— Угу, — протянул я, не желая об этом думать.

—У нас есть какой-нибудь план?

— Угу, — снова протянул я тоном «без понятия». Внезапно мне захотелось спать. Жар

приятно грел тело, как и девушка в моих объятьях. Глаза закрылись, голова упала на ее плечо.

Сейчас я не хотел ни о чем думать. Кензи вздохнула и заерзала, чтобы устроиться с комфортом. Ее

дыхание стало медленным и глубоким, как будто она тоже засыпала.

Стоп. Это было на меня совсем не похоже. Я был слишком большим параноиком, чтобы

засыпать в Стране Фейри. Что-то было не так. Я приложил усилия, чтобы открыть глаза, но веки

были очень тяжелыми, почти склеенными. Я наконец-то сумел распахнуть их, чтобы увидеть

Кейрана на ногах с холодным жутким блеском глаз, направленным на меня.

— Прости, Итан, — пробормотал он, и хотя его голос был полон сожаления, лицо выражало

решимость. — Но так будет лучше. Вы уже достаточно натерпелись из-за меня. — Закутавшись в

плащ, он накинул капюшон, слившись с тенями. — Позаботься о Кензи. И Разоре. — Он помедлил,

его каменное лицо исказил приступ боли. — Если я не вернусь, скажи Анвил, что мне жаль.

Черт, Кейран, хотел я крикнуть. Не делай этого. Но мои глаза уже снова закрывались, и я не

мог выдавить слова. Железный Принц отвернулся, взметнув плащ, и молча направился в туннель. Я

пытался пойти за ним, позвать его, но одолевающая меня магия вконец подавила мою волю, и я

провалился в темноту.

Глава 20

ВИХРИ И ЭЛЕМЕНТАЛЬ

— Хозяин!

Прямо мне в ухо завопил визгливый голос, вдернув меня из магического сна. Почти

проснувшись, я попытался разлепить глаза, но мной все еще владела вялость, и мне приходилось

прилагать усилия, чтобы опять не уплыть в небытие. Все это время в нескольких дюймах от моего

лица остервенело жужжал высокий голосок гремлина.

— Хозяин! Хозяин исчез! Проснись, смешной мальчик! Проснись!

Я пытаюсь, раздраженно подумал я, чтобы только заткнуть гремлина. В мгновение ока

вернулись воспоминания: Кейран, использующий магию, чтобы усыпить нас; Кейран, стоящий надо

мной с холодными глазами чужака, а затем идущий в туннель, чтобы в одиночку сразиться с

монстром.

Кензи у моей груди заерзала, тоже освобождаясь от оцепенения, наложенного фейри. Она

пробормотала что-то бессвязное. Я еще раз попытался открыть глаза. Они были свинцовыми.

Затем Разор нетерпеливо зашипел и укусил меня за ухо.

— ОЙ! — мои глаза распахнулись, их больно защипало, и я отшатнулся. — Ах ты! Черт

возьми, Разор! — Я замахнулся на гремлина, но он запрыгнул на плечо Кензи и спрятался за ее

волосами, выглядывая оттуда.

— Мальчик проснулся, — зажужжал он подозрительно довольным голосом. — Мальчик

проснулся… найди хозяина.

Я пощупал голову, осторожно оценивая урон. Ага, в моем левом ухе было несколько дырок, к

счастью, размером не больше, чем булавочный укол, но они все равно адски болели. Пальцы

окрасились кровью.

— Итан? — промямлила Кензи и сонно заморгала. — Что происходит? — Ее взгляд

переместился на мое ухо, глаза широко распахнулись. — У тебя кровь? Что…

В пещеру вошел Пак и пересек ее в несколько шагов длинных ног.

— Эге-гей, люди! — пролаял он, подлетая к огню. — Что за шум, а драки нет? Звуки такие,

будто вы устроили турнир по свежеванию кошек. И у тебя кровь. Опять. — Он закатил глаза. —

Боже, да вас на минуту одних оставить нельзя. Что случилось?

— Ничего, — пробормотал я, опуская руку. — Разор меня укусил.

— Что? — Кензи прожгла взглядом Железного фейри, который снова нырнул за ее волосы. —

Он укусил тебя? Плохой гремлин! Зачем ты укусил Итана?

