Уильям кивнул, понимая, что не стоит спорить с Маргарет, чтобы она догадалась, что его внимание направлено точно не на свадьбу.

— Ладно, тогда развлекайся.

— Я увижу тебя завтра? — сказала она, прислоняясь к его груди.

— Завтра? Завтра суббота, думаю, я буду чинить загон, так что вероятнее всего нет. У нас много дел.

Маргарет отстранилась и посмотрела на него.

— Ты будешь скучать по мне?

Он заметил легкую нотку сомнения в ее голосе.

— Конечно, буду.

— Тогда поцелуй меня, словно ты скучаешь по мне. Убеди меня.

Он быстро склонился и прижался к ее губам. Он волновался, куда могла пойти Сара, и не хотел надолго оставлять ее одну.

Он прервал поцелуй медленно, надеясь, что ему удалось убедить ее.

— Ладно, я тоже буду по тебе скучать, — подтвердила она.

— Я провожу тебя.

Должно быть, его поцелуй не до конца убедил ее, так как Маргарет крепко обняла его, как только они дошли до грузовика. Она прижалась к нему, позволяя ему полностью завладеть ее ртом, почувствовать, как ее грудь прижимается к нему. На этот раз он резко отстранился от поцелуя, так как боялся, что Сара может оказаться поблизости, а Уильям не хотел, чтобы она все это увидела.

— Тебе лучше вернуться домой, пока совсем не стемнело. Берегись оленей.

Казалась, что Маргарет прожигает в нем дыру своим взглядом, или это просто разыгралось его воображение.

— Ладно, Уильям. Разберись со своими делами, потому что я хочу увидеться с тобой в воскресенье.

— Я постараюсь, — заверил он ее, помогая ей забраться в грузовик и закрывая дверь.

— Спокойной ночи, Уильям. Пусть тебе приснюсь я, — приказала Маргарет.

Он коротко кивнул ей, когда она завела мотор и развернула грузовик. Когда Уильям убедился, что девушка свернула на главную дорогу, то мгновенно оглядел двор, в поисках Сары. Он надеялся, что она не решила уйти слишком далеко.

Уильям пытался замедлить шаг, но безуспешно. Ему хотелось как можно скорее найти ее. Солнце скоро сядет, и его сотрясало от мысли, что Сара может оказаться далеко от дома в темноте. И что еще хуже, что она не сможет ориентироваться на местности. Было время, когда она знала здесь все так же хорошо как любой другой, но теперь это не так. Обогнув хлев, он лихорадочно оглядывал кустарники дуба, которые обрамляли загоны и сарай, и наконец, заметил ее. Уильям со звуком выдохнул, и пошел к дальнему краю загона, где она забралась и села на большой валун. Сара сидела спиной к нему, и он смог восхитится ее изгибами. Он заметил изменения в ней, не считая красоту, которой она всегда обладала. Теперь не только ее красота, но и тело вызывали бы страсть у любого мужчины.

Уильям с легкостью представил, что скрывалось под ее одеждой, и его тело отреагировало должным образом. Было непросто остановить этот мыслительный процесс, поскольку он начал представлять, каково это прикоснуться к ней еще раз. Эта мысль была слишком опасной и манящей, но так же и болезненной, ведь он знал, что этого не случится.

Уильям мог бы стоять и наблюдать за ней вечно, но замедлил шаг и пошел к ней. Как только он подошел, то увидел, что она не одна. На ее коленях расположилась Лулу, мырлыча и закрывая свои желтые глаза, каждый раз, как пальцы Сары гладили ее по носу.

Сара слегка вздрогнула, очевидно, она была глубоко в своих раздумьях, как только заметила Уилла. Она посмотрела на него и натянуто улыбнулась.

Выражение ее лица причиняло ему боль, и он был не уверен, что когда-нибудь привыкнет к этому.

Он не собирался привыкать к этой боли, а совсем наоборот. Уильям вдруг осознал, что не понадобится много времени, что бы он снова попал под чары Сары, которые она наложила давным-давно на него. Он определенно избавится от этой боли, и изменит ее выражение лица.

— Не возражаешь, если я присоединюсь к тебе? — Уилл указал на камень.

Сара кивнула и передвинулась, чтобы предоставить ему место.

— Ты знаешь, эту кошку? — спросила она тихо. — Странно, но она такая дружелюбная.

Уильям улыбнулся и потянулся, чтобы погладить кошку по голове.

— Да, я знаю эту кошку. И она так дружелюбна только с людьми, которых знает.

Сара перестала гладить нос Лулу и посмотрела на Уилла.

— Что? Ты хочешь сказать… что она знает меня?

Уилл был рад, что ее прежнее выражение лица стало более оптимистичным.

— Она очень хорошо тебя знает. Это твоя кошка Лулу. Мы взяли ее себе, когда вы переехали в Калифорнию.

Сара опустила взгляд на серую кошку на своих коленях с дополнительной нежностью, и Уильям заметил, как слезы набегают на ее глазах. Она снова погладила кошку по носу, отправляя Лулу обратно в свой глубокий расслабляющий транс.

— Ты помнишь ее? — спросил он, надеясь, что в ее затуманенной памяти появится первый белый просвет.

Но Сара осторожно покачала головой.

— Нет, я не помню ее, Уилл. Я пытаюсь, я, правда, пытаюсь, — она посмотрела на него умоляющим взглядом. — Как бы мне хотелось помнить.

Уильям с трепетом положил свою руку поверх ее. Кожа Сары была теплой и нежной, и он снова почувствовал легкое покалывание, от прикосновения к ее коже.

— Я не уверен в том, что ты не помнишь.

Сара снова посмотрела на него, и он был рад, что она не пыталась убрать его руку.

— Я… не…

Он остановил ее от дальнейших слов.

— Сара, когда Лулу была котенком, ты обнаружила, что если погладишь ее по носу, она уснет. Знаешь, чем ты только что занималась?

Сара осторожно улыбнулась и ответила:

— Гладила ее нос.

— Вот именно, — он улыбнулся в ответ. — И я не знаю никого другого, кто бы так же гладил свою кошку. Ты можешь думать, что не помнишь, но это не так. Твое подсознание помнит, даже если разум не готов этого осознать.

— Надеюсь, ты прав, — сказала она, вглядываясь вдаль, снова гладя Лулу по носу.

— Ну, я всегда прав. Тебе стоит привыкнуть к этому.

— Всегда? — спросила Сара. Уилл не мог оторвать взгляда от ее губ, когда на них заиграла улыбка.

— По крайней мере, в большинстве случаев.

На мгновение их взгляды встретились, и они оба замолчали. Эта тишина не доставляла неудобств Уильяму. Им всегда было комфортно просто быть рядом друг с другом. Он был рад, что это не изменилось.

Сара, наконец, сделала глубокий вдох, и нарушила тишину.

— Так значит, ты помолвлен?

Уильям не был уверен, был ли это вопрос, или утверждение, но в любом случае, для его ушей это было самым неприятным звуком. Он не ожидал, что ему, когда-либо придется объяснять этот факт Саре, и уже тем более, не ожидал услышать подобный вопрос от нее.

Он сглотнул комок, который мгновенно сформировался в его горле и кивнул. Ему казалось, что она заслуживает большего, но его хватило, лишь на слабый кивок. Уильям даже не смог заставить себя посмотреть на нее, он просто смотрел на свои руки, а затем устремил взгляд вдаль. Уильям мог бы попытаться оправдаться, учитывая то, что она так и не написала ему, и он решил, что она оставила его в прошлом. Но, тем не менее, не мог оправдать своих действий, ему по-прежнему казалось, что именно он предал ее.

Она казалось, приняла его ответ, так как не давила на него, что бы он детально все объяснил ей. Уильям не мог не заметь облегчения, которое он испытал, но все же понимал, что это временно. Рано или поздно, этот вопрос всплывет снова, и он не сможет уйти от него. Тема его помолвки с Маргарет была достаточно удручающей, но это ни что по сравнению с тем дискомфортом, который возникнет, как только она и Сара окажутся в одном помещении снова. Не случайно их первая встреча была такой неприятной. Так же как и с Лулу, подсознание Сары, вероятно, помнило Маргарет.

Если ему было неудобно сейчас перед ней, то Уильям мог только представить, какого ему будет, когда Сара вспомнить все о Маргарет, и поймет, что он не только предал ее, но предал с ее самым злейшим врагом, единственным врагом. Если бы только можно было некоторые воспоминания навсегда оставить в забвении, то он смог бы дышать легче. Но ждать, когда память вернеться к ней, это как находится в одном помещении с бомбой замедленного действия, которая, в конце концов, разобьет их сердца.