты меня нашла?

— Следила за твоим другом! — гневно ответила девушка, на что с ухмылкой и укоризненным взглядом он встретил ее ответ. — Какая нафиг разница, долго ещё будешь избегать меня? — надвигалась женская истерика и скандал, до которого у него совсем не было дела и настроения.

— Ладно, ребят, пожалуй с меня хватит, — морщась от тошноты, произнёс Глеб, положив руку на грудь и тихо срыгнул. — Давай такси на двоих возьмём?

— Не-а, — замотал головой друг и жестом попросил добавки у бармена, тот согласно кивнул. — Езжай.

— Угу, — раздраженно буркнул Глеб. — Давай закругляйся, я пока отойду, — Глеб покинул друзей и Никита остался один на растерзание Насте.

— Я все время вижу тебя с этой армянкой, что в ней такого? Сколько можно пялится на ее фотографии, ты ей нафиг не нужен! — яростно шипела подруга на ухо парню. — В кого ты превратился, тряпка?!

Никита широко открыл рот, запрокинул голову и выпил налитый ему алкоголь, жмурясь от высоко градуса, посмотрел на девушка стеклянными глазами и процедил: