– О Рэйчел, которая активно участвует в расследовании, – ответил пикси. – И принимает все слишком близко к сердцу.

– Как и любая женщина, – отозвалась Айви. Я, игнорируя подколку, продолжала протирать стойку. – Ей вообще не следовало бы браться за дело, но она взялась. Мы подстроимся.

– Да, чем злее она становится, тем больнее достанется плохим парням, – произнес Дженкс гордо. – И, детка, в этот раз они будут зверски мучиться!

Я нахмурилась и, не желая увидеть разочарованный взгляд Вэйда, сунула пучок трициртисов в ящик для просушки. Я больше не гордилась этой частью своей натуры, особенно теперь, когда я не могу подкрепить крепкое словцо магией.

– Я не принимаю все близко к сердцу, – сказала я, резко задвинув ящик.

– Нет, принимаешь.

– Нет, не принимаю! – крикнула я.

С холодильника донесся удивленный возглас Биса, и Айви, отвернувшись от компьютера, посмотрела на Дженкса. Заблокировав доступ, он поднялась и потянулась.

– Я лучше пойду, – сказала она и вышла из кухни. Бис последовал за ней, цокая когтями по потолку. Он чем-то напоминал расстроенную летучую мышь. К его хвосту прицепилась Бель.

– Дженкс! – донесся голос Айви из коридора.

– Что? – крикнул он, уперев руки в бока. – Она говорит, что не принимает все близко к сердцу!

Черт побери, я не хотела выводить из себя Айви.

– Послушай, – начала я, подняв голову и посмотрев на Вэйда. – Ты ведь не успел все как следует обдумать, да? – спросила я тихо. – Ты не понимаешь, что на самом деле происходит.

– Ну все, теперь ты сам за себя, – покачал головой Дженкс. Пикси отлетел назад и наслаждался представлением.

Поза Вэйда стала неуверенной, и он произнес:

– Я видел того мужчину в парке. Откажись от дела, пусть другие разбираются.

Я не столько сердито, сколько устало покачала головой. Верам свойственно не видеть всей картины вцелом, а фокусироваться на «здесь и сейчас». Из них получаются отличные телохранители и криминалисты, но стратегическое мышление – не их конек.

– ЛПСО пытаются создать собственный источник демонской крови, чтобы пользоваться демонской магией. Как ты думаешь, что будет, если у них получится, и каждый человек сможет творить демонскую магию по своему усмотрению? Они ведь не знают, что стоит за этой магией, и даже не представляют, насколько она опасна!

Вэйд нацепил безразличную маску, но я видела, что он задумался, и когда у него на лице отразилось понимание, я немного ослабила нажим.

– И кто будет контролировать их, если они добьются своего? – спросила я, бросив тряпку в мыльную воду и забрызгав раковину. – Кто сможет остановить их и не дать уничтожить нас вид за видом? Уж точно не я. Мы не готовы противостоять людям, которые по своей натуре садисты, жаждут власти, ненавидят внутриземельцев и считают геноцид приемлемым методом строительства лучшего общества, если они научатся демонской магии,  – у меня заболела голова, и я приложила ко лбу мокрую руку, еще пахнущую мылом. – По крайней мере, у демонов есть свое подобие правил.

Не могу поверить, что сказала подобное, но это правда. Да, их мораль не соответствуют нашей, но она у них есть. У демонов есть моральные устои… А у этих людей нет. Что-то не так в этой картинке?

– Демоны порабощают людей, – заметил Вэйд. Он вытащил тарелки из соседнего шкафчика, но я уже давно расхотела есть.

– Не многих, поверь мне. И они не похищают ни в чем не повинных, лишь тех, кто сам пошел на сделку с ними, – голова заболела сильнее, и я открыла шкафчик, где у меня хранились амулеты от боли. – Мне надо позвонить Тренту.

Дженкс слетел с монитора Айви, и от его блестящей пыльцы голова начала просто раскалываться.

– Зачем? Думаешь, он захочет помочь тебе?

Головная боль отступила, когда пальцы коснулись амулета и, захлопнув дверцы шкафа, я подождала, пока Дженкс отлетит. Так у меня появилось время подумать.

