существо приближается к нам. — Прямо сейчас «бежать сломя голову» кажется очень удачной

затеей.

Кейран кивнул.

— По моему сигналу, — велел он, жестоко смотря на прогресс гиганта. — Пак будет

отвлекающим маневром. Когда оно подойдет, бегите что есть мочи и не оглядывайтесь. И будем

надеяться, что оно не позвало друзей.

— Ох, чудесно. У него есть друзья.

Тяжелая нога топнула в нескольких ярдах от ствола. Дерево заскрипело и зашелестело, роняя

яблоки вокруг, когда великан раздвинул ветки над нами и заметил нас.

Он победно взревел. Но в этот момент кричащая стая воронов появилась из ветвей,

нацелившись в лицо великана. С ревом монстр отшатнулся, отгоняя птиц, которые летали роем

вокруг него, каркая и впиваясь клювами. Кейран вскочил на ноги.

— Давайте! — завопил он. Нам не нужно было повторять дважды. Выскочив из укрытия, мы

побежали через поле, слыша сердитый рев великана позади.

Естественно, ничто не могло пройти так гладко.

Когда я отбежал на двести ярдов от первого гиганта и уже начал задумываться о том, чтобы

придержать коней, огромный второй великан взялся из ниоткуда и взревел, когда заметил нас.

Черт.

Мы повернули и продолжили бежать в другом направлении, но вместо того, чтобы броситься

на нас, великан вонзил острые когти в землю, когда мы пробегали мимо. Земля задрожала, и из земли

показались шишковатые корни, изогнутые и покрытые шипами, как пальцы великана. Они вылетели

из травы, вызвав грязевой душ, поймав Кензи между собой в клетку из шипастой древесины. Она

закричала, когда пальцы начали смыкаться вокруг нее, как кулак, сминающий мошку.

— Кензи! — Я крутанулся, взмахнув мечами, и вонзил один клинок в хитрое дерево. Край

резанул глубоко, но не насквозь, и я выдернул его. Кензи упала на колени, корни сжимались вокруг

нее. Шипы были повернуты внутрь, готовые лишить ее жизни. Я едва мог ее видеть через клетку из

ветвей, и удушающее отчаяние вспыхнуло во мне.

— Нет! — закричал я, и в этот момент когти замерли. Они дрожали и стонали, будто борясь с

удерживающей их силой. Я не остановился, чтобы подумать об этом. Подняв руку, я рубанул со всей

силы, разорвав один из когтей, перерубив его. Еще несколько ударов, и образовался достаточный

проем, чтобы Кензи протиснулась наружу. Я видел ее, лежащую на земле, сжавшуюся в комочек,

чтобы защититься от смертельный кончиков, жалящих со всех сторон.

— Кензи, — ахнул я, упав на колени и протягивая руку. Клетка затряслась, когти слегка

пошевелились, будто были готовы прорвать сдерживающий их барьер. Она поползла вперед,

вздрагивая, когда шипы цепляли ее за волосы и одежду, затем протянула руку и схватила мое

запястье.

Я дернул ее к себе через разрыв за секунду до того, как клетка издала оглушительный стон и

скукожилась, сминая все, что могло быть внутри. Тяжело дыша, мы поползли прочь от нее, когда

кулак глубоко утонул в земле и исчез, оставив после себя огромную дыру.

Кейран, стоявший в нескольких ярдах от нас, рухнул.

Мы подползли к нему. Он все еще дышал, его грудь поднималась и опускалась мелкими

волнами, а голубые глаза были закрыты. Он был бледен, с мокрыми от пота волосами, как будто

пробежал несколько миль. Цвет снова померк, серебро волос превратилось в белизну, а остальную

часть покрыла серость. Разор взволнованно зажужжал и вспрыгнул ему на грудь, вцепившись в

рубашку.

— Хозяин! — взвыл гремлин вне себя. — Хозяин, проснитесь!

— Кейран. — Прогнав гремлина, Кензи взяла его за руку, и он открыл глаза. Мгновение

зрачки были бесцветными, но он моргнул, и они вернулись к нормальному пронзительному

голубому.

— Кензи, с тобой все хорошо. — Голос Кейрана был слаб, но он с облегчением улыбнулся,

пытаясь сесть. — Слава небесам. Я пытался сдержать корни, но великан был силен. Я рад, что Итан

смог вовремя тебя вытащить.

