- Ты найдешь способ исправить это. Ал разбит, но только если ты мертва, а это не так. Он будет зол на тебя за то, что ты скрывалась пять месяцев, но это был твой выбор – смирись с этим. Ты спасла эльфов как вид, но у тебя есть лекарство от бесплодия демонов. Что еще тебе нужно?

- Нет, нету, - выпалила я. - Я не стану племенной кобылой для них.

Трент задумчиво коснулся подбородка.

- Возможно, я должен был сказать, что у меня есть лекарство от их бесплодия. Если я смог излечить тебя – я смогу вылечить их. Они должны просто поверить в меня.

Это вряд ли. Но моя сжатая челюсть расслабилась.

- Ты это сделаешь? Я думала ты с ними воюешь.

Носок туфли Трента прошуршал по полу.

- Никто уже не помнит, почему эта война началась, - ответил он. - Может, наступило время закончить это. Этого хотел мой отец. Твой тоже.

Я посмотрела на свой браслет, мое сердце колотилось. Возникло воспоминание о беспомощности: не просто о том, как я сидела в клетке и наблюдала за тем, как пытают Вайнону, зная, что могла остановить это, если бы не боялась. Нет, это было ощущение беспомощности, которое я знала всю жизнь, будучи слишком слабой, преданной своим собственным телом. И беспомощности от недостатка мастерства, пока я не узнала свои возможности. Беспомощности, вызванной моим собственным народом, когда они изгнали меня, потом боялись того, кто я и того, что сделала. Я больше не хочу бояться. Я могу вылечить Вайнону. Я обязана ей по гроб жизни.

Сглотнув, я повернулась к Тренту, но мои следующие слова так и не вырвались, когда открылась дверь и вошел Квен. Дженкс сидел на лестнице, которую тот тащил. Мое лицо покраснело, и я знала, что на нем застыл панический взгляд. У Трента есть нечто желанное для демонов. То, чего они хотели так сильно, что я могла бы уговорить Ала продлить мою свободу. Трент может мне помочь, подумала я. И на этот раз я поверила в это. Если нам удастся удержать Ала достаточно долго, чтобы он услышал.

Звук разложенной лестницы был резким, и Дженкс вместе Квеном подняли взгляды, хотя ни я ни Трент ничего не сказали.

- И все же, - сказал Трент, чтобы заполнить паузу, - Вайнона может остаться. У нас нет няни, а девочкам она, похоже, нравится.

Крылья Дженкса загудели, и даже Квен принял это за чистую монету, но я опустила голову, пытаясь замедлить свой пульс, прежде чем Дженкс почувствует, как быстро он стучит. Я должна поговорить с Трентом. Я больше не хочу бояться. Я не хочу, чтобы Вайнона прожила жизнь как монстр. Я не хочу, чтобы кто-то убивал за меня, хотя я могу воспользоваться магией и в целом избежать кровопролития. И если кто-то должен умереть, то… О боже, я и не знала, что могу сделать такое.

Но я больше не собиралась бояться, и это было самое страшное решение, какое я когда-либо принимала.

С целеустремленностью, я заковыляла вперед, моя рука потянулась к лестнице за поддержкой.

- Что, взорванный Тинки ад, ты это надумала? – сказал Дженкс, и я вздрогнула, шокированная. Откуда он узнал?

- На лестницу ты не полезешь, - сухо дополнил Квен. - Я сам могу сказать, снимали ли лампу.

Ох! Я убрала руку с лестницы, растерянная. Все еще опираясь на стойку, Трент заметил, что я отступила, как ужаленная. Наши взгляды встретились через всю комнату, и когда он увидел мое испуганное, потерянное выражение – его собственное поведение изменилось. Его губы раздвинулись в улыбку, и он оттолкнулся от стойки. Высоко подняв брови, он слабо улыбнулся – новое волнение делало его движения резкими. Он знал. Я была для него открытой книгой. Я приняла решение. Он наступил, мой пугающий мир «я не боюсь».

- Эм, мне надо идти, - сказала я, и крылья Дженкса застрекотали во внезапном подозрении.

- Что ты ей сказал, Трент? – требовательно спросил пикси, когда Трент вышел вперед и взял меня за локоть, помогая мне добраться до двери. - Куда ты идешь? Мы только притащили лестницу. Разве тебе не хочется узнать, как они сюда забрались?

О черт. Я собираюсь снять браслет. Мое сердце заколотилось, и я почувствовала головокружение.

Рука Трента на моем локте сжалась и он скользнул своей поврежденной рукой вокруг моей талии.

- Сейчас? – пробормотал Трент. Запах вина и корицы окутал меня, и я закрыла глаза, стараясь стоять прямо, но это только усилило головокружение.

- Дайте знать, что найдете, - сказал он громко, его голос был спокойным от безграничных деловых соглашений, но я не думаю, что он одурачил Квена. – Рэйчел слишком много времени провела на ногах. Я сам посажу ее в кресло. Кери заживо сдерет с меня кожу, если она потеряет сознание. Провожу ее наверх. Квен, жду полный отчет о том, что вы найдете на моем столе как можно скорее.

- Я в порядке, - прошептала я хрипло, но это не так. Я не могла встретиться с Дженксом глазами, пока тащилась наружу, но его больше волновала помощь Квену с лампой, чем что либо другое. Я не хотела, чтобы он был рядом, когда появится Ал. По крайней мере, сейчас день. У меня будет несколько часов на то, чтобы создать зеркало вызова и попытаться объясниться, прежде чем все это попадет в вентилятор. Если, конечно, он не перенесет меня в Безвременье.

- Нас, - сказал Трент, когда дверь за нами закрылась, и я подняла взгляд в холодной пустоте коридора. - Если только он не перенесет в Безвременье нас. Пойми уже, Рэйчел. Я же сказал, что помогу.

- К-как… - запнулась я, но Трент лишь улыбнулся - его хватка на моем локте не изменилась, пока он помогал мне с креслом.

У меня болела нога, и я сидела в инвалидном кресле, как делала это на протяжении первой половины своей жизни, оцепеневшая, поскольку кто-то другой катил меня. Не произнеся ни слова, Трент плавно вез меня через расположенные на нижнем этаже лаборатории, до тех пор пока мы не поднялись на первый этаж на другом лифте, не на том, на котором мы спускались сюда.

Гудение, холодное безмолвие подвальных лабораторий сменились теплотой сероватого ковра и тихой беседой, когда он вез меня через служебные помещения, умело уклоняясь либо перенаправляя комментарии или просьбы любопытных работников.

Почти незаметно, шум стал приглушенней, потом совсем исчез. Тепло солнца просачивалось внутрь, согревая мне ноги, и я осталась сидеть, ничего не делая, пока кресло не остановилось. Я почувствовала, как Трент развернулся за моей спиной, его красивый голос стал повышаться и опускаться, убеждая, и он выпроводил кого-то, закрыв дверь с мягким и твердым стуком.

Затем наступила тишина. Чудесный аромат кофе медленно проник в меня.

Я с наслаждением вдохнула и  подняла глаза, чтобы увидеть, что мы оказались в офисе Трента. Фальшивое солнце попадало внутрь через огромный видео-экран, где годовалые жеребята принимали последние теплые лучи, но моим ногам было тепло даже от искусственного солнца и мне оно казалось достаточно настоящим. Трент сидел за своим столом, положив ноги на ежедневник, сцепив пальцы, и наблюдал за мной, с любопытством наклонив голову, его светлые волосы практически скрывали глаза. Между нами на деревянном подносе стоял кувшин, должно быть с кофе, и две пустые чашки с серебристым логотипом Каламак.

- Ты в порядке? Ты как-то отключилась. – Трент поставил ноги на пол и склонился над столом - волнение, которого я никогда не видела, искрилось в его глазах, делая его почти… игривым? – Я никогда раньше такое не говорил. Отключилась. Но это точно то, как ты выглядишь.

Все еще чувствуя оцепенение, я посмотрела на графин с кофе, потом на мой серебряный браслет; лента Мёбиуса с латинской гравировкой оборачивалась вокруг моей руки, сверкая на солнце.

- Разве?

Мой голос затих, когда Трент поднялся на ноги и обошел стол, встав спереди – его движения были по-прежнему быстрыми.

- Ты начала впадать в шок. Я подумал, что мой офис будет лучше комнаты с обеспокоенной Кери , - он замешкался. - Или ты хочешь, чтобы я ее позвал?

Позвать ее сюда – все равно, что попросить кого-то получить мою пулю. Нет. С этим покончено и я покачала головой, когда он налил две чашки и предложил первую мне. Этот шок был не от раны, а от осознания, что браслет снимут, и все изменится. Я по-настоящему стану демоном с силой и ответственностью. Если от моих решений и погибнут люди, то не из-за того, что я боюсь. Но чтобы убить кого-то… Не знаю, смогу ли. Я отчаянно не хочу быть таким человеком.