Я попытался вмешаться, сказать, что это хорошо, что гремлин меня разбудил, хоть он и

неимоверно раздражал, но Пак меня опередил.

— Эм, ребята? — спросил он, оглядывая пещеру. — Где Кейран?

— Хозяин! — завыл Разор, заставив Кензи вздрогнуть. — Хозяин исчез! Найди хозяина!

Я с трудом поднялся на ноги, стряхивая остатки тумана.

— Кейран ушел, — кивнул я на туннель. — Вырубил нас какой-то сонной магией, сказал, что

мы и так из-за него пострадали. — Я взглянул на Пака, который одновременно выглядел обреченным

и раздраженным. — Как долго мы спали?

— Недолго, — ответил Пак. — Всего несколько минут. Я тоже как раз устроился с

комфортом, как услышал визги Циркулярной Пилы и поспешил сюда. Как я вижу, на гремлинов

сонные заклятия не действуют. — Он покачал головой и мрачно посмотрел на туннель. — Думаю,

мы знаем, куда направилось наше нетерпеливое высочество, да?

— Ага. — Я провел руками по волосам, стараясь не задеть ухо. — Он собирается в одиночку

встретиться с тем, что там живет.

— Ох, ну и идиот, — фыркнула Кензи, поднимаясь. — Ничего у него не выйдет! Пошлите,

надо его найти.

Она повернулась и решительно направилась к задней части пещеры. На ее плече прыгал

Разор, невнятно, но одобрительно бормоча. Я хотел было ее остановить, но она была права. Мы не

могли позволить нашему другу-идиоту одному сражаться с тем, что там внизу, что бы он ни говорил.

Убедившись, что мои мечи на месте, я последовал за ней, молча проклиная принца. Мы

приблизились к смутному входу в туннель. С краев, как зубы великана, свисали сосульки. Дыра была

черная-черная. Пак вздохнул.

— Знаете, это мне напоминает время, — заметил он, кинув перед нами шар света, который

осветил узкий коридор, уходящий во тьму, — когда мы со снежным мальчиком оказались в ловушке

в подземном склепе. Он решил пойти по другому проходу без меня. В итоге он наткнулся на орду

стражей гробницы и был вынужден играть с ними в догонялки, пока я не подоспел. — Он потер

лицо. — А нет, подождите. Это был я. Тупые стражи гробницы и их скорпионы. В любом случае,

никого не напоминает? — Он фыркнул и продолжил прежде, чем мы смогли ответить. — И вообще,

кто-нибудь хоть когда-нибудь думает о последствиях своих поступков? Что снежный мальчик

сделает со мной, если его дитя сожрет гигантский ледяной червяк? Он, скорее всего, постарается

меня прикончить, между Зимой и Железом начнется война, и во всем обвинят меня. Но нееееет, об

этом никто не думает.

Туннель все углублялся в землю. Иногда он выравнивался. Иногда он шел настолько круто,

что мы почти скользили вниз по покрытому льдом полу. Свет фейри отбрасывал на стены странные

мерцающие тени, подсвечивая кристаллы и полупрозрачные голубые и зеленые сосульки. Мое

дыхание вырывалось изо рта облачком пара, но мне не было так холодно, как должно было быть,

спасибо огнефрукту. Я просто надеялся, что мы выберемся отсюда до того, как эффект сойдет на нет.

Туннель наконец-то вывел в большую ледяную пещеру. В темноту уходили огромные

колонны. Все место имело мерзлый бело-голубой оттенок, и было так холодно, что я буквально

видел, как мой дыхание превращалось в ледышки толщиной с волос и падало на землю.

Пак послал больше огненных шаров в огромную пещеру, где они судорожно задергались над

головами, источая пульсирующий свет и вызывая у меня головную боль. Пещера представляла собой

лабиринт колонн, сталактитов и ледяных валунов. Из-за пляшущих теней было сложно понять, где

заканчивалась стена и начиналось открытое пространство.

— Ну, — произнес Пак, его голос разнесся в необъятном пространстве, — если это и есть

большой снежный монстр, я прям несказанно рад.

— Ага, — пробормотал я, вглядываясь в кружащийся свет и тьму. — Давайте надеяться, что

мы найдем Кейрана раньше, чем он найдет его.

Где-то далеко раздался хруст, как будто разом разбилась сотня стекол.

Пак поморщился.

— Поздно.