— Так это был ты. — Я вспомнил, как кулак замер, пытаясь сомкнуться. — Черт возьми,

Кейран. Ты не можешь использовать магию вот так. Ты себя в могилу сгонишь.

— Ты бы предпочел, чтобы я позволил Кензи умереть?

Мы все вздрогнули от сердитого рева. Великан, видимо, разжал кулак и нашел его пустым,

вместо ожидаемого тела.

— Люди. — Грималкин появился на траве, хвост трубой, раздраженно на нас смотря. —

Перестаньте трещать и бегите.

Над головой с нетерпеливым карканьем пролетел ворон, который, видимо, был солидарен с

котом. Поднявшись на ноги, мы послушались совета.

Петляя между деревьев, мы бежали, пока не достигли противоположного края поля,

отмеченного деревянной оградой. Великаны все еще ревели позади. Я перемахнул через заборчик,

приземлившись на траву с другой стороны. Кензи и Кейран не отставали, и мы, спотыкаясь, задом

наперед отошли на безопасное расстояние от заборчика, прежде чем повернуться и потащиться по

холму. Великаны все еще злобно ревели из сада.

Я рухнул на траву, тяжело дыша, пока Кейран стоял, уперев руки в колени, тоже тяжело

дыша, а Разор прыгал и бормотал на его спине, угрожая сдавшимся гигантам. Кензи плюхнулась

рядом со мной, и я притянул ее к себе, слушая ее сердцебиение. Она прижалась к моей груди,

закрыла глаза и обхватила меня за шею.

— Не думаю… что когда-нибудь еще… буду есть яблоки, — выдохнула она.

— Ой, да ладно вам. Вы не могли так быстро устать. — Пак появился из травы, отряхивая с

головы перья. Подбросив яблоко в руке, он с улыбкой им захрустел и подмигнул нам. — Веселье

только начинается.

Глава 18

УМОЛЯЯ ЛЕТНЮЮ КОРОЛЕВУ

— Ну, вот он, Летний Двор, — заметил Пак немного погодя, кивая в сторону просвета между

деревьев. Через стволы на расстоянии был виден огромный покрытый травой холм, возвышающийся

над кольцом ежевики и боярышника. Пара фигур на лошадях выехали из стены кустов, которая

раздвинулась для них, как большие колючие ворота, и ускакали в лес. — Дом, милый дом.

— Все входы хорошо охраняются, — сказал Кейран, прищурившись и окидывая взглядом

ландшафт и огромный курган посередине. — И Титания меня не ждет. Даже с тобой, Пак, мы не

сможем просто пройти во двор.

— Пройти? — фыркнул Пак, ухмыльнувшись Кейрану. — Я тебя умоляю. Разве это будет

весело?

— Сюда, — вздохнул Грималкин, углубляясь в лес. — Следуйте за мной. Я проведу вас в

Летний Двор без тех проблем, которые вас ждут, если вы пойдете за Плутишкой.

— Проблемы? Я? — Пак, распахнув глаза, наградил его невинным взглядом, когда мы пошли

за котом. — Я оскорблен, Пушистый комок. Звучит, как будто ты мне не доверяешь.

— Представь себе, — пробормотал я, а Кейран подавил смех. Пак нахмурился, а мы все шли

за Грималкиным в лес.

— Тут, — произнес Грималкин через несколько минут, остановившись у подножья холмика.

Я моргнул и уставился туда, где сидел кот. Крошечная нора, как раз чтобы кролик или лиса — или

кот — протиснулись внутрь, виднелась в темноте. — Эта дорога приведет вас туда, куда нужно.

Кензи присела на корточки и вгляделась в дыру, затем подняла глаза на меня.

— Эм… Наверное, мы все превратимся в хорьков, чтобы влезть сюда, да?

— Могу превратить тебя в мышь, если хочешь, — предложил Пак. — Я точно не знаю, когда

ты превратишься обратно, но слушай, это будет замечательный опыт, согласна? Хотя я бы

присматривал за Пушистым комком. Он может считать себя умнее всех, но, как он сам говорит, он

все равно остается котом.

— Не смеши людей, Плутишка, — посоветовал Грималкин с оттенком обиды в голосе. — Нет

сомнений, что я умнее всех вас. — И он скользнул в темную дыру, даже не оглянувшись и не

подсказав, как нам поместиться в непонятную кроличью нору.