Уильям опустился на диван, вдруг почувствовал себя измотанным, и тихо засмеялся. Он закрыл глаза и откинулся на спинку. Несколько часов назад он думал, что устал. Сейчас его разум и тело оцепенели от шокирующих событий, и он действительно чувствовал себя выжатым словно лимон. Через несколько минут открыл глаза и уставился в потолок. Ему не давала покоя мысль, как он сможет уснуть с Сарой под одной крышей. У него накопилось столько вопросов к ней. Ему хотелось узнать о Калифорнии, и об ее жизни за последние несколько лет, но больше всего волновал один самый главный вопрос. Вопрос, который изводил его почти каждую минуту, почему она так и не написала ему. Он вовсе не злился на нее из-за этого, но было бы неплохо услышать объяснение.

Но, скорее всего сейчас она даже не знает ответа на этот вопрос. После долгих месяцев ожидания хоть какой-то связи, он понял, что ему нужно принять то, что письма не будет. Он не скрывал, что это причиняло ему боль. Но, смирился с этим, и в конечном итоге простил ее. Он действительно желал ей добра в новой жизни, в которой ему не было места. Не то что бы это что-то изменило, но Уильям думал что, по крайней мере, заслуживал узнать, почему она не использовала марку, чтобы сказать ему, что тоже решила жить своей жизнью. Он думал, что марка станет их единственной надежной поддерживать связь. Марка, возможно, и не понадобилась, но он не мог оправиться от трепета, который окутал его мысли — вместо письма ему доставили Сару.

Эти и многие другие вопросы придется отложить. Он понимал это. Чтобы раскрыть события последних нескольких месяцев ему придется быть очень деликатным с ней, и меньше всего ему хочется, чтобы Сара испытывала давление или обиду с его стороны. Его задача проста. Он поможет ей, и не ради своего эгоистичного желания, чтобы она вспомнила все, что было между ними.

Его любовь к ней была непорочной, поэтому Уильям желал ей только самого лучшего. Его желания и потребности не запятнают ее. Но все же, это будет занимательная ночь, зная, что она здесь, он не сможет унять стремления быть рядом с ней.

Уилл через силу поднялся с дивана, вспомнив, что нужно закончить домашние дела, чтобы не заботится о них завтра утром, когда Маргарет приедет за ним, чтобы отвезти на лесопилку. Его глаза округлились, когда он вдруг с тяжестью осознал. Маргарет. Ему придется рассказать ей о Саре, что она живет с ними, и то, что вероятнее всего он будет, проводить много времени, чтобы помочь ей вернуть ее память. Он не стал прокручивать в голове возможные сценарии, прекрасно зная, что в любом случае она останется недовольной. Справедливости ради, Уильям не мог винить ее.

Маргарет привыкла, что он всегда и везде рядом с ней, и борьба за его время и внимание станет для нее как кость в горле. Он потер лоб, словно готовясь к головной боли, которую непременно доставит ему Маргарет, когда поймет, что на этот раз не имеет права голоса. Маргарет будет злиться не только из-за того, что ей придется делить Уильма, но не нужно быть гением, что бы понять, что больше всего ее обозлит то, с кем ей придется делить его. Если Уильям хочет сохранить мир с Маргарет и с Верноном, ему нужно убедить ее, что Сара не предоставляет угрозы для их помолвки. Но прежде всего в этом нужно убедить самого себя.