– Да, я правда считаю, что он захочет помочь, – произнесла я спокойно и спрятала амулет под футболку. Трент всю жизнь играется с генами. Он сумеет пролить немного света на сложившуюся ситуацию, а может, даже подскажет, насколько близко ЛПСО подобрались к своей цели. К тому же, мне хотелось узнать, не пропадало ли оборудование из его лабораторий и владеет ли он чарами, блокирующими стирание памяти.

Не глядя на меня и немного ссутулившись, Вэйд подтолкнул ко мне тарелку с чили.

– Держи, – буркнул он, и я подтянула к себе тарелку. – Если ты решила бороться с плохими парнями, тебе надо плотно поесть.

Я перевела взгляд с чили на вервольфа и увидела у него на лице хмурую гримасу. Ему не нравилось, что я решила продолжать расследование дела, черт, я его понимала. Но он согласился мне помогать и не пытаться меня останавливать.

– Чили? Накануне облавы? Да я же буду пахнуть как…

– Сортир фейри? – подсказал Дженкс, и я отпустила теплую тарелку, чтобы взять протянутую Вэйдом ложку.

– Спасибо, – сказала я. Я была благодарна Вэйду за понимание.

Он пожал плечами, и я подцепила телефон той же рукой, которой сжимала ложку. Удерживая в другой руке тарелку с чили, я прошла по темному коридору в слабо освещенную гостиную, которая гудела от голосов пикси. Айви сама продумала обстановку всей комнаты, за исключением тех дыр в диване, которые появились после нападения Бель и ее семейства. Спокойные серо-коричневые тона комнаты местами были разбавлены яркими всплесками цвета, чтобы интерьер не казалась слишком одноцветным и угнетающим. Кто-то развел огонь в камине, и его тепло приятно согревало. А еще по гостиной летали обрывки туалетной бумаги, напоминающие порхающие снежинки.

– Так, все вон отсюда! – громко сказала я, перекрикивая пикси. – Забирайте свой искусственный снег и улетайте! Мне надо позвонить.

Они были послушными детьми, и одна из старших дочерей Дженкса направила младших в сторону двери. Поставив тарелку с чили, я плюхнулась в мягкое кресло. Воздух наполнился запахом вампира и обрывками туалетной бумаги. Мальчик-пикси влетел в комнату, собрал «снежинки», прежде чем они успели упасть на пол, и… улетел.

– Ты поедешь с ней? – услышала я голос Дженкса, доносящийся из кухни, и, вытянув ноги на кофейный столик, уселась поудобней.

– Не дальше автостоянки, – ответил Вэйд. – Вряд ли мне позволят сопровождать ее до самого места действия, но я попытаюсь туда пробраться. Хочешь чили?

– А Тинки носит маленькие красные трусики?

Я улыбнулась, услышав радостный голос Дженкса и свист его крыльев, и не удивилась стайке пикси, пролетевших мимо зала в сторону кухни. Я набрала номер Трента и, прислушиваясь к гудкам, попробовала чили.

– О, Боже как вкусно! – воскликнула я с полным ртом и резко сглотнула, услышав, как на том конце взяли трубку.

– Привет, Рэйчел, – раздался профессиональный и немного раздраженный голос Трента.

На заднем плане слышался резкий и громкий рев ребенка. Они еще не спят? Ведь уже почти полночь. Эльфы обычно ложатся спать в полночь и после обеда.

– Трент? – с удивлением переспросила я. – С каких это пор ты сам отвечаешь на звонки?

– С тех пор, как у нас установили новый коммутатор, – произнес он устало и, кажется, чуть не выронил телефон. – Он распознает номер и перебрасывает вызов на заданный телефонный аппарат.

– Что, правда? – я села ровнее, еще сильнее удивившись. Трент бесил меня как никто другой по обе стороны лей-линий, но я доверяла ему. Большую часть времени. И мне было приятно услышать его в такой повседневной обстановке. Ведь он так редко демонстрировал кому-либо свое истинное лицо, а не профессиональный лоск политика. Два младенца в его доме, видимо, сильно повлияли на него.

После длительной паузы послышался скучающий и формальный голос Трента:

– Ты решила снять браслет?

– Чтобы спустя три секунды Ал оторвал мне голову? Нет, – хотя, по правде говоря, любые пытки пугали меня меньше, чем перспектива навсегда перебраться в Безвременье. На заднем плане кто-то снова начал плакать. – Я не вовремя позвонила? Прости, но это правда важно. М-мм, это защищенная линия?